Книги по тегу «сильная героиня»: ""

— Дим, ну посмотри же на меня, — голос Алины игривый.
Я краем глаза заглядываю в щель.
— Вижу, — протягивает мой муж. — Округлилась моя девочка. Красивая такая стала. Налитая.
— Дурак, — Алина смеётся. — Ты рад?
— Конечно, я рад, — он гладит её живот. — Как там наш малыш?
— Толкается, — шепчет она. — По ночам особенно. Не даёт спать. Такой же активный, как папочка.
Я замираю, задерживаю дыхание, только бы не выдать себя.
— А ты уверена, что мальчик? — спрашивает Дима, не убирая руки с её живота.
— Чувствую, — она целует его в щёку. — Я всё чувствую, Дима. Я даже чувствовала, что мы будем вместе, ещё когда ты на Ленке женился. Всегда знала. Просто ей по глупости достался, по молодости. А потом понял, что я твоя настоящая.
— Алина... — начинает он, но она целует его.
А потом продолжает:
— Дим, а когда ты скажешь ей? Скоро прятаться станет невозможно. Все начнут замечать. Я не хочу скрываться, как какая-то любовница на содержании.

– Хочешь, стану твоим женихом на эти две недели? – спрашивает у меня мужчина. Я не знала его ещё полчаса назад.
– Очень смешно. Это говорит мне парень, которого я нашла в коридоре голым прикрывающимся одним полотенцем!
– Ты же знаешь, у меня не было выбора. К тому же, приехать со мной — всяко лучше, чем ехать к родителям одной, слушать мамины вздохи когда внуки, а также терпеть сальные шуточки отчима.
Прикусываю губу. Он чертовски прав.
– И что ты хочешь взамен?
– Ничего. Ты уже спасла мне жизнь, впустив меня к себе. Я привык отвечать взаимностью. Право слово, не влюбимся же мы друг в друга за эти две недели.

Жить с непризнанным гением — это уже подвиг. Кормить, содержать, организовывать выставки, а потом узнать, что ради "воздуха" он променял тебя на худосочную музу с тортом? Обидно. Но когда на твоей стороне енот-диверсант, попугай-правдоруб, трое детей и тётя с чугунной сковородкой — развод становится искусством. Больно? Смешно. А в финале — очень вкусно

Да, здесь нужен короткий мостик, чтобы Алёна не возникала из воздуха. Я бы дала так:

— Денис, тебе нравится её внимание?

— Крис, ты опять себя накручиваешь. Между нами ничего нет.

Конечно. Ничего.

Просто после корпоратива в жизни Дениса всё чаще стала появляться Алёна — рыжая медсестра из его госпиталя. Сначала танец. Потом просьба помочь с телевизором. Потом сообщения по вечерам и шутки, которые уже совсем не похожи на обычное общение коллег.

А Денис улыбается. Отвечает. И каждый раз объясняет мне, что я ревную на пустом месте.

Пока однажды не пишет:

«Буду поздно. У нас завал».

А через двадцать минут я вижу его машину у её дома.

И самого Дениса рядом с Алёной.

— Ты всё не так поняла.

Может быть.

Только я устала чувствовать себя сумасшедшей, пока мой мужчина врёт мне ради женщины, которая якобы ничего для него не значит.

— Ты зачем писал ей по ночам?
— Марина, тише. Никита спит.
— Она дочь моей сестры, Олег. Ты её на руках маленькую держал.
— Ей уже восемнадцать. И ты всё неправильно поняла.
Сестра лежала в больнице и попросила отвезти её дочь в Питер на поступление. Мой муж сам вызвался помочь. Я решила поехать с ними и взять сына: заодно погуляем, покажем ребёнку Петергоф, проведём несколько дней семьёй.
Только уже в отеле я заметила, как Олег смотрит на Леру. Не как на племянницу. Не как на ребёнка нашей семьи.
А потом увидела сообщение: Удаляй всё. Марина подозревает.
И поняла: эта поездка закончится не поступлением Леры. Она закончится правдой, после которой наша семья уже не вернётся домой прежней.

— Ах ты ж, гадёныш мелкий! — прорычал, залезая в кабину и глуша мотор. Руки дрожали от злости и от страха за пацана.
Схватил малого за шкирку и вытащил наружу.
— Пустите, дядя!
— Ты зачем трактор завёл, а? — рявкнул, встряхивая его хорошенько. — Чей будешь?
Попадись мне только его родители — устрою им. Нарожают детей, ядрён батон, а смотреть за ними не хотят!
А пацан вдруг как заверещит — у меня чуть уши не заложило:
— А-а-а! Пусти меня! Бабуля-я!
И тут я слышу какой-то шум сзади. Быстрые шаги, частое дыхание. А в следующую секунду ощущаю на своей спине хлёсткие удары...
Медленно оборачиваюсь. И вижу злющую тётку в очках, в платке, из-под которого торчат всклокоченные серые лохмы, а в руках веник.
— Отпустите ребёнка, маньяк несчастный! — завопила эта ведьма, снова налетая на меня со своим веником.
Тут уж я разозлился не на шутку.
— А ну пошла вон, ведьма! — рявкнул я и вырвал у неё злополучный веник.
Так, стоп. Бабуля?!
Эта ведьма и есть бабка пацана?!

– Дедушкааааа!!!
Да ну нафиг!
Я не дед, и не собираюсь им становиться!
– Отвяжись! Ищи своего деда в другом месте!
– Моего дедушку зовут Тигр Сабиев! Это же ты?
– Я. – Крякаю, хотя меня никто и никогда Тигром не называл.
Не находилось таких смертников.
Да и молод я ещё для деда!
Сажусь на кровати, разглядывая незнакомую малышку лет шести.
– А ты, бляха-муха, кто?
– Я-то? Внучка твоя, Катюшка.
*****
И чёрт же меня дёрнул вернуться на Родину! Мало того, что в моём доме появился колдун, мне пришлось изображать привидение и ловить злобного Рэкса. Так у меня теперь ещё есть внучка!

Они выжили в океане, спаслись от погони и наконец-то обрели друг друга. Но счастье оказалось слишком хрупким.
В Англии старые враги плетут смертельную сеть. Тайена Сент-Гранта обвиняют в государственной измене и бросают в Тауэр. Джуния Зейни готова на всё, чтобы спасти любимого, но силы неравны. Единственная надежда — письма, которые могут уничтожить самого могущественного человека при дворе.
Вот только успеет ли она, когда приговор уже вынесен?
Третья книга в серии о Сент-Грантах - история о любви, которая сильнее страха, и о выборе, от которого зависит жизнь.
«Сент-Гранты. Книга 3»

— Я не жду, что ты поймёшь, — муж пожимает плечами, застёгивая пряжку ремня.
— А она, значит, поймёт? — мои губы дрожат.
Давид кривит губы, но не отрицает.
— Скоро моя жизнь будет зависеть от солдатской удачи. Алина это хорошо понимает.
Прижимаю руки к груди, не смея дышать:
— И потому променял жену на девицу из военкомата?
— Кира, если ты не можешь мне дать никаких послаблений, я тебя не держу, — и муж красноречиво кивает на дверь

***
Я отпустила их обоих с миром, подала документы на развод, а потом долго собирала свою жизнь по крупицам. Но когда в мои двери снова постучала беда, бывший муж оказался… моей единственной надеждой?

- ХЭ

Они вышли на крыльцо вместе.
Андрей привычным движением приобнял её за талию под бежевым пальто, резко притянул к себе, и они поцеловались. Не быстро, не украдкой, не оглядываясь по сторонам. Они целовались посреди дня, посреди оживлённой улицы. Как люди, которым больше нечего скрывать.
— Так вот какая у тебя важная встреча, — сказала я.
— Прости. Так получилось. Может, оно даже и к лучшему. Всё равно надо было решать. Я завтра приеду домой, заберу свои вещи. Давай только без сцен.
— Да, Андрей. Так действительно даже лучше, — мягко согласилась я. — Я и сама давно не знала, как тебе сказать. Только завтра приезжать не нужно. Вещи свои забери сегодня. Ключи оставишь на тумбочке в прихожей.
— В смысле — сегодня? — почти воскликнул он, и в его баритоне прорезалась обиженная, капризная и глубоко возмущённая нотка, которая всегда бывает у эгоистичных людей, когда у них резко отбирают то, что они уже мысленно успели присвоить. — Нина, ты это ещё о чём вообще?