Книги по тегу «современная проза»: ""

Говорят, от любви до ненависти один шаг. Но Вера и Марк знали: от ненависти до любви — тоже. Иногда эти чувства идут рука об руку, переплетаясь, как корни старого дерева.
Он был её врагом — потому что пришёл разрушить то, что она любила.
Он стал её любовником — потому что разрушил стены, которые она выстроила вокруг своего сердца.
Он остался её любовью — потому что оказался единственным, кто увидел в ней не слабость, а силу.
Иногда, просыпаясь по утрам в их доме у озера, Вера смотрела на спящего Марка и думала: как же странно устроена жизнь. Тот, кого ты больше всего ненавидел, может стать тем, кого ты любишь больше всех.
Нужно только не бояться. Не бояться столкнуться. Не бояться признать свою ошибку. Не бояться полюбить врага.
Потому что иногда враг — это просто тот, кто ещё не стал твоим домом.

Она позволила себе упасть в его объятия, чувствуя, как напряжение покидает её тело. Он обнимал её крепко, но бережно — одной рукой по спине, другой придерживая голову. Она слышала его дыхание, чувствовала, как он вдыхает запах её волос. Его пальцы гладили её по спине медленными, успокаивающими движениями, и каждое прикосновение снимало слой за слоем ту боль и страх, которые она носила внутри.
Она подняла голову и посмотрела на него. В его глазах стояли слезы, и она поняла — он переживал за неё сильнее, чем она могла представить. Он боялся за неё, а теперь, когда всё кончилось, он не мог скрыть своего облегчения и восхищения.

— Даш, я хочу объяснить. То, что ты видела...
— Я знаю, что я видела, Максим. — Она села рядом. Близко. Так близко, что их колени соприкоснулись. — Но я хочу услышать от тебя.
Он рассказал. Запутанно, сбивчиво. Коллега. Корпоратив. «Это ничего не значило. Один раз. Я не знаю, как это вышло». Дарья слушала. Кивала. Не перебивала.
Когда он закончил, она молчала. Долго. Смотрела на него — в глаза, прямо. Максим не выдержал, отвёл взгляд.
— Я не хочу тебя терять, — сказал он тихо. — Даш. Я люблю тебя. Это была ошибка. Ужасная, тупая ошибка.
Дарья наклонилась. Положила ладонь ему на щёку. Повернула его лицо к себе.
— Я знаю, — сказала она. — Я знаю, что ошибка.
И поцеловала его.
Максим замер. Потом обхватил её руками, притянул к себе. Целовал жадно, отчаянно, как утопающий хватается за воздух. Дарья отвечала. Медленно. Мягко. Позволяя ему думать, что прощено. Что всё хорошо. Что она снова его.

Сбылась мечта деда Матвея — он наконец-то строит на своём дворе долгожданную баню! Но после первой парной оказывается в больнице, а сруб стоит, позабытый, до зимы. На новогодние праздники Матвей встречает сына с его семьёй — тот предлагает баньку-то истопить! Но что за звуки, что за шорохи: неужто — банный дух?

Она пришла в пятницу. Сказала «да» по телефону. Коротко. Без объяснений. Артём не спрашивал причин. Не благодарил. Просто сказал: «В восемь. Кабинет».
Кабинет был другим. Убранным. Пустым. Только мольберт. Бумага. Уголь. Стул. И окно. Панорамное. Небо. Облака. Москва внизу. Как на ладони.
Артём стоял у мольберта. В чёрной рубашке. Без очков. Волосы собраны. Руки чистые. Посмотрел на неё. Спокойно. Без оценки. Без голода.
— Правила, — сказал он. — Первое: вы можете уйти в любой момент. Второе: вы можете сказать «стоп» в любой момент. Третье: я не прикасаюсь. Никогда. Четвёртое: рисунки не публикуются без вашего согласия. Пятое: вы не обязаны разговаривать. Молчать — тоже хорошо.
Марина кивнула. Сердце колотилось. Ладони потели.
— Где мне... — начала она.
— Там. У окна. Стул. Сядьте. Как удобно. Как хотите. Не нужно позировать. Просто будьте.
Марина подошла к стулу. Посмотрела в окно. Москва внизу. Шестьдесят три этажа. Облака. Небо. И она. Между ними.
Она расстегнула блузку. Мед

«Если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так» - гласит закон Мёрфи - может, и шуточный закон, да философский.

«Она не хотела возвращаться. Но дом продать нельзя — он сам не пускает чужих. Старое крыльцо, покосившиеся ставни, и этот запах — густой, терпкий, мята, которую никто не сажал уже двадцать лет.

Внутри её ждал только скелет кота на чердаке. И дневники, из которых следовало: каждая женщина в их роду уходила из этого дома… когда запах мяты исчезал. Навсегда.

Теперь мята возвращается. И с каждым днём становится сильнее. А значит, дом готовится к прощанию — или к чему-то похуже.

И только рыжая кошка, пришедшая из ниоткуда, знает, что скрывается за стенами. Но она не говорит. Она только смотрит и ждёт… когда запах уйдёт в последний раз».

После тяжелой утраты оранжерея с любимыми розами остается для Полины последней отрадой. Когда-то розы цвели круглый год, теперь чахнут одна за другой. Способны ли цветы чувствовать человеческую боль и отзываться на нее?

Когда-то Андреа умел возвращать жизнь туда, где, казалось, ей уже не осталось места. Он выращивал сады среди камня, спасал погибающие растения и верил, что красота способна что-то изменить.
Пока однажды не увидел, как легко люди уничтожают то, во что он вложил часть себя.
Четыре года Андреа живёт затворником, почти не подпуская к себе людей. Мир за пределами его дома всё такой же серый, предсказуемый и равнодушный — пока на старом заброшенном мосту он не замечает алый цветок, которого там не должно быть.
Одно прикосновение — и привычная реальность начинает трескаться.
Мост хранит нечто, о чём город давно забыл. Природа всё ещё умеет говорить. И, возможно, Андреа оказался рядом не случайно.
Но услышать зов ещё не значит быть готовым ответить на него.
«Мост» — сказочный рассказ о связи человека с миром, о том, что мы теряем, переставая слышать, и о чуде, которому иногда нужен всего один человек, чтобы вернуться.

«Закрытая вечеринка: ловушка для наследницы» — острая смесь триллера и современной прозы. Наследница Кира привыкла к роскоши и вседозволенности, но одна закрытая вечеринка переворачивает её мир: анонимная записка, тревожные послания и ощущение, что за каждым шагом следят. В кругу «своих» она вдруг не может отличить друга от врага, а любовь — от расчётливой игры. Сможет ли Кира вырваться из расставленной ловушки и узнать, кто стоит за этой жестокой партией?