Книги по тегу «служебный роман»: ""
– Видала, Медведева? – с гордостью показывает мне ребёнка босс.
– Это кто? – с удивлением разглядываю детскую мордашку, пытаясь понять мальчик это или девочка.
– Это Машенька. Для выборов.
– Где вы её взяли? – всё ещё пребываю в шоке.
– Да какая разница, где? Главное – рейтинги! Срочно заводи соцсети, будем создавать образ идеального отца и служителя народа. Мне теперь нужна круглосуточная помощь. На, держи! – протягивает мне малышку.
– Что? Вы в своём уме? – пячусь назад. – Я не умею с детьми... Наймите няню в конце концов!
– Ты же моя помощница? Помогай, Медведева, а не то, уволю! – грозится босс. – И ещё... Машеньке мама нужна. Завтра распишемся с тобой быстренько. Жить будем в твоей халупе, чтобы выглядеть скромнее перед избирателями.
– Это кто? – с удивлением разглядываю детскую мордашку, пытаясь понять мальчик это или девочка.
– Это Машенька. Для выборов.
– Где вы её взяли? – всё ещё пребываю в шоке.
– Да какая разница, где? Главное – рейтинги! Срочно заводи соцсети, будем создавать образ идеального отца и служителя народа. Мне теперь нужна круглосуточная помощь. На, держи! – протягивает мне малышку.
– Что? Вы в своём уме? – пячусь назад. – Я не умею с детьми... Наймите няню в конце концов!
– Ты же моя помощница? Помогай, Медведева, а не то, уволю! – грозится босс. – И ещё... Машеньке мама нужна. Завтра распишемся с тобой быстренько. Жить будем в твоей халупе, чтобы выглядеть скромнее перед избирателями.
– Только у меня будет условие!- видя его улыбку, я сразу же выставила ладошки вперед.
– Какое?
– Никаких этих ваших намеков про секс, понятно?
– Уговорила. Никаких намеков. Будем просто им заниматься и все. Молча!
———
Богатый. Сексуальный. И наглый до безумия.
Он предложил мне сделку: изобразить его жену перед партнерами. И в нашем договоре никаких личных отношений не значилось. Но ведь Баринов все делает по-своему...
– Какое?
– Никаких этих ваших намеков про секс, понятно?
– Уговорила. Никаких намеков. Будем просто им заниматься и все. Молча!
———
Богатый. Сексуальный. И наглый до безумия.
Он предложил мне сделку: изобразить его жену перед партнерами. И в нашем договоре никаких личных отношений не значилось. Но ведь Баринов все делает по-своему...
— Эта женщина не соврала? Она, действительно, твоя невеста?
— В какой-то мере, да, — отвечает Яр, морщась.
— И ты все это время был с нами обеими…
— Конечно, нет. Полина живет в Италии. Мы с ней давно не виделись.
— Но вы поженитесь?
****
Он стал моим первым. Богатый, успешный, харизматичный. Но я увидела в нем другое: душу, отчаянно жаждущую любви. И пусть понимала, что мы слишком разные, все равно погрузилась в чувства с головой. А потом больно разбилась. Спустя год он снова возник в моей жизни. Вот только я теперь совсем другая.
*****
Я знал, что эту девушку не нужно трогать, гораздо честнее любоваться издалека. Ведь мне нечего ей предложить. Но не устоял, присвоил ее, а потом мы расстались, грязно и некрасиво. Она ушла. И оказалось, что без нее невозможно жить. Я должен вернуть Алену. Но теперь она видит во мне лишь босса и не подпускает ближе.
🔸 Литсериал, 3 серия (история Ярослава)
🔸 Законченный сюжет, ХЭ
🔸 В книге нет упоминания запрещенных веществ
— В какой-то мере, да, — отвечает Яр, морщась.
— И ты все это время был с нами обеими…
— Конечно, нет. Полина живет в Италии. Мы с ней давно не виделись.
— Но вы поженитесь?
****
Он стал моим первым. Богатый, успешный, харизматичный. Но я увидела в нем другое: душу, отчаянно жаждущую любви. И пусть понимала, что мы слишком разные, все равно погрузилась в чувства с головой. А потом больно разбилась. Спустя год он снова возник в моей жизни. Вот только я теперь совсем другая.
*****
Я знал, что эту девушку не нужно трогать, гораздо честнее любоваться издалека. Ведь мне нечего ей предложить. Но не устоял, присвоил ее, а потом мы расстались, грязно и некрасиво. Она ушла. И оказалось, что без нее невозможно жить. Я должен вернуть Алену. Но теперь она видит во мне лишь босса и не подпускает ближе.
🔸 Литсериал, 3 серия (история Ярослава)
🔸 Законченный сюжет, ХЭ
🔸 В книге нет упоминания запрещенных веществ
План был такой: добраться до пентхауса босса; молча передать ему документы; не разговаривать с ним; ничего не трогать и уйти восвояси.
Да, изначально план был такой...
Но что-то пошло не по плану.
— Простите, а зачем вы расстёгиваете свою рубашку?
— Разве непонятно? — усмехается Макс Горецкий и властно приказывает. — Раздевайся.
Подходит так близко, что чувствую на коже его горячее дыхание.
Упираюсь ладонями в каменную грудь, пытаюсь оттолкнуть, но не успеваю. Босс прижимает меня к стене и впивается в губы жадным поцелуем.
Мой босс принял меня за ночную бабочку, и мне пришлось срочно спасаться. Во время побега случайно разбила статуэтку, которая стоит столько, что мне жизни не хватит, чтобы расплатиться.
Босс ставит перед фактом: расплачиваться всё же придётся.
Как? Пока не знаю.
Но уже боюсь представить, как далеко заведёт Макса Горецкого его фантазия.
Да, изначально план был такой...
Но что-то пошло не по плану.
— Простите, а зачем вы расстёгиваете свою рубашку?
— Разве непонятно? — усмехается Макс Горецкий и властно приказывает. — Раздевайся.
Подходит так близко, что чувствую на коже его горячее дыхание.
Упираюсь ладонями в каменную грудь, пытаюсь оттолкнуть, но не успеваю. Босс прижимает меня к стене и впивается в губы жадным поцелуем.
Мой босс принял меня за ночную бабочку, и мне пришлось срочно спасаться. Во время побега случайно разбила статуэтку, которая стоит столько, что мне жизни не хватит, чтобы расплатиться.
Босс ставит перед фактом: расплачиваться всё же придётся.
Как? Пока не знаю.
Но уже боюсь представить, как далеко заведёт Макса Горецкого его фантазия.
Елена Адамия – один из лучших специалистов в своей области. Судмедэксперт, о жизни которой ничего не знают даже коллеги. Когда она отказывает влиятельным людям в исполнении «маленького одолжения», её жизнь круто меняется.
Ястребов Олег не привык получать отказы. Будучи сыном самого влиятельного в городе криминального авторитета, он с детства привык добиваться желаемого. И уж тем более не ожидал получить от ворот поворот от девчонки, которая с трудом до его плеча достает.
В тот момент он ещё не знал, что именно она станет его одержимостью…
– Что это? – красноречиво окинув меня взглядом, пигалица глядит с нескрываемым пренебрежением.
– Наши пожелания.
В ответ она вопросительно приподнимает бровь.
– Указания к тому, что ты должна написать в заключении. Генрихов Тимур Размикович. Тебе сегодня его привезет труповозка.
Девчонка морщит свои пухлые ярко-красные губки.
Сам не понимаю, зачем так долго пялюсь на её рот.
Ястребов Олег не привык получать отказы. Будучи сыном самого влиятельного в городе криминального авторитета, он с детства привык добиваться желаемого. И уж тем более не ожидал получить от ворот поворот от девчонки, которая с трудом до его плеча достает.
В тот момент он ещё не знал, что именно она станет его одержимостью…
– Что это? – красноречиво окинув меня взглядом, пигалица глядит с нескрываемым пренебрежением.
– Наши пожелания.
В ответ она вопросительно приподнимает бровь.
– Указания к тому, что ты должна написать в заключении. Генрихов Тимур Размикович. Тебе сегодня его привезет труповозка.
Девчонка морщит свои пухлые ярко-красные губки.
Сам не понимаю, зачем так долго пялюсь на её рот.
Мы приехали на базу отдыха с моей начальницей, чтобы подписать контракт с серьёзной фирмой, в неформальной обстановке всё с будущими партнёрами обговорить.
Только будущим партнёром оказывается мой бывший однокурсник и бывший парень. Он же моя первая и самая сильная любовь. После него моё сердце осталось навсегда разбито.
– Надя, ну ты чего? – спрашивает начальница. – С тобой всё в порядке?
– Светлана Сергеевна, всё хорошо, – отвечаю я, с трудом поднимая взгляд от земли, покрытой снегом.
– Ну тогда вы с Тимуром Александровичем езжайте за нами, – говорит начальница, плюхаясь в санки вместе с молодым помощником будущего партнёра.
Вжух, и они понеслись с горки.
– Ну что, садись, – слышится густой бас бывшего.
Непросто посмотреть на него. Сердце так и шпарит, переходит на слишком быстрый ритм, дыхание сбивается. Ещё сложнее садиться к нему в санки, зная, что придётся крепко в него вцепиться, чтобы не упасть, съезжая с крутой горки.
А как провести с ним ночь под одной крышей?
Только будущим партнёром оказывается мой бывший однокурсник и бывший парень. Он же моя первая и самая сильная любовь. После него моё сердце осталось навсегда разбито.
– Надя, ну ты чего? – спрашивает начальница. – С тобой всё в порядке?
– Светлана Сергеевна, всё хорошо, – отвечаю я, с трудом поднимая взгляд от земли, покрытой снегом.
– Ну тогда вы с Тимуром Александровичем езжайте за нами, – говорит начальница, плюхаясь в санки вместе с молодым помощником будущего партнёра.
Вжух, и они понеслись с горки.
– Ну что, садись, – слышится густой бас бывшего.
Непросто посмотреть на него. Сердце так и шпарит, переходит на слишком быстрый ритм, дыхание сбивается. Ещё сложнее садиться к нему в санки, зная, что придётся крепко в него вцепиться, чтобы не упасть, съезжая с крутой горки.
А как провести с ним ночь под одной крышей?
– Твой муж тебе изменяет! Он сегодня приводил ко мне на УЗИ свою любовницу! Она беременна! – тараторит в трубку моя подруга-гинеколог. – Срок восемь недель!
– Что? – только и могу выдавить из себя.
– Ты что, не расслышала? Твой муж приводил ко мне на УЗИ свою беременную любовницу! Это точно был он!
Направляюсь к кабинету мужа – заведующего детским хирургическим отделением. Дёргаю ручку на себя и понимаю, что кабинет закрыт, однако…
За дверью слышен девичий смех, вперемешку с голосом моего мужа.
Вскоре дверь открывается, и я вижу своего супруга. На его шее горит алый отпечаток чужих губ.
На рабочем столе мерзавца сидит молоденькая девушка-медсестра. На ней расстёгнутый белый халат, а под ним чёрное кружевное бельё. Нахалка сидит, закинув ногу на ногу, и смотрит на меня с нескрываемым торжеством.
Мне хватает доли секунды, чтобы окончательно признать тот факт, что предатель устроил свою беременную двадцатилетнюю любовницу в наше отделение!
Это развод!
– Что? – только и могу выдавить из себя.
– Ты что, не расслышала? Твой муж приводил ко мне на УЗИ свою беременную любовницу! Это точно был он!
Направляюсь к кабинету мужа – заведующего детским хирургическим отделением. Дёргаю ручку на себя и понимаю, что кабинет закрыт, однако…
За дверью слышен девичий смех, вперемешку с голосом моего мужа.
Вскоре дверь открывается, и я вижу своего супруга. На его шее горит алый отпечаток чужих губ.
На рабочем столе мерзавца сидит молоденькая девушка-медсестра. На ней расстёгнутый белый халат, а под ним чёрное кружевное бельё. Нахалка сидит, закинув ногу на ногу, и смотрит на меня с нескрываемым торжеством.
Мне хватает доли секунды, чтобы окончательно признать тот факт, что предатель устроил свою беременную двадцатилетнюю любовницу в наше отделение!
Это развод!
– Значит так, – зло сверкает глазами друг моего старшего брата. – Твоя новая должность – присматривать за этой мелкой.
– В смысле? – хлопаю ресницами, переводя взгляд с босса на девочку.
Ее бросила мать прямо в холле гостиницы.
А отец…
Отец просто бездушный кусок камня.
– Ты будешь присматривать за девчонкой, и это не обсуждается.
– Какая пвелесть! – вдруг принимается хлопать в ладошки Малинка. Хватает меня за руку, доверчиво заглядывает в глаза. – Ты такая квассная, а давай вместе папу пелевоспитывать?
***
Да уж, не так я представляла себе свой первый рабочий день!
Сбежала из дома из-под опеки мачехи, которая норовила выдать меня замуж.
Устроилась на работу к другу брата. Думала, так будет проще зацепиться в городе.
Но его маленькая дочка не отходит от меня ни на шаг.
А сам босс делает странное предложение…
– В смысле? – хлопаю ресницами, переводя взгляд с босса на девочку.
Ее бросила мать прямо в холле гостиницы.
А отец…
Отец просто бездушный кусок камня.
– Ты будешь присматривать за девчонкой, и это не обсуждается.
– Какая пвелесть! – вдруг принимается хлопать в ладошки Малинка. Хватает меня за руку, доверчиво заглядывает в глаза. – Ты такая квассная, а давай вместе папу пелевоспитывать?
***
Да уж, не так я представляла себе свой первый рабочий день!
Сбежала из дома из-под опеки мачехи, которая норовила выдать меня замуж.
Устроилась на работу к другу брата. Думала, так будет проще зацепиться в городе.
Но его маленькая дочка не отходит от меня ни на шаг.
А сам босс делает странное предложение…
— ВЫ УКРАЛИ МОЕГО РЕБЁНКА! — он бьёт кулаком по столу, и бумаги разлетаются по кабинету, как испуганные голуби. — ВЫ!!!
— Я не крала! Послушайте! Она сама…
Дверь за моей спиной распахивается с такой силой, что ручка впечатывается в стену. Топот. Крики. Люди в форме и масках врываются в кабинет, и я на секунду думаю, что это какой-то дурной фильм, а я случайно оказалась на съёмочной площадке.
Но меня хватают за руки. Очень реальные, очень крепкие мужчины в форме.
— Анастасия Юрьевна Филимонова? — голос командира из-под маски звучит гулко, как из бочки. — Вы задержаны по подозрению в похищении человека.
Невезение? Тотальное!
Гендиректор из Москвы уволил меня при встрече, он ненавидит меня и мои каблуки, а теперь уверен, что я похитила его дочь в отместку. Но я её спасла!
И будто было мало, малышка требует меня в няни. Теперь я или соглашусь на условия босса, или он закроет мой филиал, моё детище и все сотрудники останутся на улице.
Но я не позволю, даже если сердце даст сбой...
— Я не крала! Послушайте! Она сама…
Дверь за моей спиной распахивается с такой силой, что ручка впечатывается в стену. Топот. Крики. Люди в форме и масках врываются в кабинет, и я на секунду думаю, что это какой-то дурной фильм, а я случайно оказалась на съёмочной площадке.
Но меня хватают за руки. Очень реальные, очень крепкие мужчины в форме.
— Анастасия Юрьевна Филимонова? — голос командира из-под маски звучит гулко, как из бочки. — Вы задержаны по подозрению в похищении человека.
Невезение? Тотальное!
Гендиректор из Москвы уволил меня при встрече, он ненавидит меня и мои каблуки, а теперь уверен, что я похитила его дочь в отместку. Но я её спасла!
И будто было мало, малышка требует меня в няни. Теперь я или соглашусь на условия босса, или он закроет мой филиал, моё детище и все сотрудники останутся на улице.
Но я не позволю, даже если сердце даст сбой...
Долг отца — её приговор. Лейла приходит подписать договор и оказывается в руках троих: холодного Дениса, жёсткого Макса и загадочного Артёма. Пять лет. Или тюрьма.
Они не скрывают, чего хотят. Она не скрывает, что боится. Но страх — плохая защита, когда один из них говорит именно то, что ты думала никогда не услышать.
— Ты — единственный наш тип. Такая, чтобы боялась, чтобы отворачивалась, чтобы смотрела вниз, когда мы раздеваем тебя взглядом. Ты — вызов. А мы не умеем проигрывать.
Долг растёт. Выбор сужается. А она всё ещё не знает, кто опаснее — тот, кто берёт силой, тот, кто ждёт, или тот, кто говорит правду.
Они не скрывают, чего хотят. Она не скрывает, что боится. Но страх — плохая защита, когда один из них говорит именно то, что ты думала никогда не услышать.
— Ты — единственный наш тип. Такая, чтобы боялась, чтобы отворачивалась, чтобы смотрела вниз, когда мы раздеваем тебя взглядом. Ты — вызов. А мы не умеем проигрывать.
Долг растёт. Выбор сужается. А она всё ещё не знает, кто опаснее — тот, кто берёт силой, тот, кто ждёт, или тот, кто говорит правду.
Выберите полку для книги