Книги по тегу «служебный роман»: ""

Шесть месяцев мы с боссом вели войну на поражение. Максим — жесткий прагматик. Я — его упрямый архитектор. На публике мы уничтожали друг друга, но за закрытыми дверями сходили с ума от удушающего вожделения.
Когда напряжение достигло пика, Макс прижал меня к стене своего кабинета:
— На что ты готова, Алиса, чтобы потушить этот пожар?
— На всё, кроме боли, Максим Эдуардович, — выдохнула я ему в губы. — А вы?
— Семь дней на закрытой вилле. До полного выжигания этого безумия.
Я приняла вызов. Семь дней раскаленной страсти.
А утром на его телефоне загорелось СМС: «Ну что, смог уладить разногласия? Теперь она не будет лезть в сметы? Ждем отчет, бро!»
Вся наша сказка оказалась циничным бизнес-планом и грязным спором ради моей покорности. Но я не собираюсь плакать. Я решительно готова потребовать с него такую неустойку за предательство, которая прикончит его карьеру, его гордость и его самого.

— Кирилл, — говорю я, складывая салфетку. — Я, конечно, новенькая и наивная, но не настолько. «Десерт» — это не чизкейк. Я правильно понимаю?
Он разводит руками — «поймала».
— Ты спросила — я ответил. Десерт не из меню. Но рецепт проверенный.
— Верю. Но предупреждаю сразу: я десерты ем не на первом свидании.
— А на каком? — спрашивает он без улыбки.
— На том, где ты не врёшь про брата.

Четыре года назад она сбежала от босса после бурного романа, когда тот не захотел на ней жениться. Он даже не знал, что она беременна.

Вера растила сына одна. В Твери нашла покой, вышла замуж, но брак рухнул из-за ревности и пьянства мужа. С четырёхлетним сыном она вернулась в Москву, чтобы все начать с нуля.

И на первом же рабочем форуме столкнулась с ним. Денис Воронцов — её бывший босс, отец её сына. Он увидел Макса и все понял.

Он преследует, требует признать отцовство.
Он не отступит.
Он готов на всё, чтобы вернуть их.

Готова ли она отпустить прошлое и забыть обиду?

— Ты видел выражение лица этой нищенки? У неё даже сумки нормальной нет. Носит дешёвый хлам из масс-маркета. И ты с ней развлекаешься, Руслан?

Я зашла в «копировальную» комнату, оставив дверь приоткрытой.
Руслан ответил глухим голосом, не желая продолжать этот разговор.

— Она справляется с работой лучше многих, Алиса.

— Ты уверен? Я заглянула в её отчёт по «Атласу» и не нашла там пару критически важных графиков. Твой «лучший» стажёр недобросовестно подготовилась к совету директоров. Она всего лишь серая мышь. Ей не место в нашем кругУ. На следующей неделе она будет рыдать и умолять меня не портить ей карьеру.

Алиса была настолько уверена в своем превосходстве, что не замечала ничего вокруг.

Слёзы ярости подступили к моим глазам.
«Какая низость.
Она играла в любовь с Русланом, а меня методично уничтожала».
Мне хотелось ворваться в туалет, схватить её за волосы.

— Вас касается работа, Кузнецова. Остальное… — он замолчал, глядя на мои губы. — Остальное сейчас неуместно.
— Тогда отойдите, — тихо, почти шёпотом сказала я. — Потому что если вы сейчас останетесь стоять так близко, я снова сделаю глупость и потом снова буду себя за это ненавидеть, а вас ещё сильнее.
Он не отошёл.
Наоборот сократил последнее расстояние.

Работать на него — ежедневная пытка.
Желать его — безумие.
Дмитрий Богданов — мой босс, перфекционист, трудоголик и самый невыносимый мужчина на свете. Одна ночь, случайно проведенная в запертом офисе, срывает все маски и превращает нашу вражду в дикое влечение.
Но я всего лишь на испытательном сроке. Я слишком долго шла к этой должности, чтобы стать просто «очередной интрижкой начальника».
Спасти свою репутацию или сдаться боссу, который стал моим персональным грехом?

У Кристины Соболевой идеальный послужной список, безупречный английский и план мести, который она вынашивала пятнадцать лет. Егор Покровский — сын человека, разрушившего её семью. Она пришла в его компанию, чтобы завоевать доверие и нанести удар. Но Егор оказался не циничным хищником, каким она его представляла. Один взгляд, одно случайное касание в офисной кухне — и профессиональная игра превращается в любовную зависимость. Теперь ей предстоит выбрать: довести месть до конца и потерять себя или предать память отца и впервые в жизни стать счастливой.

Говорят, в одну реку не войти дважды. Но что делать, если судьба снова сталкивает тебя с бывшим в одной переговорной, а ваши взгляды до сих пор искрят так, что коллеги переглядываются? Алиса и Руслан — два профессионала, которые отлично умеют управлять чужими рисками, но совершенно не умеют управлять собственными чувствами. Им предстоит решить: похоронить прошлое или дать ему второй шанс. Ведь иногда самая выгодная инвестиция — это любовь, проверенная временем.

Доктор Анна Волкова никогда не думала, что война снова сведёт её с Максимом Орловым — мужчиной, которого она когда-то любила больше жизни. Пять лет назад их пути разошлись из-за непреодолимых разногласий, но теперь судьба бросает их в самое пекло военного конфликта. Анна — военный хирург в полевом госпитале, Максим — раненый разведчик, чья жизнь висит на волоске.
Между операционным столом и линией фронта их старые чувства вспыхивают с новой силой. Но война не прощает слабости, а прошлое не отпускает так просто. Им предстоит не только бороться за жизни других, но и решить, стоит ли их любовь тех жертв, которые потребует от них судьба. Роман о второй любви, прощении и силе человеческого духа в самых экстремальных условиях.

Я, Анастасия Светлова, тридцатилетняя пышка размера XXL, знаю за собой один недостаток: не умею вовремя заткнуться. И одно достоинство: если жизнь прижимает — шучу. Даже когда не смешно.
От бывшего мужа я ушла красиво — молча, без записки, с одним чемоданом.
Казалось бы, живи и радуйся. Но судьба, видимо, решила: одного абьюзера мало. Подкинула второго. Только этот носит костюмы за миллион, владеет строительной империей и смотрит так, что колени подгибаются.
Даниил Гордеев — магнат с тюремным прошлым, шрамами на запястьях и сердцем, которое он пятнадцать лет держал в сейфе. Он назвал меня «железным пончиком» и не боялся обломать об меня зубы.
Вот только у Гордеева есть одна привычка, которая мне до боли знакома: он тоже любит контролировать. И теперь мне предстоит разобраться, где заканчивается защита и начинается клетка.

Он остановился. Посмотрел на меня. Дождь шумел вокруг.
— Вера. Можно я провожу вас до дома? До метро ещё далеко, а вы промокнете.
Я кивнула. Мы шли ещё двадцать минут. Он рассказывал про средневековые манускрипты, про то, как в одном монастыре монах переписал весь псалтырь и на последней странице написал: «Слава богу, это наконец закончилось». Я смеялась. Он улыбался. И дождь кончился, а мы всё шли.
У моего подъезда он остановился.
— Вера. Я хотел бы пригласить вас на ужин. Не в столовую. В настоящее место. С вином и свечами. Это слишком самонадеянно?
— Нет, — сказала я. — Это прекрасно.
Он поцеловал мне руку. Губы были тёплыми. Я стояла в подъезде и смотрела, как он уходит, и сердце билось так, как не билось лет десять.
Ужин был в пятницу. Маленький ресторан, свечи, тихая музыка. Он говорил о своей работе, я — о своей. О том, как я люблю Бронте и ненавижу, когда студенты путают «their» и «there». Он смеялся. Я тоже. Вино было тёмным и терпким.
Когда мы вышли на улицу...