Книги по тегу «сильные чувства»: ""

Я снова смотрю на голую подругу и мужа, предателей - нисколько не переживающих о том, как я себя чувствую.
В голове что-то щёлкает. Словно внутри меня просыпается другая «я», отучившаяся смотреть на мир через розовые очки.
- А знаете, что? - холодно роняю. - Это даже к лучшему. Потому что теперь я могу найти себе достойного мужчину!
- Грузчика Васю Криволобова? - презрительно хмыкает Эльза. - Или дворника Кирдыкбека Бульжульдуева?
- Крутого бизнесмена, писаного красавца и любящего мужа! - чеканю в ответ. - И вам двоим ещё всё аукнется, даю слово!
Я смотрю в глаза Никиты. Он не выдерживает, отводит взгляд. Не из-за стыда. Ему просто наплевать на меня.
И, говорю - негромко, но - твёрдо.
- Изменил, альфач? А теперь - не плачь!

Космос. Он возник из ничего, но уже никуда не исчезнет. Он разделяет гигантскими расстояниями, но объединяет внутри себя. Пространство здесь замыкается, а время расщепляется на части. Но сделав оборот вокруг небесных сфер, всё рано или поздно вернётся в одну точку. Только для того, чтобы ещё раз, снова и снова, поведать свои рассказы… Один рассказ.

— Ты мне больше не нужна, Надя. Мы разводимся. Я полюбил другую.
Ни паузы. Ни «прости». Ни слов, чтобы смягчить удар.
Просто отрезал, как хирург.
А я сидела с вилкой в руке, и у меня дрожали пальцы. Не от шока. От осознания — я ведь чувствовала, что между нами пусто. Просто боялась это признать.
— Я подумал, — продолжал он, так, будто читает список покупок, — я оставлю тебе ту квартиру, что была нашей, в центре. Немного денег на первое время. Всё-таки ты столько лет была рядом.
— Великодушно, — выдохнула я. Но голос предал меня — он звучал, как у сломавшейся куклы.
А потом пришёл юрист. И я вспомнила про брачный договор, подписанный мной с глупой влюблённой улыбкой, перед браком много лет назад.
Он уже тогда был с состоянием. А я — с мечтой.
Теперь — он с новой женой и яхтой.
А я — в старой квартире, без будущего и с остатками иллюзий, которые не знаешь, куда деть.
После развода я думала, что всё — точка.
Но все изменила авария и мой приговор от врачей...

— Я тебе запрещаю! — рычит сквозь зубы. — Услышала?
— Мне ваши запреты, Мирон Владиславович, до того места, где мысленно была ваша ладонь, — напуганная, но дерзкая. — Ты вообще ничего не можешь мне запрещать! Ты мне никто! Мне двадцать лет, и я сама решаю с кем мне встречаться, целоваться или кого куда послать!
— Нет, ты глупая, наивная девчонка! — рявкает Уваров. — Грызи свои цветные карандаши и не бросай вызов взрослым мужчинам, Лиля, не потянешь! Думаешь, Князев остановится на поцелуях?
– По крайней мере, его рот не присасывался к губам моей тети. А язык не вытворял всех тех штук, о которых я даже думать не хочу. И о тебе, Уваров, я не хочу думать по той же причине.
***
Мирон Уваров. Самоуверенный, бессовестный похититель женского спокойствия. Мой преподаватель и мужчина, сломавший жизнь моей тёти. Мне нельзя любить его по многим причинам. Но что я буду делать, когда он поставит целью сделать меня своей?

Они долго молчали. Только шуршание листвы, запах травы, тепло солнца. И тогда он взял её за руку. Легко. Почти без силы. Но так, чтобы она знала, что это важно. Она не отдернула. Только смотрела на его пальцы, которые двигались по её коже, будто искали ответ, который она не могла дать.
Артём наклонился к ней. Его лицо приблизилось. Она не отодвинулась. Не говорила. Только дышала. И в этот момент она поняла: то, что происходило между ними, было не просто романтикой. Это был диалог двух сердец, которые давно искали друг друга.

— Опытные женщины — великая сила, — ядовито протянула Светлана. — Они точно знают, как произвести впечатление на молодых и перспективных инженеров.
Слова ударили под дых. «Старая хищница» — вот кем я выглядела в ее глазах. А я просто... просто влюбилась. В сорок лет, как глупая девчонка.
Но когда он смотрит на меня своими темными глазами, все предрассудки рассыпаются в прах.

— Ну здравствуй, принцесса-катастрофа! Выглядишь ты убийственно!
Князев медленно обходит мой стол, его порочный взгляд скользит по моей фигуре. Властно и опасно.
— Я не понимаю...
— Конечно, не понимаешь. Серые мышки редко понимают, как отвратительно выглядят. Очки-велосипед, прическа как после урагана… А одежда! Где ты это купила? На барахолке?
Наследник империи, красавец-садист, который получает удовольствие от моих страданий.
Он — моё наказание и проклятие. Тот, кто делает мою жизнь невыносимой.
Я до смерти его ненавижу!
— Знаешь, Аксенова, иногда я думаю — а что под этим балахоном? Наверняка такое же уныние...
— Вы не имеете права...
— Имею все права. Ты работаешь на меня.
Но катастрофа на яхте меняет всё!
Мы с этим придурком одни на необитаемом острове, и мое мокрое бельё оставляет мало места для воображения...
— Черт возьми... — хватает меня, прижимая к себе. — Какое тело... Хочу тебя!
— Отпусти!
— Никогда, Мышка! — его глаза горят огнем. — Ты будешь моей.

Она выжила в аварии. Но очнулась там – в Лесу Потерянных, где туман скрывает путь домой. Ее спасение – Проводник. Он же – ее самое большое испытание. Никита знает правду о Владе. Знает правду о ней самой. И сам боится возвращаться. Смогут ли два потерянных человека дать друг другу шанс на жизнь? Или страх прошлого окажется сильнее?

От мужчины пахнет табаком и сандалом. Ян слегка наклоняется и подает мне руку:
- Зачем сидеть на тротуаре в такую погоду?
- Чтобы заболеть и умереть, - я шмыгаю носом. – Может, тогда муж со своей любовницей пожалеют о том, что поступили так со мной.
- Так себе месть. Станьте счастливой. Вот тогда муж сгрызет свой галстук, а любовница порвет на себе чулки.
Как можно стать счастливой, если ты толстая, почти сорокалетняя, неудачница?
- Кажется, у меня есть план, - босс моего мужа подмигивает, хватает мою собаку и открывает дверь дорогого автомобиля. – Запрыгивайте, девушка. Расскажу.
***
Ян Стрельцов – босс моего мужа. Он решил развлечься: помочь мне отомстить мужу за измену. Только игра внезапно приняла серьезные обороты. Теперь я должна выйти за него замуж, родить ребенка и помочь сохранить компанию. Чем больше я узнаю Яна, тем больше боюсь, но обратной дороги нет. Там бывший муж, который только и ждет, чтобы снова превратить меня в прислугу.

— Антон? Что-то случилось? Я ужин приготовила, твоё любимое блюдо…
— Ничего не случилось, — он залпом выпил беленькую, скривился и поставил стопку на комод. — То есть случилось. Нам надо поговорить.
Сердце ухнуло куда-то вниз, в самый живот. Я медленно опустила крышку пианино. В тишине квартиры этот звук прозвучал как удар.
— Я ухожу, — сказал он. Просто и буднично, глядя куда-то мимо меня, на узор на ковре. — Я ухожу от тебя. К другой женщине.
Четыре слова. Всего четыре слова, произнесенные моим мужем в нашей гостиной, пока на кухне остывал его любимый ужин. Они не были сказаны на крике. Антон произнес их так, как будто сообщил, что в магазине не было хлеба. И от этого было еще страшнее. Ещё горше.
— Что?! — я не узнала свой голос. Он стал тонким и чужим.
— К Еве, — произнес он имя, как будто это что-то объясняло. — Моя помощница. Она… с ней всё по-другому. Мы в одном ритме живем, понимаешь? Я устал от этой тишины, от одного и того же дня. Я жить хочу.