Книги по тегу «сильная героиня»: ""

Я очнулась в чужом теле прямо на закрытом суде — и первым, кто понял подмену, оказался мой муж, дракон-командор Ивард Тэрн. Его жена обвинена в исчезновении пяти кораблей Последнего порта, а все доказательства ведут к ней.

До передачи дела Имперской палате у меня семь дней. Чтобы выжить, придется разобраться в портовой системе, где корабли бесследно исчезают между двумя берегами, а в каждом журнале спрятаны одинаковые одиннадцать минут.

Чем ближе я к разгадке, тем яснее: прежняя Авиара была далеко не невиновна, Ивард не обязан мне верить, а тот, кто управляет морскими проходами, готов уничтожить целый порт, лишь бы его тайна осталась скрыта.

И самое опасное — мне все труднее помнить, что этот мужчина когда-то был мужем другой женщины.

— До гала она сама попросит меня стать её парой.
Я слышу голос Родиона Гривцова на записи и едва не смеюсь.
Местный мажор поспорил на миллион, что бедная грантовая отличница сама к нему придёт.
Есть только одна проблема.
Мне двадцать четыре, а не девятнадцать.
Я не грантовая отличница.
И в элитный институт «Вельер» меня прислали совсем не учиться.

Принцесса Яра приезжает в королевство Альдес с чётким планом: выследить дракона, наказать его за смерть любимого и желательно избежать при этом брака с местным принцем. Проблема в том, что принц Гор видит её насквозь, а дракон оказывается слишком обаятельным. А ещё, она начинает подозревать, что принц и есть тот самый дракон, которого она так ненавидит.

WhatsApp открывается сразу. Верхний чат — «Алиска». Моя младшая сестра. Палец сам тянется открыть переписку — просто посмотреть, о чём они там обычно болтают, наверное, про мамин день рождения или подарок к празднику.

Сообщений сотни. Переписка тянется вглубь экрана так далеко, что дата в самом верху теряется где-то в прошлом году — задолго до того, как я вообще заметила в сестре перемены: новую стрижку, новые сумки, каких на зарплате администратора салона быть не должно.

Читаю сверху вниз, и с каждой строкой пол под ногами будто едва заметно смещается. Даты, эмодзи, сердечки, фотография из ресторана, где узнаю скатерть — ту самую, куда Дмитрий якобы возил партнёров. А внизу — последнее сообщение, отправленное сегодня утром, пока я заказывала ему кофе по гороскопу:

«Я скучаю, когда ты натягиваешь свои трусы, помнишь, как в Сочи? Привези ту подвеску, хочу носить её, когда ты рядом».

— То есть либо операция, либо кладбище, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Спасибо за оптимизм, доктор.

— Я не занимаюсь оптимизмом, — отвечает Андрей, наконец поворачиваясь ко мне. — Я занимаюсь статистикой выживаемости. У вас есть время принять решение, но не так много, как хотелось бы.

— А если я откажусь?

Вопрос вырывается сам, без единой секунды на раздумье о том, зачем его задаю. Что-то во мне проверяет его — вздрогнет ли, разозлится, испугается ли за меня хоть на секунду.

Он не вздрагивает. Смотрит долгим, тяжелым взглядом, и в этом взгляде ни капли той тревоги, какую я надеялась выловить.

— Тогда через месяц вас привезут ко мне уже мертвой, — говорит он без единой запинки. — И я подпишу заключение о смерти. Это ваше право, Карина Дмитриевна.

— Вер, я должен сказать.
Внутри у меня что-то опускается, но не падает — просто оседает, как пыль после уборки.
— Говори.
— У меня был роман. С коллегой. Два месяца.
Вилка застревает у меня в руке на полпути ко рту. Я смотрю на нее, будто она вдруг стала чужой вещью. Странно — ни жар в груди, ни ком в горле. Только тишина внутри, ровная и плотная, будто я это уже знала давно и просто ждала, когда он озвучит.
— Скажи что-нибудь, — просит Леша.
— Как ее зовут?
— Это неважно.
— Мне важно.
Он молчит. Потом говорит быстро, глотая слова:
— Скучно стало, понимаешь? Я хотел остроты какой-то, движения. Но это ничего не значит, Вер. Совсем ничего. Я люблю тебя.

— Анастасия? — голос Игоря в трубке был ровным, почти скучающим. — Вы меня слышите?

— Да. Да, слышу. — Я заставила себя выдохнуть. — Я скинула тебе ссылку. Посмотри.

Я держу телефон, экран моргает.

Я слышу, как Игорь сканирует метаданные.

Я ощущаю холодный свет настольной лампы.

Видео – не монтаж, а синтетическое лицо от DeepFace Labs.

Игорь, бывший офицер спецназа, пробирается в закрытую сеть, чтобы раскрыть подделку.

И тогда он шепчет: «Ты станешь моим…

Семь лет назад Кайрен Роваль отправил моего отца на плаху. Теперь Пепельный Тиран запер меня в своей цитадели и решил, что объявление о нашей помолвке спасет мне жизнь.

Он ошибся.

Я сбежала в ночь перед церемонией, прихватив его кинжал, материнский медальон и тайну, за которую королевство готово захлебнуться кровью. За мной идут наемники, люди канцлера и сам генерал, чье имя я ненавижу сильнее любого проклятия.

Но чем ближе столица, тем страшнее правда. Мой отец был невиновен, король связан чужой волей, а Кайрен не просто чудовище из моих воспоминаний. Он единственный, кто способен остановить войну... и единственный мужчина, рядом с которым моя ненависть превращается в желание.

Я не собиралась прощать его. Не собиралась спасать. Не собиралась любить!

Только сердце редко спрашивает разрешения... особенно когда тиран готов положить к моим ногам не корону, а собственную свободу.

– Он вообще у меня молодец, – продолжала моя клиентка. – Внимательный. И щедрый. А ещё он очень горячий, если ты понимаешь о чем я, – вдруг сообщила она и многозначительно улыбнулась отражению.
– Повезло вам, – сказала я Олесе, когда она в очередной раз похвалила своего избранника.
– Это да, – довольно протянула она. – Если бы ещё женат не был. Только не смотри на меня так, – усмехнулась Олеся.
– Я никак на вас не смотрю. Это ваша жизнь. – сказала я, испытав отторжение.
Закончив макияж и укладку, я пожелала клиентке хорошего вечера.
– И тебе хорошего вечера. Только своего мужа сегодня можешь не ждать.
Я не сразу поняла смысл фразы.
– В смысле?
– Лиля, я всё это время про твоего мужа рассказывала. Он мой мужчина.

Что делать, если твой старший брат пропал, а дорогие «решалы» лишь выкачивают из семьи миллионы, скармливая вам фальшивую надежду?
Для шестнадцатилетней Лизы ответ очевиден - придётся взломать их ложь.
Она выросла в элитном особняке и привыкла верить, что деньги решают всё, но у жизни были свои планы, на этот счёт...