Книги по тегу «романтическая комедия»: ""

Что, если вместо идеального вечера с бокалом вина и видом на Эйфелеву башню ты окажешься в Париже… в домашних тапочках с котиками и с телефоном, где всё ещё открыта вкладка «10 самых романтичных городов мира»?
Главная героиня мечтала о Париже как о месте, где всё сразу станет утончённым и красивым: кофе — в изящной чашке, мысли — глубокими, а сама она — будто сошла со страниц французского романа. Но реальность (или магия, или каприз микроволновки) оказалась куда ироничнее: вместо бала — прогулка по скользкой брусчатке, вместо светской беседы. В этом Париже романтика соседствует с абсурдом, а каждый день подкидывает новые испытания: как объяснить, что ты из другого мира, если тебя в первую очередь спрашивают про визовый режим; как не влюбиться в город, который то завораживает закатом над Сеной, то заставляет бежать от внезапного ливня; и главное — как понять, хочешь ли ты вообще возвращаться, если здесь тебя уже считают «той самой чудачкой, которая видит в обычных улицах целую историю»

В городе, где магия прячется в тенях переулков, а предсказания сбываются с пугающей точностью, провидица Лира привыкла доверять только своему дару — и собственному скепсису. Но однажды её видение переворачивает всё: в нём мелькает дерзкий силуэт мужчины, который вот-вот совершит самую опасную кражу в своей жизни. Когда этот мужчина — ослепительно красивый, самоуверенный и до неприличия обаятельный грабитель по имени Кай — врывается в её жизнь, Лира понимает: их судьбы связаны древним проклятием. Теперь им придётся либо разрушить его вместе, либо сгореть в его пламени.

— Извиняйся, давай. Кивни, если поняла, — тихо сказал я ей на ухо; она кивнула. — Я сейчас отпущу тебя, и ты извинишься. А если будешь кричать, я тебя побью, — еле-еле сдерживал смех, когда всё это ей говорил.
Отпустил её рот и повернул к себе. И что я увидел? Ни капли страха; она рассматривала меня, как под микроскопом, даже прищурилась немного; мне очень захотелось прикрыться.
— Я жду, —напомнил я ей. — Извинений жду, — и скрестил руки на груди.
— Ну ладно. Будет по-вашему. Я прошу у вас прощения, — с каким-то одолжением сказала она и сверлит меня своими васильковыми глазами. Какие красивые у неё глаза! И губки, которые она поджимает. Носик красивый, маленький и аккуратный. Она какая-то нежная, воздушная; мне очень захотелось её обнять и почувствовать её в объятьях, и я это сделал.
Прижал её к себе. Одной рукой держал её за спинку, а второй гладил по волосам. Чувствую, что мелкая тоже гладит меня по спине. Приятно. Я ещё плотнее к ней прижался и положил подбородок на её голову.

— Мой отец прибывает в двенадцать, — сказала она. — А твоя мама — в одиннадцать тридцать.
— Они приедут в один день!
Тишина в квартире стала звенящей. Даже уличный шум, казалось, стих. Паук в углу замер — то ли от ужаса, то ли из солидарности.
Они стояли в коридоре и смотрели друг на друга. Торшер в спальне мигнул — где-то в сети был перепад напряжения, — и тени на стенах дрогнули, словно квартира тоже осознала масштаб грядущей катастрофы.
— Мы можем отменить? — тихо спросила Яна. — Ну, сказать, что мы заболели. Что у нас ковид. Или чума. Или что мы передумали возвращаться и остались на Алтае навсегда. Пастухами.
— Они уже купили билеты.
… Яна закрыла глаза и попыталась представить, как её отец и мать Артёма сидят за одним столом. Воображение услужливо подсунуло картинку: Михаил Степанович, багровый от возмущения, размахивает бутылкой коньяка, а Елена Павловна читает ему лекцию о вреде алкоголя.
— Мы погибнем, — прошептала Яна.
— Шансы выжить всё таки есть. Процентов пять...

Унаследовав комнату в коммуналке, Диана немедленно переселяется туда из общаги универа и становится возмутителем спокойствия! Жильцы объединяются против Дианы, но она отстаивает свои права на территорию, ведь её блог растёт благодаря стримам из экзотической локации.
Вдобавок на сердце Дианы начинают претендовать сразу двое жильцов: горячий Алекс и пылкий Валерий. И как тут сопротивляться, если с одним то и дело сталкиваешься в ванной, а второй гипнотизирует взглядом от плиты на обшарпанной общей кухне?

У Виктора Лучинского есть раздражающая черта: он уверен, что знает о женщинах всё. Хуже — он думает, что знает всё обо мне! Но я больше не та девочка на конкурсе стартапов, где он сидит в жюри: теперь в моих руках бюджет большой компании, а он — лишь один из списка кандидатов на рекламный контракт. Три года назад я пообещала себе, что окажусь сверху, и теперь я наконец-то поставлю его на место. Только вот удача не на моей стороне: Лучинскому в руки попадает пульт от одной вибрирующей штучки, о которой ему даже знать не положено.

Говорят, после 60 жизнь только начинается — но Зоя явно не ожидала, что начнётся она с громкого скандала, сплетен и полного пересмотра круга «лучших подруг». В день своего 64‑летия она вдруг обнаружила, что лучшая подруга не такая уж и лучшая, а добрые знакомые с радостью разносят по округе истории, в которых Зоя — то ли мошенница, то ли тайная захватчица чужих дач.

Но Зоя не из тех, кто будет тихо плакать в углу или судорожно оправдываться. Её ответ на предательство оказался неожиданно дерзким: она взяла телефон, включила камеру и сказала миру: «А давайте я лучше про огурцы расскажу». Так родился её влог — про сад, огород и про то, как не дать злым словам пустить корни в душе.

И вот тут начинается самое интересное. Пока одни зрители писали: «Какая женщина!», другие пытались разгадать маленькую тайну: откуда у Зои эта спокойная уверенность и умение одним взглядом ставить сплетников на место? Что за история прячется за её ироничной улыбкой?

В 51 год жизнь решила сыграть с Ириной злую шутку: сокращение, чёрная полоса, ощущение, что всё катится под откос. В Воронеже даже кофе стал казаться горьким, а небо — серым. Но Ирина не из тех, кто сдаётся: она пакует чемодан, бросает всё и мчится в Крым — за солнцем, морем и хотя бы парой дней без тревожных мыслей.

На экскурсии по фруктовым садам она встречает его — высокого, загорелого, невозмутимого фермера Виктора, которому 62 года и который знает о сливах всё: какие сорта самые сладкие, как их сушить, как варить варенье и почему именно слива — королева сада. Между ними сначала возникает неловкость, потом — споры о пользе абрикосов против слив, а потом… что-то такое, от чего у Ирины снова начинает биться сердце.

Ксения четыре года избегает смотреть на собственный замочек, забытый на мосту после расставания — но когда инженер приходит срезать все замочки ради безопасности конструкции, ей придётся не только спасти чужую память, но и наконец взглянуть в глаза собственной.

Клементина — библиотекарь-архивист, ценит тишину, порядок и личное пространство.

Декстер — бариста и ходячее недоразумение, которое в скором времени превратит ее жизнь в хаос.

Теплая, смешная и очень кошачья история об истинной паре...