Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Она не может сказать «нет» — и не может сказать «да». Девять лет назад отчим забрал у Камилы голос, а мать поверила не ей. Теперь на её лавку каждый день приходит незнакомец. Молча садится. Молча смотрит.
— Ты умеешь читать? — спрашивает записка.
— Да, — пишет она в ответ.
— Тогда прочти это: я пришёл за тобой.
Через три дня — свадьба. Через месяц — дом на горе, где её впервые не боятся, а ждут. И первый звук за девять лет, вырванный не страхом, а его терпением — тем, что он ни разу не поторопил её заговорить.
— Ты умеешь читать? — спрашивает записка.
— Да, — пишет она в ответ.
— Тогда прочти это: я пришёл за тобой.
Через три дня — свадьба. Через месяц — дом на горе, где её впервые не боятся, а ждут. И первый звук за девять лет, вырванный не страхом, а его терпением — тем, что он ни разу не поторопил её заговорить.
Я пришла в себя посреди аукциона — с чужим именем, чужой жизнью и молотком в руке.
Передо мной последний лот: старый хозяйственный двор, оставшийся от имущества дракона, официально погибшего семь лет назад. Продажа должна спасти почти разоренный аукционный дом Вейн.
Осталось только ударить молотком и сказать: «Продано».
Но двери открываются.
И покойный владелец входит в зал лично.
Тарвейн Роэсс намерен вернуть все, что у него отняли. Покупатели требуют гарантий, Королевский реестр начинает проверку, а над моим аукционным домом нависает угроза закрытия.
Хуже всего другое: среди старых бумаг я нахожу карту. Семь уже проданных участков складываются на ней в одну линию, а мой последний лот завершает ее.
Кому понадобилось официально похоронить живого дракона ради нескольких клочков городской земли?
Чтобы сохранить дом Вейн, мне придется закончить расследование женщины, чье место я заняла.
Передо мной последний лот: старый хозяйственный двор, оставшийся от имущества дракона, официально погибшего семь лет назад. Продажа должна спасти почти разоренный аукционный дом Вейн.
Осталось только ударить молотком и сказать: «Продано».
Но двери открываются.
И покойный владелец входит в зал лично.
Тарвейн Роэсс намерен вернуть все, что у него отняли. Покупатели требуют гарантий, Королевский реестр начинает проверку, а над моим аукционным домом нависает угроза закрытия.
Хуже всего другое: среди старых бумаг я нахожу карту. Семь уже проданных участков складываются на ней в одну линию, а мой последний лот завершает ее.
Кому понадобилось официально похоронить живого дракона ради нескольких клочков городской земли?
Чтобы сохранить дом Вейн, мне придется закончить расследование женщины, чье место я заняла.
Муж зовёт его лучшим другом. Приглашает в бильярд по пятницам, в теннис — по четвергам. А по субботам присылает его к жене — «помочь по дому», пока сам на заводе.
Он не знает, что жена уже давно ведёт счёт не партиям и не геймам.
— Наташ, — сказал он тихо. — Ты несчастна.
Не вопрос. Утверждение.
— Я знаю, — ответила я. — Но не знаю, что с этим делать.
— Я знаю.
Она снимает чужие лица четыре года — и ни разу не позволяла снять себя. Пока не встретила мужчину, который умеет ждать так, что это страшнее любого напора. Каждая суббота — новый кадр. Каждый кадр — на шаг ближе к точке, откуда не возвращаются.
Муж узнает последним. Как всегда.
Он не знает, что жена уже давно ведёт счёт не партиям и не геймам.
— Наташ, — сказал он тихо. — Ты несчастна.
Не вопрос. Утверждение.
— Я знаю, — ответила я. — Но не знаю, что с этим делать.
— Я знаю.
Она снимает чужие лица четыре года — и ни разу не позволяла снять себя. Пока не встретила мужчину, который умеет ждать так, что это страшнее любого напора. Каждая суббота — новый кадр. Каждый кадр — на шаг ближе к точке, откуда не возвращаются.
Муж узнает последним. Как всегда.
На фотографии князь мёртв. Рядом с телом стоит она. До снимка из будущего — 27 дней.
Я всю жизнь возвращала прошлое старым фотографиям. Но не ожидала, что однажды фотография покажет мне будущее.
После странного происшествия я очнулась в Петербурге 1896 года — в чужом теле, с чужим именем и почти разорённым фотоателье в придачу.
С этим я бы ещё справилась.
Хуже оказалось другое.
Князь Всеволод Ратмиров, начальник особого отдела Имперского управления расследований, пришёл ко мне вовсе не фотографироваться. Он подозревает прежнюю хозяйку ателье в опасной афере и слишком хорошо замечает, когда я лгу.
Однако официальный портрет князя всё-таки пришлось сделать.
На проявленной пластине Ратмиров оказался мёртв.
Он лежит посреди стеклянного павильона. Рядом разбито зеркало. Возле тела стоит женщина.
Я.
А на моём пальце — кольцо рода Ратмировых.
На фотографии есть дата. До неё двадцать семь дней.
И часы, остановившиеся на 11:47.
Я всю жизнь возвращала прошлое старым фотографиям. Но не ожидала, что однажды фотография покажет мне будущее.
После странного происшествия я очнулась в Петербурге 1896 года — в чужом теле, с чужим именем и почти разорённым фотоателье в придачу.
С этим я бы ещё справилась.
Хуже оказалось другое.
Князь Всеволод Ратмиров, начальник особого отдела Имперского управления расследований, пришёл ко мне вовсе не фотографироваться. Он подозревает прежнюю хозяйку ателье в опасной афере и слишком хорошо замечает, когда я лгу.
Однако официальный портрет князя всё-таки пришлось сделать.
На проявленной пластине Ратмиров оказался мёртв.
Он лежит посреди стеклянного павильона. Рядом разбито зеркало. Возле тела стоит женщина.
Я.
А на моём пальце — кольцо рода Ратмировых.
На фотографии есть дата. До неё двадцать семь дней.
И часы, остановившиеся на 11:47.
- Что будет дальше? — с трудом сглатываю вязкий ком.
- Дальше? — спрашивает муж, а его любовница улыбается. - Дальше ты поступишь как мудрая женщина и послушная жена. Ты примешь моего ребёнка и будешь воспитывать из него наследника рода Ван Дерден. На тебе останутся обязанности по ведению хозяйства и устройство приёмов.
- А что же в это время будет делать твоя подстилка?
- Официально для всего света мы объявим, что Этерия стала твоей компаньонкой.
- Этого не будет, — произношу я чётко.
- Прекрасно, — некогда такие родные глаза недобро вспыхивают. - Значит, сегодня же ты отправишься в монастырь и будешь доживать свой век в полной изоляции. В свете будет объявлено о твоей душевной болезни на фоне неспособности подарить мне наследника!
***
Пять лет я жила иллюзиями. Верила, что муж любит меня и я ещё смогу родить ему наследника.
Вот только реальность оказалась куда страшнее. Муж давно завёл любовницу, и очень скоро она родит ему наследника, а я...
Мне суждено состариться и умер
- Дальше? — спрашивает муж, а его любовница улыбается. - Дальше ты поступишь как мудрая женщина и послушная жена. Ты примешь моего ребёнка и будешь воспитывать из него наследника рода Ван Дерден. На тебе останутся обязанности по ведению хозяйства и устройство приёмов.
- А что же в это время будет делать твоя подстилка?
- Официально для всего света мы объявим, что Этерия стала твоей компаньонкой.
- Этого не будет, — произношу я чётко.
- Прекрасно, — некогда такие родные глаза недобро вспыхивают. - Значит, сегодня же ты отправишься в монастырь и будешь доживать свой век в полной изоляции. В свете будет объявлено о твоей душевной болезни на фоне неспособности подарить мне наследника!
***
Пять лет я жила иллюзиями. Верила, что муж любит меня и я ещё смогу родить ему наследника.
Вот только реальность оказалась куда страшнее. Муж давно завёл любовницу, и очень скоро она родит ему наследника, а я...
Мне суждено состариться и умер
Она приехала в чужой дом, спасаясь от прошлого. Он — муж её матери, холодный и недосягаемый. Его друг — дерзкий и наглый. Жара, близость, долгие ночи на террасе. Грань стёрта.
Лена оказалась между двумя мужчинами, которые выбирают её. Она выбирает их. Это разрушит всё, что строила её мать. Но отступать поздно.
Когда Галина возвращается, Лене приходится решать. Или привычная жизнь. Или опасное счастье, в котором она впервые чувствует себя живой. Сумеет ли она построить новое на руинах старого?
— Ты дрожишь, — сказал он, и его пальцы легли мне на плечи.
— Боюсь, — призналась я.
— Чего?
— Что мне понравится. И тогда назад дороги не будет.
Он усмехнулся.
— Тебе уже понравилось. Дороги назад давно нет.
Лена оказалась между двумя мужчинами, которые выбирают её. Она выбирает их. Это разрушит всё, что строила её мать. Но отступать поздно.
Когда Галина возвращается, Лене приходится решать. Или привычная жизнь. Или опасное счастье, в котором она впервые чувствует себя живой. Сумеет ли она построить новое на руинах старого?
— Ты дрожишь, — сказал он, и его пальцы легли мне на плечи.
— Боюсь, — призналась я.
— Чего?
— Что мне понравится. И тогда назад дороги не будет.
Он усмехнулся.
— Тебе уже понравилось. Дороги назад давно нет.
Сорокалетняя политтехнолог из нашего времени становится юной Фике — будущей Екатериной Великой. Она знает историю наизусть. Но в России XVIII века появляется тот, кто знает не меньше. Тайный враг из того же будущего, сеть шпионов, управляемых через слухи, и исчезновение самых близких людей — Екатерине предстоит не просто бороться за трон, а решить, готова ли она платить за власть собой.
Счастье Есении Каблуковой где-то заплутало... Все подруги замужем, а она всё свободное от работы время проводит в мечтах и за чтением романов о любви. И всё же в один удивительный день в жизни Есении неожиданно появляется прекрасный незнакомец...
Я видела, как Елисей остался истекать кровью на снегу. Слышала выстрел. Уехала, потому что должна была спасти нашу дочь. И целые сутки оплакивала мужчину, которого любила одиннадцать лет. А потом поняла страшное. Я не видела, как он умер. Молох слишком упрямый, чтобы просто взять и сдохнуть. Поэтому я возвращаюсь в тот лес. Где осталась его кровь. К волчьим следам. К последней надежде, которая может уничтожить меня окончательно. Если Елисей жив, я больше от него не уйду. Только наша война ещё не закончена. И тот, кто однажды уже отнял у нас десять лет жизни, возвращается, чтобы забрать последние.
– Ты выбрала моего врага и теперь называешь это самостоятельностью.
После двадцати двух лет брака Кирилл уверен: без него я никто. Ему оказалось мало любовницы, разрушенной семьи и чужих долгов на мое имя. Теперь он хочет забрать проект, в который я вложила годы жизни.
Чтобы вернуть свое, мне придется выйти против мужа на архитектурном конкурсе. Дочь остается с отцом, сотрудники боятся за будущее, а он ждет, когда я сломаюсь и соглашусь снова стать удобной.
Но рядом со мной Алексей Берестов – мужчина, которого Кирилл считает врагом. Он не обещает легкой победы, зато рядом с ним я снова чувствую себя желанной. Мне хочется не только выстоять, но и довериться.
Только у Алексея тоже есть то, о чем он молчит.
Я готова рискнуть ради новой любви. Но больше не согласна узнавать правду после того, как за меня уже сделали выбор.
После двадцати двух лет брака Кирилл уверен: без него я никто. Ему оказалось мало любовницы, разрушенной семьи и чужих долгов на мое имя. Теперь он хочет забрать проект, в который я вложила годы жизни.
Чтобы вернуть свое, мне придется выйти против мужа на архитектурном конкурсе. Дочь остается с отцом, сотрудники боятся за будущее, а он ждет, когда я сломаюсь и соглашусь снова стать удобной.
Но рядом со мной Алексей Берестов – мужчина, которого Кирилл считает врагом. Он не обещает легкой победы, зато рядом с ним я снова чувствую себя желанной. Мне хочется не только выстоять, но и довериться.
Только у Алексея тоже есть то, о чем он молчит.
Я готова рискнуть ради новой любви. Но больше не согласна узнавать правду после того, как за меня уже сделали выбор.
Выберите полку для книги