Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""
— Ты больше не нужна мне, Элира. Завтра тебя увезут за стены дворца.
— Мы же истинная пара, ты не можешь…
— Магия ошиблась. А я не держу у трона пустышек.
***
Он сослал меня в заброшенный замок на краю Империи.
А спустя время… захотел вернуть.
С новой женой в Императорский дворец пришла тень древнего проклятья, и теперь оно медленно разрушало Рэйдара изнутри. На первый взгляд он все тот же — жестокий, властный, несгибаемый. При нём Империя всегда держала врагов в страхе, а границы — в огне.
И всё же… он приехал за мной лично.
Зачем? Вопросов Императору Драконов задавать не принято. Но мое сердце — не трон, завоевать его снова я не позволю.
— Мы же истинная пара, ты не можешь…
— Магия ошиблась. А я не держу у трона пустышек.
***
Он сослал меня в заброшенный замок на краю Империи.
А спустя время… захотел вернуть.
С новой женой в Императорский дворец пришла тень древнего проклятья, и теперь оно медленно разрушало Рэйдара изнутри. На первый взгляд он все тот же — жестокий, властный, несгибаемый. При нём Империя всегда держала врагов в страхе, а границы — в огне.
И всё же… он приехал за мной лично.
Зачем? Вопросов Императору Драконов задавать не принято. Но мое сердце — не трон, завоевать его снова я не позволю.
Я тихоня. Скромная. Скучная. Незаметная.
Так всегда думала о себе, пока случайно не попала на закрытый чемпионат боев без правил.
Здесь нет запретов. Здесь царит жестокость. Бойцы ломают друг другу кости, наполняя воздух тяжелым запахом крови и кипящего тестостерона. Здесь победитель в праве выбрать любую девушку для своих утех, просто ткнув в ее пальцем.
И почему-то так получается, что чемпион выбирает меня!
Так всегда думала о себе, пока случайно не попала на закрытый чемпионат боев без правил.
Здесь нет запретов. Здесь царит жестокость. Бойцы ломают друг другу кости, наполняя воздух тяжелым запахом крови и кипящего тестостерона. Здесь победитель в праве выбрать любую девушку для своих утех, просто ткнув в ее пальцем.
И почему-то так получается, что чемпион выбирает меня!
Влад обещал жене, что будет обращаться с ней, как с хрустальной вазой, и сдувать пылинки. Так и было, пока ... Нет, он не разлюбил ее. Лучше было бы если б разлюбил. Маша совершила нечто совершенно непростительное. Другой бы на его месте развелся, но Котов не может отпустить, и простить тоже не может...
***
Тебе что изменила Маша? - тихо, опасаясь произнести это в слух, спросил он.
Влад, уставившись в пространство перед собой, молчал. Внутренне он ещё был не готов признать факт измены.
- Ты уверен? - Рост нервно заерзал в кресле, - Я имею ввиду, ты точно...
- Точно, - Влад чувствовал, как в сердце проникала темная густая ночь, что сейчас окружала машину, - Вот все думаю, это мой отец прав: и все бабы - шкуры или это только Котовым так не везёт, а?
- Моя Лара - не шкура, - немного помолчав, прохрипел Рост.
- Я тоже верил, что моя Маша - не такая, - Влад по-животному заревел, сжимая кулаки, - Но она, тварь, предала меня! Предала!
***
Тебе что изменила Маша? - тихо, опасаясь произнести это в слух, спросил он.
Влад, уставившись в пространство перед собой, молчал. Внутренне он ещё был не готов признать факт измены.
- Ты уверен? - Рост нервно заерзал в кресле, - Я имею ввиду, ты точно...
- Точно, - Влад чувствовал, как в сердце проникала темная густая ночь, что сейчас окружала машину, - Вот все думаю, это мой отец прав: и все бабы - шкуры или это только Котовым так не везёт, а?
- Моя Лара - не шкура, - немного помолчав, прохрипел Рост.
- Я тоже верил, что моя Маша - не такая, - Влад по-животному заревел, сжимая кулаки, - Но она, тварь, предала меня! Предала!
Она — психолог-оперативник, работающая под прикрытием в клубе, где торгуют людьми.
Он — её босс, с которым их связывает непростое прошлое и бешеное сексуальное напряжение.
Но когда операция идёт под откос, Лика сама оказывается на аукционе в роли «товара».
Сможет ли тот, кто всегда её раздражал, стать её спасением? И кто она теперь — охотница или жертва?
Он — её босс, с которым их связывает непростое прошлое и бешеное сексуальное напряжение.
Но когда операция идёт под откос, Лика сама оказывается на аукционе в роли «товара».
Сможет ли тот, кто всегда её раздражал, стать её спасением? И кто она теперь — охотница или жертва?
Вадим сидит в кресле. Рубашка наполовину выбилась из брюк, по лицу размазана помада. А на его коленях восседает девица в белоснежном костюме.
Я не устроила истерику. Просто взяла две чашки с ещё тёплым кофе и вылила им на головы.
Затем развернулась и ушла. Думала, это конец. Но оказалось, всё только началось.
Выяснилось, что мой муж женился на мне не из-за любви. Ему нужна компания моего отца. Три года он притворялся, что любит, три года врал. А теперь он запирает меня в доме, отбирает все средства связи, ставит охрану и клянётся, что никуда я не денусь.
Он не знает одного: во мне уже семь недель живёт новая жизнь. И я не собираюсь сдаваться, ведь, как оказалось, меня есть кому защитить.
Я не устроила истерику. Просто взяла две чашки с ещё тёплым кофе и вылила им на головы.
Затем развернулась и ушла. Думала, это конец. Но оказалось, всё только началось.
Выяснилось, что мой муж женился на мне не из-за любви. Ему нужна компания моего отца. Три года он притворялся, что любит, три года врал. А теперь он запирает меня в доме, отбирает все средства связи, ставит охрану и клянётся, что никуда я не денусь.
Он не знает одного: во мне уже семь недель живёт новая жизнь. И я не собираюсь сдаваться, ведь, как оказалось, меня есть кому защитить.
Она — королева порядка. Он — олицетворение хаоса. Одно пари, месяц безумных желаний и правило без права отказа.
Никита уверен: он выведет Лилю из зоны комфорта. Лиля знает: она заставит его повзрослеть. Но никто не ожидал, что «чистый эксперимент» обернется чувствами, которые невозможно просчитать по формулам.
Никита уверен: он выведет Лилю из зоны комфорта. Лиля знает: она заставит его повзрослеть. Но никто не ожидал, что «чистый эксперимент» обернется чувствами, которые невозможно просчитать по формулам.
Я ударила клиента. Знаю, не самый профессиональный поступок для адвоката.
Моему начальнику пришлось спасать мою карьеру, отправив меня к психологу. Десять сеансов с циничным мужчиной, который уверен, что умеет читать людей.
Он думает, что будет разбирать меня по косточкам. Вот только я тоже умею играть в игры. И быть удобной пациенткой не собираюсь.
Моему начальнику пришлось спасать мою карьеру, отправив меня к психологу. Десять сеансов с циничным мужчиной, который уверен, что умеет читать людей.
Он думает, что будет разбирать меня по косточкам. Вот только я тоже умею играть в игры. И быть удобной пациенткой не собираюсь.
— Куда ты собрался?!
Догоняю мужа в прихожей. Он весь свой день рождения просидел с телефоном, ерзал на стуле, а теперь убегает во время самой торжественной части!
— Мне надо бежать, — бросает раздраженно.
— Да куда? Сегодня твой день рождения! Ты обещал, что хотя бы сегодня…
— К ней, — выдает муж, ошарашивая. — Вера рожает.
— К-какая Вера?
— Моя женщина. Она мне сейчас сына рожает. Сына, которого ты не смогла родить мне за все эти годы! — выпаливает он так громко, что все гости в гостиной точно услышали, а затем и хлопок железной двери.
В день рождения мужа я узнаю, что его любовница на сносях. Муж бросает все и уезжает к этой женщине, чтобы везти ее в роддом, оставляя меня заканчивать праздник с разбитым сердцем…
Догоняю мужа в прихожей. Он весь свой день рождения просидел с телефоном, ерзал на стуле, а теперь убегает во время самой торжественной части!
— Мне надо бежать, — бросает раздраженно.
— Да куда? Сегодня твой день рождения! Ты обещал, что хотя бы сегодня…
— К ней, — выдает муж, ошарашивая. — Вера рожает.
— К-какая Вера?
— Моя женщина. Она мне сейчас сына рожает. Сына, которого ты не смогла родить мне за все эти годы! — выпаливает он так громко, что все гости в гостиной точно услышали, а затем и хлопок железной двери.
В день рождения мужа я узнаю, что его любовница на сносях. Муж бросает все и уезжает к этой женщине, чтобы везти ее в роддом, оставляя меня заканчивать праздник с разбитым сердцем…
Я подошла к ней близко. Совсем близко. Она отшатнулась, наткнулась на кресло.
— Знаешь, что самое подлое, Лида? — Голос у меня упал, и от этого, я видела, ей стало страшнее, чем от крика. — Не то, что ты спала с моим мужем. Это мерзко, но это бывает. А то, что ты приходила в мой дом после этого. Садилась за мой стол. Брала на руки мою дочь, которую крестила. Смотрела мне в глаза и говорила «я всегда рядом, что бы ни случилось». Вот это я тебе не прощу. Не измену. Предательство.
— Яна…
— Ты крёстная моей дочери. — Меня наконец затрясло. — Я доверила тебе ребёнка! Я просила тебя стать ей второй матерью, если со мной что! Я плакала на тех крестинах, дура! А ты держала её над купелью и уже спала с её отцом! Или ещё нет?! Когда вы начали, Лида?! ДО или ПОСЛЕ крестин?!
— ПЕРЕСТАНЬ! — Она зажала уши руками. — Перестань кричать!
— Это я перестань?!
— Знаешь, что самое подлое, Лида? — Голос у меня упал, и от этого, я видела, ей стало страшнее, чем от крика. — Не то, что ты спала с моим мужем. Это мерзко, но это бывает. А то, что ты приходила в мой дом после этого. Садилась за мой стол. Брала на руки мою дочь, которую крестила. Смотрела мне в глаза и говорила «я всегда рядом, что бы ни случилось». Вот это я тебе не прощу. Не измену. Предательство.
— Яна…
— Ты крёстная моей дочери. — Меня наконец затрясло. — Я доверила тебе ребёнка! Я просила тебя стать ей второй матерью, если со мной что! Я плакала на тех крестинах, дура! А ты держала её над купелью и уже спала с её отцом! Или ещё нет?! Когда вы начали, Лида?! ДО или ПОСЛЕ крестин?!
— ПЕРЕСТАНЬ! — Она зажала уши руками. — Перестань кричать!
— Это я перестань?!
Я ехала в квартиру брата, чтобы наконец почувствовать вкус свободы. Никакого родительского контроля, никаких правил — только учёба, сериалы до ночи и жизнь в своё удовольствие.
Но брат решил решил поселить в квартире своего друга. Огромного, сурового и до невозможности сексуального мужчину, который почему-то считает, что знает, как мне жить.
Он старше меня, слишком серьёзный. Вот только сердце начинает биться быстрее, когда он оказывается рядом, а его взгляды становятся всё горячее.
Нам нельзя.
Он — друг брата. Я — его младшая сестра, за которой он пообещал присматривать.
Но что делать, если с каждым днём держать дистанцию всё сложнее? И чем закончится это опасное соседство, если однажды мы оба перестанем сопротивляться своим чувствам?
СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА ВЫЙДЕТ 10.07
Но брат решил решил поселить в квартире своего друга. Огромного, сурового и до невозможности сексуального мужчину, который почему-то считает, что знает, как мне жить.
Он старше меня, слишком серьёзный. Вот только сердце начинает биться быстрее, когда он оказывается рядом, а его взгляды становятся всё горячее.
Нам нельзя.
Он — друг брата. Я — его младшая сестра, за которой он пообещал присматривать.
Но что делать, если с каждым днём держать дистанцию всё сложнее? И чем закончится это опасное соседство, если однажды мы оба перестанем сопротивляться своим чувствам?
СЛЕДУЮЩАЯ ГЛАВА ВЫЙДЕТ 10.07
Выберите полку для книги