Книги по тегу «романтическая эротика»: ""
— Лёша, я хочу развод.
Он засмеялся. Подумал, что шутка. Потом посмотрел на моё лицо — и перестал смеяться.
— Ты чего? — голос сел.
— Я трезвая. А ты пьяный. Поэтому разговор отложим до завтра. Но я хочу развод, Лёша. Не сегодня, не через месяц. Я хочу его прямо сейчас, в этой голове, чтобы ты перестал делать вид, что не видишь, как я умираю рядом с тобой.
Он отступил на шаг. Уперся спиной в стену.
— Это из-за того, что я редко цветы дарю?
— Это из-за того, что ты со мной не спишь, Лёша.
Он засмеялся. Подумал, что шутка. Потом посмотрел на моё лицо — и перестал смеяться.
— Ты чего? — голос сел.
— Я трезвая. А ты пьяный. Поэтому разговор отложим до завтра. Но я хочу развод, Лёша. Не сегодня, не через месяц. Я хочу его прямо сейчас, в этой голове, чтобы ты перестал делать вид, что не видишь, как я умираю рядом с тобой.
Он отступил на шаг. Уперся спиной в стену.
— Это из-за того, что я редко цветы дарю?
— Это из-за того, что ты со мной не спишь, Лёша.
Амалу начинают посещать новые и новые сны, в которых она начинает убивать Лиму.
Ей приходится вернуться в Калькутту, ведь только там она найдёт ответы на вопросы, которые мучают её. И ответы на сны, которые преследуют её.
Эти сны становятся кошмарами. В каждом сне она кого-то убивает.
Сможет ли Амала не сойти с ума? Ведь она уже преодолела черную полосу. Кажется, она вновь её настигла...
Ей приходится вернуться в Калькутту, ведь только там она найдёт ответы на вопросы, которые мучают её. И ответы на сны, которые преследуют её.
Эти сны становятся кошмарами. В каждом сне она кого-то убивает.
Сможет ли Амала не сойти с ума? Ведь она уже преодолела черную полосу. Кажется, она вновь её настигла...
Альмира всегда знала, как быть «правильной»: безупречные дизайн-проекты, мягкий свет пастельных тонов и уютное, предсказуемое счастье рядом с Тимом. Её жизнь была аккуратным эскизом, в котором не было места острым углам и оглушительным звукам.
Решив всего лишь «попробовать» бас-гитару на одном занятии, Альмира не подозревала, что низкие частоты выбьют из-под её ног привычный фундамент.
Теперь вместо нежных оттенков в её руках — холодный металл струн и брутальный бетон индустриальных лофтов. Но чем увереннее она держит ритм, тем сильнее растёт пропасть между той, кем она была, и той, кем становится. Это история о болезненном перерождении и о тонкой грани между созиданием и разрушением. Сможет ли Альмира найти свой истинный голос, когда наставником в её новой реальности становится тот, кто привык играть только на поражение?
Решив всего лишь «попробовать» бас-гитару на одном занятии, Альмира не подозревала, что низкие частоты выбьют из-под её ног привычный фундамент.
Теперь вместо нежных оттенков в её руках — холодный металл струн и брутальный бетон индустриальных лофтов. Но чем увереннее она держит ритм, тем сильнее растёт пропасть между той, кем она была, и той, кем становится. Это история о болезненном перерождении и о тонкой грани между созиданием и разрушением. Сможет ли Альмира найти свой истинный голос, когда наставником в её новой реальности становится тот, кто привык играть только на поражение?
Я стала женой. Меня на руки подхватывает теперь уже мой муж, пусть и фиктивный. Тело отзывается на него совсем не по-фиктивному. Сердце стучит громко, так и хочется сильнее прижаться к его мощной груди, ощутить на губах новый поцелуй.
Мы с ним подписали договор, что поцелуев на нашей свадьбе будет только два. Один, когда в ЗАГСЕ скажут целоваться, второй запасной, мало ли гости будут напористо орать горько. Удалось обойтись одним.
Однако, когда мы оказываемся в нашем домике молодожёнов, который для нас снял отец, Костя заносит меня в спальню, на кровать, и остаётся со мною. Не уходит.
– Мы договорились, что ты спишь в кухне на диване, – строго сказала я.
Костя взялся за край моей юбки, присаживаясь рядом. Я замерла, рассматривая его горящие глаза.
– Вообще-то, у меня остался ещё один поцелуй, и мы не договаривались, что он будет в губы, – сказал он.
Если не в губы, то куда? В щёку? У нас же фиктивный брак!
Мы с ним подписали договор, что поцелуев на нашей свадьбе будет только два. Один, когда в ЗАГСЕ скажут целоваться, второй запасной, мало ли гости будут напористо орать горько. Удалось обойтись одним.
Однако, когда мы оказываемся в нашем домике молодожёнов, который для нас снял отец, Костя заносит меня в спальню, на кровать, и остаётся со мною. Не уходит.
– Мы договорились, что ты спишь в кухне на диване, – строго сказала я.
Костя взялся за край моей юбки, присаживаясь рядом. Я замерла, рассматривая его горящие глаза.
– Вообще-то, у меня остался ещё один поцелуй, и мы не договаривались, что он будет в губы, – сказал он.
Если не в губы, то куда? В щёку? У нас же фиктивный брак!
Вера приезжает отдохнуть к лучшей подруге на море. В первый же вечер она знакомится в баре с молодым красавцем, а утром обнаруживает, что это сын её подруги.
Теперь ей предстоит скрываться, отбиваться от настойчивых предложений руки и сердца и постоянно выслушивать: «А тебе давление не померить?»
Ирония, жара, море и полное отсутствие тормозов. Кто кого, выяснится не скоро.
Теперь ей предстоит скрываться, отбиваться от настойчивых предложений руки и сердца и постоянно выслушивать: «А тебе давление не померить?»
Ирония, жара, море и полное отсутствие тормозов. Кто кого, выяснится не скоро.
АННОТАЦИЯ:
Я – капитан полиции, упрямая и привыкшая всё контролировать. Пошла по следу пропавших и попала в лапы альфы оборотней. Он предложил сделку: три дня в его мире. В обмен на молчание. Я согласилась и угодила в клетку. Цепи на запястьях. Полумрак. Его взгляд, от которого немеют колени.
У оборотней цепи — целая философия: инициация, дисциплина, иные утехи.
Меня называют строптивой. Возможно, они правы. Но оковы уже защёлкнулись. И я не хочу их снимать.
Я – капитан полиции, упрямая и привыкшая всё контролировать. Пошла по следу пропавших и попала в лапы альфы оборотней. Он предложил сделку: три дня в его мире. В обмен на молчание. Я согласилась и угодила в клетку. Цепи на запястьях. Полумрак. Его взгляд, от которого немеют колени.
У оборотней цепи — целая философия: инициация, дисциплина, иные утехи.
Меня называют строптивой. Возможно, они правы. Но оковы уже защёлкнулись. И я не хочу их снимать.
Мы с подругой решили сходить в общую баню, но в последний момент она не смогла. Я уже было расстроилась, что вечер испорчен. Но неожиданно компанию мне составили два горячих, крепких парня.
Вечер обещает быть очень горячим...
Вечер обещает быть очень горячим...
Иногда, по ночам, когда они думают, что я сплю, Сергей шепчет Владу: «Надо было брать блондинку раньше. Столько лет потеряли». А Глеб отвечает: «Ничего. Теперь у нас вся жизнь». Я слышу. И улыбаюсь в подушку.
Спокойной ночи, мои хищники.
Спокойной ночи, мои хищники.
Есения – бухгалтер с хорошим образованием и пышными формами, случайно оказывается на этаже генерального Дамира Хладова. Тот принимает Есению за новую кандидатку в помощницу и решает ее оставить.
А что из этого получится, узнаем вместе. История 18+
А что из этого получится, узнаем вместе. История 18+
— Жалеешь?
— О чем? О том дожде? О той скамейке? Никогда. Вы спасли меня. Сделали своей. И я теперь всегда ваша.
— О чем? О том дожде? О той скамейке? Никогда. Вы спасли меня. Сделали своей. И я теперь всегда ваша.
Выберите полку для книги