Книги по тегу «случайная беременность»: ""
Случайная встреча "ради здоровья", вспышка неконтролируемой страсти и запретное притяжение. Этот сборник содержит истории об удивительных встречах, когда достаточно одного мгновения, чтобы полностью изменить свою жизнь и при этом создать новую. И две полоски теста становятся не приговором, а началом новой реальности.
Мы теперь связаны одной-единственной нитью, и я ведь мечтала об этом с ним. Вот только нужно было все же корректировать свои желания, потому что теперь и вовсе никак я быть связана с ним не хочу.
Я больше не люблю. Мне даже об этой глупости и наивности вспоминать мерзко.
Глупышка — вот и всё.
— Я не собиралась тебя выдавать…
— Да что ты? А как же папка твой узнал? Свечку держал? — усмехается Дэн.
Грубо. А я на другое и не рассчитываю. Так, наверное, и правильно, да?..
Я больше не люблю. Мне даже об этой глупости и наивности вспоминать мерзко.
Глупышка — вот и всё.
— Я не собиралась тебя выдавать…
— Да что ты? А как же папка твой узнал? Свечку держал? — усмехается Дэн.
Грубо. А я на другое и не рассчитываю. Так, наверное, и правильно, да?..
— Чего грустим? — раздалось над головой, а после за мой столик в случайном баре, где я пыталась топить свое горе, опустился молодой темноволосый мужик в офисном костюме, но с показательно расслабленным и даже лихо сдёрнутым в сторону узлом галстука.
Я, понятно, глянула на внезапного «визитёра» волком.
— Ой, ой, ой, — он выставил перед собой ладони всем известным жестом примирения. — Я ж из самых что ни на есть лучших побуждений. Смотрю: девушка красивая, но очень печальная в одиночестве сидит. Думаю, может, я…
— Или я, — перебил его ещё один тип, отодвигая стул справа. — Ну? И чего это она у нас такая грустная, Антох? Неужели причина в том, что «все мужики козлы»?
— Да ну! Спорим, один конкретный? Я прав, прекрасная незнакомка?
Я, понятно, глянула на внезапного «визитёра» волком.
— Ой, ой, ой, — он выставил перед собой ладони всем известным жестом примирения. — Я ж из самых что ни на есть лучших побуждений. Смотрю: девушка красивая, но очень печальная в одиночестве сидит. Думаю, может, я…
— Или я, — перебил его ещё один тип, отодвигая стул справа. — Ну? И чего это она у нас такая грустная, Антох? Неужели причина в том, что «все мужики козлы»?
— Да ну! Спорим, один конкретный? Я прав, прекрасная незнакомка?
Три года моя лучшая подруга улыбалась мне в лицо и спала с моим мужем. И приехала сюда — прятаться. Зализывать раны в тишине. Я отдалась мужчине, которого знаю четыре дня — и ненавижу три с половиной из них. Пьяная. Восемь лет бесплодных попыток — и вот так? Две полоски.
— Это мой ребёнок, — сказал он тихо, глядя мне в глаза. — Я не уйду.
Всё было ложью. Всё. С самого начала.
«Когда она приедет, присмотри за ней. Про меня — ни слова, она не готова. Остальное — по плану.»
— Это мой ребёнок, — сказал он тихо, глядя мне в глаза. — Я не уйду.
Всё было ложью. Всё. С самого начала.
«Когда она приедет, присмотри за ней. Про меня — ни слова, она не готова. Остальное — по плану.»
Нина застаёт своего мужа в постели с незнакомкой в их супружеской спальне и уезжает в деревню, где ей достался в наследство от бабушки небольшой домик. Там она встречает Геннадия, мужественного красавца, который развёлся с женой и теперь живёт затворником в глуши. Геннадий никак не отреагировал на появление Нины, которую давно знал. Но Нину это не останавливает, и она решает соблазнить и приручить дикаря во что бы то ни стало....
— Семёнова, это что? — Артём Воронцов смотрит на мой живот так, будто я спрятала под платьем не двойню, а гранату.
— Дети, — отвечаю спокойно. — Маленькие люди. Обычно появляются после больших ошибок.
— Сколько недель?
Его не было дома несколько месяцев и вот теперь он видит мой живот.
— Тридцать восемь.
Его лицо каменеет.
— Кто отец?
— Человек с плохой памятью.
— Имя, Соня.
— Зачем? Он всё равно не помнит.
Шесть лет я работаю управляющей в доме Артёма Воронцова. Он опасный, жёсткий, богатый и привык, что его слово решает всё. У него есть железное правило: не трогать персонал. Никогда.
Только одна февральская ночь перечеркнула это правило. Он был ранен, дом погрузился в темноту, я обрабатывала ему разбитую губу… а утром он снова стал холодным хозяином дома и ничего не вспомнил.
— Дети, — отвечаю спокойно. — Маленькие люди. Обычно появляются после больших ошибок.
— Сколько недель?
Его не было дома несколько месяцев и вот теперь он видит мой живот.
— Тридцать восемь.
Его лицо каменеет.
— Кто отец?
— Человек с плохой памятью.
— Имя, Соня.
— Зачем? Он всё равно не помнит.
Шесть лет я работаю управляющей в доме Артёма Воронцова. Он опасный, жёсткий, богатый и привык, что его слово решает всё. У него есть железное правило: не трогать персонал. Никогда.
Только одна февральская ночь перечеркнула это правило. Он был ранен, дом погрузился в темноту, я обрабатывала ему разбитую губу… а утром он снова стал холодным хозяином дома и ничего не вспомнил.
У Алисы был четкий план: сдать сессию, выйти замуж за любимого и жить долго и счастливо. Но судьба в лице голой блондинки в ее собственной постели вносит жестокие коррективы. Сбегая от боли предательства, Алиса устраивается проводницей в поезд «Екатеринбург — Москва».
Напилась. Переспала. Забыла.
А через полтора месяца я узнала, что беременна.
Отправила секретаршу выяснить — с кем.
Оказалось — с боссом.
— Давай мне деньги! Я не могу сейчас становиться матерью!
— Нет. Ты родишь. Я хочу быть отцом.
Он запретил избавляться от нашего ребёнка.
И перевернул мою жизнь.
А через полтора месяца я узнала, что беременна.
Отправила секретаршу выяснить — с кем.
Оказалось — с боссом.
— Давай мне деньги! Я не могу сейчас становиться матерью!
— Нет. Ты родишь. Я хочу быть отцом.
Он запретил избавляться от нашего ребёнка.
И перевернул мою жизнь.
Стоя у постели умирающего отца, я был готов исполнить любую его просьбу, но вот к откровению о существовании внебрачной юной дочери оказался совершенно не готов. Когда я согласился найти её и помочь, ненавидя всей душой только за одно существование, я даже и представить не мог, что она — демон, мой личный демон-искуситель!
Скандальная тайна. Запретное влечение. Выбор между долгом и чувством.
Скандальная тайна. Запретное влечение. Выбор между долгом и чувством.
Я разбила телефон, сожгла его вещи и поклялась: больше никаких мужчин. Мой бывший сказал, что я «не женского формата», потому что не хочу рожать когда только начала карьеру.
Спустя несколько недель я переспала с кем-то, чьё лицо забыла наутро.
Через полтора месяца я поняла: беременна.
Теперь мне нужно узнать: чей ребенок поселился в моем чреве?
Спустя несколько недель я переспала с кем-то, чьё лицо забыла наутро.
Через полтора месяца я поняла: беременна.
Теперь мне нужно узнать: чей ребенок поселился в моем чреве?
Выберите полку для книги