Подборка книг по тегу: "сильная героиня"
Жить молодой семье с родителями - плохая идея. Так считает Катя. Но жизнь имеет обыкновение вносить свои коррективы. Поэтому Кате и ее мужу Стасу пришлось уживаться под одной крышей с его властной матерью. Выдержит ли молодая семья это испытание?
Всех с Новым годом. Спасибо, что были с нами, пока мы с Рифом творили эту историю)).
На день рождения вместо подарка Кира получила «тихий развод за 5 минут». В 45 лет она уже «надоела» мужу. Документы подписали за неё. Она вместе с вещами выброшена в ночной зимний парк, точно сломанная кукла. Никому нет дела до того, увидит ли она рассвет нового дня. Только Холодная Луна решила иначе. Замёрзшая, но всё ещё отчаянно цепляющаяся за жизнь, она встретила того, кто оказался человечнее и благороднее всех, кого считала близкими.
На день рождения вместо подарка Кира получила «тихий развод за 5 минут». В 45 лет она уже «надоела» мужу. Документы подписали за неё. Она вместе с вещами выброшена в ночной зимний парк, точно сломанная кукла. Никому нет дела до того, увидит ли она рассвет нового дня. Только Холодная Луна решила иначе. Замёрзшая, но всё ещё отчаянно цепляющаяся за жизнь, она встретила того, кто оказался человечнее и благороднее всех, кого считала близкими.
Совершенно случайно я получила в дар темного эльфа. Он считает меня своим проклятьем. Я его — неблагодарным грубияном.
Но от ненависти до другого сильного чувства один шаг. Вот только я — невеста влиятельного герцога, а он — бесправный изгнанник, без гроша за душой.
У нашего союза нет будущего? Или каждый сам кузнец своего счастья?
Но от ненависти до другого сильного чувства один шаг. Вот только я — невеста влиятельного герцога, а он — бесправный изгнанник, без гроша за душой.
У нашего союза нет будущего? Или каждый сам кузнец своего счастья?
— Марк, дорогой! — голос её прозвучал сладко и неестественно. — Я дома! И у меня для тебя сюрприз!
Дверь в спальню распахнулась. Картина была настолько банальной, что хотелось смеяться. Широко раскрытые глаза мужа. Скомканная простыня. Спина незнакомки, уткнувшаяся в подушку.
— Ларик... я... — начал он, и его голос сорвался в фальцет.
— Молчи, — её улыбка была ледяной. Она подошла ближе, вращая в пальцах блестящую сталь. — Знаешь, я тут подумала... Зачем тебе эта твоя...штуковина ? А тем более, ещё два кружочка? Ты же ими только гадости делаешь. Давай-ка я помогу тебе избавиться от источника проблем. Навсегда.
Дверь в спальню распахнулась. Картина была настолько банальной, что хотелось смеяться. Широко раскрытые глаза мужа. Скомканная простыня. Спина незнакомки, уткнувшаяся в подушку.
— Ларик... я... — начал он, и его голос сорвался в фальцет.
— Молчи, — её улыбка была ледяной. Она подошла ближе, вращая в пальцах блестящую сталь. — Знаешь, я тут подумала... Зачем тебе эта твоя...штуковина ? А тем более, ещё два кружочка? Ты же ими только гадости делаешь. Давай-ка я помогу тебе избавиться от источника проблем. Навсегда.
— А ты что хотела? — Коля смотрел на нее не как на жену, а как на неудачную покупку. — У тебя же ни сисек, ни жопы. Ухватиться даже не за что.
Слова прозвучали так буднично, что Татьяна на секунду онемела. Воздух в их спальне стал густым и липким, как сироп. Она не плакала. Она просто перестала дышать.
А через неделю записалась на консультацию к лучшему пластическому хирургу города, Даниилу Дроздову.
— Ну что, Зайцева, рассказывайте, что будем исправлять? — врач вошел в кабинет, пахнущий морозным воздухом и антисептиком. Его взгляд был профессионально-доброжелательным.
Таня, краснея до кончиков ушей, пробормотала:
— Грудь... Хочу увеличить.
Даниил сел напротив, откинул белую врачебную мантию, под которой виднелась обычная футболка.
— План по груди принимается. Но для начала давайте без этих «исправлять». Мне, как специалисту, важно понять — вы это для кого? Для бывшего, который идиот? Или для себя, любимой?
Таня сжала кулаки. «Какой наглый!» — подумала она.
Слова прозвучали так буднично, что Татьяна на секунду онемела. Воздух в их спальне стал густым и липким, как сироп. Она не плакала. Она просто перестала дышать.
А через неделю записалась на консультацию к лучшему пластическому хирургу города, Даниилу Дроздову.
— Ну что, Зайцева, рассказывайте, что будем исправлять? — врач вошел в кабинет, пахнущий морозным воздухом и антисептиком. Его взгляд был профессионально-доброжелательным.
Таня, краснея до кончиков ушей, пробормотала:
— Грудь... Хочу увеличить.
Даниил сел напротив, откинул белую врачебную мантию, под которой виднелась обычная футболка.
— План по груди принимается. Но для начала давайте без этих «исправлять». Мне, как специалисту, важно понять — вы это для кого? Для бывшего, который идиот? Или для себя, любимой?
Таня сжала кулаки. «Какой наглый!» — подумала она.
ЗАВЕРШЕНО
– Ты переспал со своей бывшей женой? – спрашиваю, держа в руке его телефон.
– Ничего не было, ты всё не так поняла, – спокойно отмахивается любимый.
На экране всё ещё горит сообщение от его бывшей пассии:
«Я знаю, что ты сейчас у неё, но мы не можем делать вид, что ничего не было. Я не жалею. Вчера с тобой впервые нормально поспала».
– Ты меня за дура держишь? После этого ты правда думаешь, что я поверю в твою верность?!
***
Мы жили «как семья» – общий дом, ипотека, ремонт, мои деньги, его фамилия без штампа. Пока я не узнала, что в доме напротив живëт его бывшая жена и ребëнок….
– Ты переспал со своей бывшей женой? – спрашиваю, держа в руке его телефон.
– Ничего не было, ты всё не так поняла, – спокойно отмахивается любимый.
На экране всё ещё горит сообщение от его бывшей пассии:
«Я знаю, что ты сейчас у неё, но мы не можем делать вид, что ничего не было. Я не жалею. Вчера с тобой впервые нормально поспала».
– Ты меня за дура держишь? После этого ты правда думаешь, что я поверю в твою верность?!
***
Мы жили «как семья» – общий дом, ипотека, ремонт, мои деньги, его фамилия без штампа. Пока я не узнала, что в доме напротив живëт его бывшая жена и ребëнок….
Руки тряслись, когда я разблокировала экран.
Открыла сообщения.
«Спасибо за жаркую ночь, милый», и адресовано оно было моему мужу…
Сердце у меня в груди остановилось. Просто взяло и перестало биться. В голове звенело так громко, что я едва могла разобрать слова.
Я перечитала фразу. Потом ещё раз. И ещё.
«Жаркая ночь.»
Вчера. Сегодня. Когда?
Я даже не могла дышать – грудь будто кто-то сжал тисками.
«Проверь у себя в машине, мне кажется, я обронила там серёжку, когда одевалась.
А то ещё твоя клуша найдёт»
Холод разлился по шее, по плечам, по рукам. Мне казалось, что кожа покрылась инеем.
Я чувствовала, как внутри меня что-то ломается, плавится, трескается.
А потом увидела в ленте переписки их совместные фото…
Открыла сообщения.
«Спасибо за жаркую ночь, милый», и адресовано оно было моему мужу…
Сердце у меня в груди остановилось. Просто взяло и перестало биться. В голове звенело так громко, что я едва могла разобрать слова.
Я перечитала фразу. Потом ещё раз. И ещё.
«Жаркая ночь.»
Вчера. Сегодня. Когда?
Я даже не могла дышать – грудь будто кто-то сжал тисками.
«Проверь у себя в машине, мне кажется, я обронила там серёжку, когда одевалась.
А то ещё твоя клуша найдёт»
Холод разлился по шее, по плечам, по рукам. Мне казалось, что кожа покрылась инеем.
Я чувствовала, как внутри меня что-то ломается, плавится, трескается.
А потом увидела в ленте переписки их совместные фото…
— Ты думаешь, можно приехать сюда с деньгами и купить нашу честь? Нашу память? — его голос был тихим, как скрип снега под лапой барса, но от этого не менее опасным.
— Я думаю, что артефакт должен быть в музее, а не пылиться на полке, — парировала она, гордо вскинув подбородок. — Это называется сохранением истории.
Он шагнул ближе, и воздух вокруг зарядился напряжением. Он был так близко, что она чувствовала исходящее от него тепло.
— Хочешь сохранить нашу историю? — прошипел он. — Тогда проживи ее. Семь дней. По нашим законам. Докажи, что твое уважение — не пустые слова.
— Это шантаж.
— Это предложение, от которого ты не откажешься. Потому что иначе ты уедешь ни с чем. И твой музей никогда не получит «Сокола Рассвета».
— Я думаю, что артефакт должен быть в музее, а не пылиться на полке, — парировала она, гордо вскинув подбородок. — Это называется сохранением истории.
Он шагнул ближе, и воздух вокруг зарядился напряжением. Он был так близко, что она чувствовала исходящее от него тепло.
— Хочешь сохранить нашу историю? — прошипел он. — Тогда проживи ее. Семь дней. По нашим законам. Докажи, что твое уважение — не пустые слова.
— Это шантаж.
— Это предложение, от которого ты не откажешься. Потому что иначе ты уедешь ни с чем. И твой музей никогда не получит «Сокола Рассвета».
Подслушав разговор мужа и его любовницы, я собрала вещи, забрала сыновей и съехала из его квартиры. Но Витя упорно не желал мириться с таким раскладом, названивая мне, пытаясь объясниться и упрашивая не рушить нашу семью.
Муж клялся, что он любит только меня, а что в итоге? Я вернулась к нему домой за вещами и снова застукала с любовницей.
Выбежав вслед за мной из спальни, Витя попытался схватить меня за руку, но я, резко развернувшись, ударила его по лицу.
– Это тебе за твоё враньё!
– Я всё объясню.
– Уже поздно что-то объяснять, потому что я всё увидела собственными глазами.
– Нина... любимая, я...
– Убери от меня руки! Ты же только что трогал другую женщину, а теперь берёшь и лезешь ко мне!
Муж клялся, что он любит только меня, а что в итоге? Я вернулась к нему домой за вещами и снова застукала с любовницей.
Выбежав вслед за мной из спальни, Витя попытался схватить меня за руку, но я, резко развернувшись, ударила его по лицу.
– Это тебе за твоё враньё!
– Я всё объясню.
– Уже поздно что-то объяснять, потому что я всё увидела собственными глазами.
– Нина... любимая, я...
– Убери от меня руки! Ты же только что трогал другую женщину, а теперь берёшь и лезешь ко мне!
Миранда - свободолюбивая чародейка с далёкого юга, волей судьбы застрявшая на севере. Теперь ей предстоит не только спасти мир, но и вырастить пятёрку учеников, молодых магов, которую большую часть жизни провели в страхе взаперти.
А тем временем её ненавистный командор показывает себя с новой стороны. И Миранду всё чаще терзает вопрос: что же ему нужно на самом деле?
А тем временем её ненавистный командор показывает себя с новой стороны. И Миранду всё чаще терзает вопрос: что же ему нужно на самом деле?
Выберите полку для книги