Книги по тегу «сильная героиня»: ""

Кайр Лорен, драконий маршал, при всем дворе объявил, что его семилетняя жена Мира бесплодна и бесполезна, и поднял кубок за новый союз с королевской невестой. Мира сняла брачный браслет, забрала свои инструменты и до рассвета ушла из крепости, а через три месяца уже принимала больных в собственном лечебном доме у моста. Вернувшийся с войны тяжело раненный Кайр оказывается на ее пороге: его дракон гаснет и подпускает к себе только бывшую жену, а каждая ложь разъедает рану заново. Мира согласна лечить его за публичное восстановление ее имени, но не за возвращение в прежний брак. Сможет ли человек, однажды отказавшийся от нее ради удобной короны, заслужить право хотя бы попросить о втором шансе?

Альфа северной стаи Ран Торн три года назад при всем клане разорвал связь истинных с лекаркой Лив и выбрал дочь союзного вожака, потому что сила ей не нужна, а союз нужен. Лив не сломалась: она построила зимний приют для тех, кого стаи вышвырнули, и научилась спасать оборотней от серебряной лихорадки, которую остальные целители считают смертельной. Когда болезнь приходит в стаю Рана и первой заболевает его маленькая племянница, он приезжает к Лив лично не приказывать, а просить. Метель запирает бывших истинных в одном приюте, где альфа работает наравне с изгнанниками и по одному теряет право командовать. Лив согласна спасти детей, но не согласна снова стать удобной: второго шанса не будет, пока он не откажется от власти над ней при всей стае.

В день свадьбы жених Ивы Рейн тайно обвенчался с ее младшей сестрой, а род отдал старшую дочь северному дракону как заложницу ради мира. Ива прибывает в ледяную крепость и вместо темницы получает от короля Арена Варда право уйти после зимы и голос в управлении северным домом. Когда она случайно пробуждает огонь погасшей крепости, двор объявляет ее предназначенной невестой, а бывший жених уже едет требовать ее назад как потерянную собственность. Арен не запирает Иву и не решает за нее, но рядом с ним она впервые чувствует, что может выбирать сама, и теперь ей придется решить, готова ли она доверить ему не только крепость, но и свое сердце.

Клим Ратников купил Дом моды. По документам – стены. По факту – меня, мой «Неформат» и семьдесят четыре человека, которых он собрался выселить одним дорогим росчерком. Только я не продаюсь вместе с арендой.
Теперь у нас пятьдесят четыре дня, чтобы создать общий проект и не придушить друг друга на переговорах. Он слишком спокоен, слишком богат и слишком уверен, что любую проблему можно решить деньгами. Я слишком хорошо читаю мелкий шрифт.
А рядом уже Савва – еще один миллионер, который предлагает свободу и смотрит на меня вовсе не по-деловому. Но мое тело может быть пышным, характер – неудобным, а сердце... сердце вообще не участвует в аукционе.

Увиденным я шокирую саму себя и остатки разума.

Кафель, пар, стекло душевой кабины запотело наполовину. Марк стоит спиной к камере, обнажённый, вода стекает по плечам вниз, к пояснице. Женские руки обвивают его торс сзади, рыжие мокрые пряди прилипли к плечу. Лицо размыто паром, но жест руки на его груди узнаваемый, привычный, будто повторялся десятки раз до этого кадра.

Дата съёмки — три дня назад, среда, время обеда. Рыжий цвет волос узнаю сразу: Лера из отдела проектирования, та, кого Марк называет «моя правая рука» на каждой корпоративной вечеринке, наливая ей шампанское первой и пропуская вперёд себя в лифт. Он ведь не мог…

— Геворг, нам нужно поговорить.
— О чём? — не отрывает взгляда от телевизора.
— Я знаю про Алину.
Он медленно поворачивает голову, смотрит на меня секунду, две, потом усмехается — легко, почти весело, будто я рассказала анекдот.
— И что дальше?
— Дальше — ты объяснишь мне, что происходит.
— Ты ревнуешь? — Он поднимается с дивана, подходит ближе, разглядывает меня сверху вниз с той же брезгливостью, с какой смотрят на что-то испорченное на прилавке. — Серьёзно? Где тебе до Алины. Она живая, понимаешь? Смеётся, спорит со мной, о своём мнении говорит. А ты — серая мышь, забилась в угол и пищишь оттуда что-то жалкое.
Слова впиваются глубже, чем удары, потому что бить руками он сейчас не собирается — просто раздевает меня словами догола, слой за слоем.
— Я твоя жена, — говорю тихо, хотя голос предательски дрожит.
— И что? — Он берёт меня за подбородок двумя пальцами, приподнимает лицо, заставляет смотреть прямо в глаза. — Ты даже уйти не сможешь. Куда ты пойдёшь? К матери?

Надин и Стефан встретились в очень пикантных обстоятельства - в борделе, где Стефан, целитель-отступник, прятался от инквизиции.
Семья Надин не позволила им быть вместе. Но прошло три года, и жизнь сводит их снова - в стенах загадочного ордена, который собирается спасти мир.
Однако старые травмы никуда не делись, и чтобы исцелить настоящую боль недостаточно быть магом...

Лиза Волкова забыла выключить микрофон. Одна минута — и её ехидный комментарий про пассажира в леопарде услышал весь аэропорт. Видео взорвало интернет, а начальнику службы безопасности Денису Шарову пришлось лично контролировать каждый её выход в эфир.
Он — порядок, инструкции и чёрный кофе без сахара. Она — хаос, черничный латте и шутки не по регламенту.
— Волкова, в тексте нет ни одного одобренного предложения.
— Денис Игоревич, зато есть душа. Пассажирам нравится.
— Мне не нравится.
— Вы вообще не целевая аудитория.
Вынужденное соседство в тесной рубке. Ссоры в прямом эфире. Ночные смены, когда маски начинают спадать. И чувство, которое нарушает все инструкции — включая его собственные.

Лиам любил Эмму столько, сколько она его знала.

Он был рядом, когда она впервые влюбилась. Забирал её после неудачных свиданий, выслушивал ночные признания, помнил мелочи, которые она сама забывала, и каждый раз оставался тем человеком, которому она могла позвонить в любое время.

Для неё он был лучшим другом.

Для него — единственной любовью.

Лиам годами молчал, потому что боялся одного: если признается, то потеряет её навсегда. Но однажды чувства становятся сильнее страха, и он произносит три слова, которые навсегда меняют их отношения:

«Я тебя люблю».

Эмма не может ответить ему взаимностью.

Они расстаются — не как пара, а как друзья.

Но только потеряв Лиама, Эмма начинает замечать то, чего раньше не хотела видеть: все эти годы человек, которого она считала самым близким другом, был тем, кто любил её сильнее всех.

И теперь ей предстоит понять, что она чувствует на самом деле.

А если любовь была рядом всё это время — просто она называла её дружбой?

Она создала бренд с нуля. Он украл его за один день.
Тридцативосьмилетняя Вера Арсеньева стоит на вершине успеха. Но финальный показ коллекции становится для нее последним: муж и деловой партнер Илья объявляет о беременности молодой модели и тут же лишает Веру всего — дома, денег и права на собственное имя.
Изгнанная из собственного ателье, Вера возвращается в провинциальный Реченск, в мастерскую своей покойной бабушки. Здесь, среди пыльных машинок «Зингер» и трехсот метров старой советской ткани, она находит не только убежище, но и шанс. Объявлен конкурс для дизайнеров. Главный приз — пять миллионов и контракт с сетью магазинов. У нее всего сорок дней, чтобы создать новую коллекцию и доказать: ее талант не принадлежит бывшему мужу.