Книги по тегу «страсть»: ""

Он появился в моей жизни внезапно. Сосед сверху — высокий, опасный, с глазами, от которых подкашиваются колени.
Одна ночь с ним перевернула мой мир. Я думала, что это просто страсть. Просто секс. Просто ошибка, которую можно забыть.
Но утром я нашла на тумбочке чужую сережку.
А потом в его телефоне — фото убитой девушки.
Теперь я не знаю, кто он: мой любовник, маньяк или тот, кто охотится за маньяком. Но знаю одно: я уже не могу без его рук, без его губ, без того, как он входит в меня, заставляя забыть обо всем на свете.
И даже если он — чудовище... я хочу быть его добычей.

«Самые опасные воспоминания — те, к которым хочется вернуться.»

Семь ночей, семь сердец, семь воспоминаний — и Лиарэль только начинает понимать, что это ещё не всё…🔞

– Вы… бессердечные дикари! – закричала я, вырываясь. – Я не стану вашей!
- О нет, ты уже наша, - орк провел по моей щеке грубым пальцем, и я отшатнулась, но была поймана другим.
- Не сопротивляйся, принцесса, - вызывающе порекомендовал второй захватчик, прикусывая ухо удлинёнными клыками. – Мы в любом случае покажем тебе, что значит – принадлежать нам полностью. Что значит – стать игрушкой орков.

Арнх-Дарах завоевал моё королевство. Сбегая от захватчиков, я оказалась в их ловушке. Меня намерены сделать игрушкой всего племени, но я приглянулась двум воинам. В обмен на покорность они готовы защитить меня от остальных. Вот только сдержат ли они слово, когда на меня обращено столько жадных взглядов?

Она была ангелом. Он выбрал бестию.

Катя Соловьёва — идеальная жена. Красивая, тихая, любящая. Та, которая прощает всё. Даже когда муж приходит с чужим запахом. Даже когда находит в его кармане презерватив. Даже когда видит их вдвоём в машине.

Она молчит. Она терпит. Она ждёт.

Алексей Соловьёв — успешный мужчина, который однажды позволил себе маленькую слабость. Рыжую, дерзкую, опасную. Снежана не просит — она берёт. Она будит в нём то, что он считал умершим. Она становится его наркотиком.

Но цена за этот наркотик — его семья.

Когда Катя узнаёт об измене, она не устраивает скандал. Она не бьёт посуду. Она просто… исчезает.

И только тогда Алексей понимает: ангелов не просто теряют. Их теряют навсегда.

Особенно если ангел уходит не одна.

Это история о любви, которая не прощает. О предательстве, которое не забывается. И о том, что иногда, чтобы обрести себя, нужно потерять всё.

«Ты от меня не уйдёшь», — сказала одна.
«Я подожду», — сказала другая.

Я слишком много работаю, я устала, я выдохлась. Мое тело не помнит ласки и любви. Муж просто выполняет пятиминутный ритуал, а я потом плачу в ванной. Я люблю его, но все же развестись. Только он не согласен с моим решением и когда находит меня после побега , решает доказать, что умеет любить по-настоящему. Правда я не знала, что в комплект к моему мужу прилагается его друг...

Раз в тысячу лет Золотые Горы просыпаются. И им нужна жертва.

Айлин обречена. Её, нареченную «невестой», ведут на вершину, чтобы успокоить древнего духа и спасти деревню от огненной смерти. Она готова встретить ледяное безмолвие камня. Но вместо бездушной стихии из расщелины выходит ОН — воин, сотканный из магмы и сумерек, чьи глаза тлеют жаром недр.

Он — Кэйр, сердце горы, заточенный в одиночестве на тысячи лет. И в ней он видит не жертву, а единственную искру, способную растопить вековой холод.

Между ними вспыхивает пламя, перед которым меркнет сам вулкан. Но древний ритуал не терпит своеволия.
Если она останется — обретет бессмертие, но станет бездушным камнем в его объятиях.
Если уйдет — он рассыплется прахом, потому что она забрала его сердце.

Их страсть заставляет горы дрожать от наслаждения. Но пробудившийся огонь требует платы.
Сможет ли она выбрать между долгом и всепоглощающим чувством?
И есть ли шанс у любви, на которую отпущена всего одна ночь до конца света

Она сошла на берег из пены морской, и они назвали её Богиней.

Ева — единственная выжившая после кораблекрушения. Когда шторм выбрасывает её на берег затерянного острова, она готова к самому худшему: дикари могут убить её или сделать рабыней. Но судьба преподносит ей иной дар — иное проклятие.

Это племя никогда не видело белой кожи и золота волос. Здесь правят мужчины, а женщины — лишь сосуды. Но старая шаманка мертва, и бледная чужестранка, явившаяся из пучины, кажется им не человеком, а воплощением Великой Матери.

Еву нарекают новой Богиней. Её боготворят, её омывают благовониями, ей приносят дары. Но она не имеет права ступить за порог храма. Она — пленница в золотой клетке, чья участь — раз в год принимать в свои объятия лучших воинов в священном ритуале плодородия.

Сможет ли она использовать свою «божественность», чтобы сбежать, или власть и похоть затмят её разум? В мире, где нет других женщин, ей суждено стать яблоком раздора, объектом поклонения и желания. Но когд

Добро пожаловать в Обсидиановую обитель — школу, где монстры учатся быть монстрами.

Я думала, что смерть — это больно. Оказалось, больно — это когда ты случайно проходишь сквозь магический барьер и оказываешься в академии, где на завтрак подают кровь, а на лекциях учат искусству убивать взглядом.

Здесь учатся вампиры, сирены, оборотни и прочие "нелюди". А ещё здесь есть ОН.

Дроу. Темный эльф с красными глазами, белыми волосами и характером — хуже не придумаешь. Он смотрит на меня так, будто я таракан, случайно заползший в его идеальный мир. Он груб, циничен и холоден, как лёд Забытых земель.

Но когда я падаю — он ловит. Когда я в опасности — он убивает. А когда никто не видит — его взгляд задерживается на моих губах ровно на секунду дольше, чем позволяет этикет.

В Обсидиановой обители полно тайн. Например, почему декан школы смотрит на меня с такой ненавистью, будто я — воскресший призрак её прошлого?

— Если выполнишь программу — я сделаю всё, что захочешь ты. Если свалишь — всё, что захочу я.

Аксель — тренер, глядя на которого забываешь дышать. Твердый, наглый, уверенный. Он согласился тренировать Лику, но с одним условием: месяц ада. Она думала, что речь о приседаниях и жиме. Она ошиблась.

Каждое его прикосновение на растяжке заставляет кожу гореть. Каждый взгляд раздевает. А когда зал пустеет, напряжение между ними становится таким плотным, что, кажется, ещё секунда — и оно взорвется.

Месяц до развязки. Тридцать дней пота, слез и дикого голода. Вопрос только в том, кто кого сломает первым. И что именно он загадает, когда она доползет до финиша.

В этом зале всё пропитано химией. В прямом смысле.

Я привык побеждать на дорожке, где правила просты: есть цель и есть противник. Но в игре с Софой правил не существует.
Свадьба отца Ярослава должна была стать очередным вечером, когда мы будем обмениваться колкостями и делать вид, что не замечаем друг друга. Но потом появилась она. В этом платье, которое облегало её так, словно было второй кожей. Она уверяла себя, что нарядилась не для меня, но я видел этот вызов в её глазах.
— Решила, что мы в Большом театре, Соф? — Процедил я у бара, чувствуя, как внутри всё закипает от её невыносимой красоты.
— А ты, я смотрю, решил, что твое раздутое эго поместится в этот зал? — Парировала она, даже не глядя в мою сторону.
Между нами искрило так, что могли загореться скатерти. Нас тянуло друг к другу вопреки логике, вопреки той ненависти, которую мы бережно выращивали годами.