Книги по тегу «ребенок и настоящий мужчина»: ""
— Папа Коля, ты вернёшься? — с надеждой смотрит на меня чужой мне мальчишка.
— Я военный, Рустам. Я не знаю.
— Я выбрал тебя. Буду ждать. Папы всегда возвращаются, — совершенно серьезно говорит Рус.
— Если я не вернусь.., — произношу с тяжелым сердцем.
— Ты вернёшься, папа Коля. Я знаю, — искренне улыбается Рустам.
— Почему ты веришь в меня, Рус? - спрашиваю, боясь получить ответ.
— Потому что ты пришёл. Пришёл, когда я очень сильно ждал. Папы не бросают сыновей, - уверенно произносит пятилетний парнишка.
Я мог бы отмахнуться. Я генерал, у меня боевое задание. Но… Когда мальчик на ржавой площадке называет меня папой, я понимаю: стать папой для этого маленького человека — для меня долг чести.
А потом я улетаю. И не знаю, вернусь за Рустамом или нет...
— Я военный, Рустам. Я не знаю.
— Я выбрал тебя. Буду ждать. Папы всегда возвращаются, — совершенно серьезно говорит Рус.
— Если я не вернусь.., — произношу с тяжелым сердцем.
— Ты вернёшься, папа Коля. Я знаю, — искренне улыбается Рустам.
— Почему ты веришь в меня, Рус? - спрашиваю, боясь получить ответ.
— Потому что ты пришёл. Пришёл, когда я очень сильно ждал. Папы не бросают сыновей, - уверенно произносит пятилетний парнишка.
Я мог бы отмахнуться. Я генерал, у меня боевое задание. Но… Когда мальчик на ржавой площадке называет меня папой, я понимаю: стать папой для этого маленького человека — для меня долг чести.
А потом я улетаю. И не знаю, вернусь за Рустамом или нет...
- А я бы послушала, - заявила, начиная, наконец, понимать, что происходит. – Прошу вас, Виолетта! Не стесняйтесь.
- А мне нечего стесняться! – фыркнула девушка. – У нас с Димой будет ребенок. Так что, Светлана Юрьевна, Аркадий Семенович, вы скоро станете бабушкой и дедушкой! – победно заявила она, глядя исключительно на меня. Пристально и… да, торжествующе.
- Благодарю за ужин, - тоже поднялась, чувствуя, что едва могу сдержать слезы. – Все было очень вкусно.
Направилась в прихожую, с ужасом понимая, что никто меня не удерживает. Дима не вскочил и не побежал следом, он остался там, с Виолеттой.
- А мне нечего стесняться! – фыркнула девушка. – У нас с Димой будет ребенок. Так что, Светлана Юрьевна, Аркадий Семенович, вы скоро станете бабушкой и дедушкой! – победно заявила она, глядя исключительно на меня. Пристально и… да, торжествующе.
- Благодарю за ужин, - тоже поднялась, чувствуя, что едва могу сдержать слезы. – Все было очень вкусно.
Направилась в прихожую, с ужасом понимая, что никто меня не удерживает. Дима не вскочил и не побежал следом, он остался там, с Виолеттой.
— Телефон отдай, — смотрю на маленькую девчушку лет шести, что так внезапно выхватила телефон из моих рук.
Совещание через десять минут, некогда мне заниматься перевоспитанием малолетних преступниц, пусть они и выглядят безобидно...
Девочка смотрит на меня перепуганными глазами и качает головой. Пугливая или просто прикидывается.
— Окей, что хочешь? Деньги? Сколько?
Значит, придется договориться.
— Маме помогите, — жалобно произносит, и ее нижняя губа начинает дрожать от подступающей истерики. — Она там... Ей плохо...
Совещание через десять минут, некогда мне заниматься перевоспитанием малолетних преступниц, пусть они и выглядят безобидно...
Девочка смотрит на меня перепуганными глазами и качает головой. Пугливая или просто прикидывается.
— Окей, что хочешь? Деньги? Сколько?
Значит, придется договориться.
— Маме помогите, — жалобно произносит, и ее нижняя губа начинает дрожать от подступающей истерики. — Она там... Ей плохо...
— Пливет, класотка! Твоей маме внук не нужен?
— Привет, — улыбаюсь юному пикаперу лет пяти и оглядываюсь по сторонам в поисках его родителей. — Ты потерялся?
— Мозет быть я помел? — подмигивает. — Потому что ты похоза на ангела.
Клянусь, если бы на его месте был взрослый мужик, я бы уже закатила глаза и продолжила свой путь, но из его уст это звучит настолько мило, что я невольно улыбаюсь.
Правда, недолго. Потому что пока этот малец меня отвлекал, его сообщник угнал мою машину! А потом его отец засунул меня в багажник и отвез в лес! И на этом мои новогодние приключения не закончились… это было только началом!
— Привет, — улыбаюсь юному пикаперу лет пяти и оглядываюсь по сторонам в поисках его родителей. — Ты потерялся?
— Мозет быть я помел? — подмигивает. — Потому что ты похоза на ангела.
Клянусь, если бы на его месте был взрослый мужик, я бы уже закатила глаза и продолжила свой путь, но из его уст это звучит настолько мило, что я невольно улыбаюсь.
Правда, недолго. Потому что пока этот малец меня отвлекал, его сообщник угнал мою машину! А потом его отец засунул меня в багажник и отвез в лес! И на этом мои новогодние приключения не закончились… это было только началом!
Он медленно, с невероятным, чудовищным усилием сдержанности, выпускает слова. Каждое — как отточенный осколок льда:
— А вы, простите, кто?
Голос низкий, хриплый от усталости и сдерживаемой ярости. Девочка на его руке шевелится, кряхтит во сне.
Я открываю рот, пытаясь сказать про подругу. Объясниться... Но из груди вылетает только позорный писк.
Дмитрий делает ещё шаг вперёд. В его глазах что-то щёлкает.
Осознание, что я не просто нахожусь в этом доме, я — обустроилась. Использовала его вещи. Это подливает масла в огонь.
— Что вы делаете в моём доме? — он произносит это уже не вопросом, а обвинением. Шипит, боясь разбудить ребёнка, но от этого его слова только страшнее.
Прямо перед Новым годом я оказалась на улице и без средств к существованию. Подруга Лика предложила пожить в доме её дяди. Присмотреть и выдохнуть заодно. Если бы я знала, чем обернётся для меня эта поездка в Барвихино…
— А вы, простите, кто?
Голос низкий, хриплый от усталости и сдерживаемой ярости. Девочка на его руке шевелится, кряхтит во сне.
Я открываю рот, пытаясь сказать про подругу. Объясниться... Но из груди вылетает только позорный писк.
Дмитрий делает ещё шаг вперёд. В его глазах что-то щёлкает.
Осознание, что я не просто нахожусь в этом доме, я — обустроилась. Использовала его вещи. Это подливает масла в огонь.
— Что вы делаете в моём доме? — он произносит это уже не вопросом, а обвинением. Шипит, боясь разбудить ребёнка, но от этого его слова только страшнее.
Прямо перед Новым годом я оказалась на улице и без средств к существованию. Подруга Лика предложила пожить в доме её дяди. Присмотреть и выдохнуть заодно. Если бы я знала, чем обернётся для меня эта поездка в Барвихино…
— Ой.
Соня виновато посмотрела на меня, нахмурив лобик. Я осторожно поставил её на пол, сдерживая крик.
— Это к щастю, — уверенно сказал Сеня, разглядывая блестящие осколки. — Мама всегда так говолит, когда мы лазбиваем посуду.
Я выдохнул.
— К счастью? — переспросил я, глядя на брызги хрусталя, которые утром были эксклюзивным подарком от партнёров из Швейцарии. — Отлично. Тогда у нас сегодня самый счастливый день в году.
Четыре года я думал, что мы просто не сошлись характерами. Я был идеальным холостяком: деньги, власть и никаких обязательств.
Пока в мой офис не ворвалась безумная тётка бывшей жены и не вручила мне двоих малышей со словами: «Альбина в больнице. Знакомься, папаша. Это твои дети».
И теперь я должен научиться быть отцом. Варить суп, заплетать косички и не сойти с ума. А главное — понять, как склеить то, что давно разбито?
В комплекте:
— двое детей,
— полный хаос
— и один шанс всё исправить.
Соня виновато посмотрела на меня, нахмурив лобик. Я осторожно поставил её на пол, сдерживая крик.
— Это к щастю, — уверенно сказал Сеня, разглядывая блестящие осколки. — Мама всегда так говолит, когда мы лазбиваем посуду.
Я выдохнул.
— К счастью? — переспросил я, глядя на брызги хрусталя, которые утром были эксклюзивным подарком от партнёров из Швейцарии. — Отлично. Тогда у нас сегодня самый счастливый день в году.
Четыре года я думал, что мы просто не сошлись характерами. Я был идеальным холостяком: деньги, власть и никаких обязательств.
Пока в мой офис не ворвалась безумная тётка бывшей жены и не вручила мне двоих малышей со словами: «Альбина в больнице. Знакомься, папаша. Это твои дети».
И теперь я должен научиться быть отцом. Варить суп, заплетать косички и не сойти с ума. А главное — понять, как склеить то, что давно разбито?
В комплекте:
— двое детей,
— полный хаос
— и один шанс всё исправить.
– Чего ты от меня хочешь, Марат?
– Чтобы ты отпустила дочку со мной в Москву.
– Без вариантов, Айдаров. Тебе было плевать на нас целых шесть лет. Ты сам вышвырнул нас за порог. Отказался от дочери. Что изменилось теперь?
– Я хочу исправить ошибки прошлого.
– Слишком поздно, Марат.
– Я так не думаю, Лия. Я в любом случае заберу Динару. А ты можешь или пойти на поводу у гордости и остаться ни с чем или поехать со мной. Тебе даже не придется работать, я буду оплачивать твои хотелки, вещи, твой быт.
– Серьезно? Будем жить дружной шведской семьей? А невеста в курсе твоих планов?
– Это не то, что должно тебя волновать, Лия.
Айдаров Марат – мой бывший муж. Человек, оставивший меня с месячной крохой на руках. Когда-то он переступил через клятвы верности, которые мы давали друг другу, и поставил на нашем браке крест. А теперь он снова ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и напомнил о былых чувствах. Зачем? Я не знаю…
– Чтобы ты отпустила дочку со мной в Москву.
– Без вариантов, Айдаров. Тебе было плевать на нас целых шесть лет. Ты сам вышвырнул нас за порог. Отказался от дочери. Что изменилось теперь?
– Я хочу исправить ошибки прошлого.
– Слишком поздно, Марат.
– Я так не думаю, Лия. Я в любом случае заберу Динару. А ты можешь или пойти на поводу у гордости и остаться ни с чем или поехать со мной. Тебе даже не придется работать, я буду оплачивать твои хотелки, вещи, твой быт.
– Серьезно? Будем жить дружной шведской семьей? А невеста в курсе твоих планов?
– Это не то, что должно тебя волновать, Лия.
Айдаров Марат – мой бывший муж. Человек, оставивший меня с месячной крохой на руках. Когда-то он переступил через клятвы верности, которые мы давали друг другу, и поставил на нашем браке крест. А теперь он снова ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и напомнил о былых чувствах. Зачем? Я не знаю…
Мой истинный погубил меня, но судьба подарила шанс - я вернулась на двадцать лет назад.
Теперь я знаю все о его предательстве и знаю конец нашей сказки о любви.
Но сойти с пути, уготованного злым роком, оказалось не так-то просто. Родные жаждут свадьбы, а законы магии истинности неумолимы.
Я не сдамся. Я спасу родителей, разрушу козни врагов и построю свою жизнь - без него. Пусть он ищет другую дуру для своих интриг. Мое сердце и моя судьба принадлежат только мне.
Теперь я знаю все о его предательстве и знаю конец нашей сказки о любви.
Но сойти с пути, уготованного злым роком, оказалось не так-то просто. Родные жаждут свадьбы, а законы магии истинности неумолимы.
Я не сдамся. Я спасу родителей, разрушу козни врагов и построю свою жизнь - без него. Пусть он ищет другую дуру для своих интриг. Мое сердце и моя судьба принадлежат только мне.
— Медицина — это не твое, а вот няня ты отличная. Моя дочь ни с кем так не ладит, как с тобой. Решено. С завтрашнего дня ты моя няня, — заявляет главврач.
Я даже встаю от неожиданности:
— Кем это решено? Я врач, вообще-то! Какая няня! Вы хоть знаете, что будет, если мои родители узнают…
— С ними я договорюсь. По рукам?
Я задумываюсь на секунду. А ведь он прав. Я здесь только по настоянию родителей… И как же мне хочется сбежать от ненавистной работы. Но быть няней дочери главврача с таким же трудным характером, как и у ее отца? Не променяю ли я шило на мыло?
Я даже встаю от неожиданности:
— Кем это решено? Я врач, вообще-то! Какая няня! Вы хоть знаете, что будет, если мои родители узнают…
— С ними я договорюсь. По рукам?
Я задумываюсь на секунду. А ведь он прав. Я здесь только по настоянию родителей… И как же мне хочется сбежать от ненавистной работы. Но быть няней дочери главврача с таким же трудным характером, как и у ее отца? Не променяю ли я шило на мыло?
— Тут… тут такая ситуация… Произошла ошибка. Недоразумение. Ваш материал… он был использован.
— Что значит «использован»?
— Дмитрий Анатольевич. Нам очень жаль. Это… это ужасная ошибка. Мы проводим внутреннее расследование. Но факт в том, что… женщина, которой предназначался материал другого донора, получила ваш. И… она уже родила.
Я молчу, пытаясь переварить услышанное. Родила. От меня. Какая-то незнакомая женщина.
— Адрес, — выдавливаю из себя. — Имя.
Девушка на том конце торопливо диктует адрес и имя, затем добавляет:
— И, ну… как бы это сказать, чтобы хоть немного сгладить… У вас родилась двойня. Двойное счастье!
Двойное счастье. Они издеваются? Это должно меня утешить? То, что я теперь отец сразу двоих неизвестных мне детей, рожденных неизвестно кем по вине этой клиники?
— Что значит «использован»?
— Дмитрий Анатольевич. Нам очень жаль. Это… это ужасная ошибка. Мы проводим внутреннее расследование. Но факт в том, что… женщина, которой предназначался материал другого донора, получила ваш. И… она уже родила.
Я молчу, пытаясь переварить услышанное. Родила. От меня. Какая-то незнакомая женщина.
— Адрес, — выдавливаю из себя. — Имя.
Девушка на том конце торопливо диктует адрес и имя, затем добавляет:
— И, ну… как бы это сказать, чтобы хоть немного сгладить… У вас родилась двойня. Двойное счастье!
Двойное счастье. Они издеваются? Это должно меня утешить? То, что я теперь отец сразу двоих неизвестных мне детей, рожденных неизвестно кем по вине этой клиники?
Выберите полку для книги