Книги по тегу «счастливый финал»: ""
— И что мне с вами делать? — спрашиваю трех угощиков, которые разбили мой джип и снесли забор особняка, но они молчат, как партизаны. — Куда на моей машине собрались?
— Маму спасать. Ба сказала, ее полицейские схватили, — писклявым голосом болтает пацан справа. — А в садике гадости говорили, что ее заберут навсегда, вот мы и решили…
— Мы вытащим ее из тюрьмы! Мы все взяли с собой!
Девчонка в подтверждение расстегивает рюкзак и демонстрирует мне фонарик, детский молоточек, пластырь и плюшевого зайца.
— Ладно, мама в полиции, а папа ваш где? — спрашиваю их, но наш разговор прерывает отчаянный крик.
— НЕГОДНИКИ! — а по дороге к нам несется седовласая женщина. — Вы на кой черт сбежали из детского сада? У меня чуть сердце не остановилось, когда я вас там не нашла!
Она с разбегу сгребает в охапку малышню. А потом открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.
— Лидия Михайловна?
Ее лицо белеет. Я резко опускаю взгляд на детей и снова смотрю на мать моей бывшей.
— А Ксюша где?
— Маму спасать. Ба сказала, ее полицейские схватили, — писклявым голосом болтает пацан справа. — А в садике гадости говорили, что ее заберут навсегда, вот мы и решили…
— Мы вытащим ее из тюрьмы! Мы все взяли с собой!
Девчонка в подтверждение расстегивает рюкзак и демонстрирует мне фонарик, детский молоточек, пластырь и плюшевого зайца.
— Ладно, мама в полиции, а папа ваш где? — спрашиваю их, но наш разговор прерывает отчаянный крик.
— НЕГОДНИКИ! — а по дороге к нам несется седовласая женщина. — Вы на кой черт сбежали из детского сада? У меня чуть сердце не остановилось, когда я вас там не нашла!
Она с разбегу сгребает в охапку малышню. А потом открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.
— Лидия Михайловна?
Ее лицо белеет. Я резко опускаю взгляд на детей и снова смотрю на мать моей бывшей.
— А Ксюша где?
— Есть близкий родственник, которому мы можем позвонить? — спрашивает фельдшер после того, как Ратмир вытаскивает нас с девочками из разбитой машины. — Муж? Отец девочек?
Я открываю рот, но Берсанов отвечает первым:
— Позвоните ее мужу. Кирилл всегда появляется вовремя. Когда другие спасут его жену вместо него.
— Какой Кирилл? — вдруг спрашивает моя дочь.
— Ваш папа.
— Мам, а разве у нас есть папа? — она смотрит на меня, потом на сестру.
— Нет, — произношу я, глядя Ратмиру прямо в глаза. — У нас никого нет. Мы втроем.
Когда семь лет назад муж бросил меня умирать под пулями, Ратмир спас. В первый раз. И стал отцом моих девочек, о которых он так и не узнал…
Я открываю рот, но Берсанов отвечает первым:
— Позвоните ее мужу. Кирилл всегда появляется вовремя. Когда другие спасут его жену вместо него.
— Какой Кирилл? — вдруг спрашивает моя дочь.
— Ваш папа.
— Мам, а разве у нас есть папа? — она смотрит на меня, потом на сестру.
— Нет, — произношу я, глядя Ратмиру прямо в глаза. — У нас никого нет. Мы втроем.
Когда семь лет назад муж бросил меня умирать под пулями, Ратмир спас. В первый раз. И стал отцом моих девочек, о которых он так и не узнал…
🔥 ЗАВЕРШЕНО! ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! 🔥
Я всегда любила турецкие сериалы. Наверное, потому что моя собственная жизнь от сказки далека: бывший, который ушел и отказался от нашей дочери. Сокращение с работы. угрозы опеки отнять дочь…
А потом я встретила его. Эмира. Будто героя из моих любимых сериалов — только живого. Мой новый босс. Турецкий миллионер.
Он заставил меня поверить, что сказки случаются в реальной жизни. Подарки, цветы, поцелуй под дождем…
Я не знала, что я для него всего лишь часть плана...
Я всегда любила турецкие сериалы. Наверное, потому что моя собственная жизнь от сказки далека: бывший, который ушел и отказался от нашей дочери. Сокращение с работы. угрозы опеки отнять дочь…
А потом я встретила его. Эмира. Будто героя из моих любимых сериалов — только живого. Мой новый босс. Турецкий миллионер.
Он заставил меня поверить, что сказки случаются в реальной жизни. Подарки, цветы, поцелуй под дождем…
Я не знала, что я для него всего лишь часть плана...
Илька собралась еще раз нажать на звонок, как неожиданно услышала совсем недружелюбное и даже грубое:
— Ты кто?
— Я от Анжелы!
— Нет.
— Нет? — девушка опешила.
— Нет — на все твои вопросы. Нет — мне не нужна помощница. Нет — я не нуждаюсь в общении. И нет — я не открою дверь.
— Хорошо. Я Вас услышала. Но я не уйду! — прорычала она точно так же в ответ.
— Если не уйдешь, я сделаю так, что твоя подруга Анжела не сможет больше работать.
— Вы не поняли меня.
— Разве?
— Анжела не моя подруга. Она лишь помогла мне сбежать из города от мужа и отца… — Илька осеклась и замолчала.
— Ты кто?
— Я от Анжелы!
— Нет.
— Нет? — девушка опешила.
— Нет — на все твои вопросы. Нет — мне не нужна помощница. Нет — я не нуждаюсь в общении. И нет — я не открою дверь.
— Хорошо. Я Вас услышала. Но я не уйду! — прорычала она точно так же в ответ.
— Если не уйдешь, я сделаю так, что твоя подруга Анжела не сможет больше работать.
— Вы не поняли меня.
— Разве?
— Анжела не моя подруга. Она лишь помогла мне сбежать из города от мужа и отца… — Илька осеклась и замолчала.
- Алло, Ольга Николаевна! - голос любовницы мужа бодрый, приветливый, с придыханием.
- Да, Анастасия. Я скоро буду, - чеканю я сухо, официально, холодно.
Сбрасываю звонок, не дожидаясь ответа, не слушая любезностей.
Я должна продать квартиру любовницы своего мужа. Квартиру, которую он ей купил, обустроил, в которой они проводили время вместе, пока я работала допоздна или ездила по командировкам. Квартиру, где висит их совместное фото размером со стену.
***
Я так легко не сдамся дорогой муженек, ты ей сделал предложение… а развод со мной тебя ждет впереди, и я сделаю все, чтобы ты начал все нуля со своей дорогой невестой.
- Да, Анастасия. Я скоро буду, - чеканю я сухо, официально, холодно.
Сбрасываю звонок, не дожидаясь ответа, не слушая любезностей.
Я должна продать квартиру любовницы своего мужа. Квартиру, которую он ей купил, обустроил, в которой они проводили время вместе, пока я работала допоздна или ездила по командировкам. Квартиру, где висит их совместное фото размером со стену.
***
Я так легко не сдамся дорогой муженек, ты ей сделал предложение… а развод со мной тебя ждет впереди, и я сделаю все, чтобы ты начал все нуля со своей дорогой невестой.
— Марина, — Кирилл наконец выдохнул. — Это не... я не…
— Не то, что я думаю? Не то, чем кажется? Ты любишь только меня, а с ней у тебя всего лишь секс? — я легко выплёвывала избитые фразы.
Подруга сползла с кровати, натягивая на себя одеяло.
— Я не хотела, правда, я не подумала… Ты же говорила, что на неделю, а у меня там муж…
— Это правда всё не так, как выглядит! Ты всё не так поняла! — муж потянулся в мою сторону, но, встретившись со мной взглядом, остановился.
— Ну конечно. Как ещё можно понять то, что ты её обнимал и целовал в плечико, да?
Он открыл рот, но вновь закрыл, так и не найдя что сказать.
— Не то, что я думаю? Не то, чем кажется? Ты любишь только меня, а с ней у тебя всего лишь секс? — я легко выплёвывала избитые фразы.
Подруга сползла с кровати, натягивая на себя одеяло.
— Я не хотела, правда, я не подумала… Ты же говорила, что на неделю, а у меня там муж…
— Это правда всё не так, как выглядит! Ты всё не так поняла! — муж потянулся в мою сторону, но, встретившись со мной взглядом, остановился.
— Ну конечно. Как ещё можно понять то, что ты её обнимал и целовал в плечико, да?
Он открыл рот, но вновь закрыл, так и не найдя что сказать.
— Ради бога, Мира, это еще даже не ребенок, что ты тут устроила? — шипит муж.
— Никита, ты о чем? Это же наш...
— Эмбрион, — заявляет он. — Десять недель. Такое даже не сохраняют, а ты собралась эвакуироваться? Беременность не болезнь.
Мы оба пригибаемся от очередного удара.
— Никита...
— А я что жрать буду?
Муж оставляет меня одну в приемном покое военного госпиталя. Когда раздается новый взрыв.
— Скорее, скорее! — вопит кто-то, и я бегу, прячусь в туалете.
Стены трясутся, окна дрожат.
— Самир Магомедович, всех вывели! Уходим! — кричит кто-то в коридоре.
— Не всех, — слышу совсем рядом. — Идите, найду кое-кого и приду.
— Я здесь! — крич, и скоро дверь открывается.
— Вот я тебя и нашел, — говорит полковник Берсанов. Но стены снова сотрясаются.
Я падаю и чувствую острую боль в животе. Только не это...
— Никита, ты о чем? Это же наш...
— Эмбрион, — заявляет он. — Десять недель. Такое даже не сохраняют, а ты собралась эвакуироваться? Беременность не болезнь.
Мы оба пригибаемся от очередного удара.
— Никита...
— А я что жрать буду?
Муж оставляет меня одну в приемном покое военного госпиталя. Когда раздается новый взрыв.
— Скорее, скорее! — вопит кто-то, и я бегу, прячусь в туалете.
Стены трясутся, окна дрожат.
— Самир Магомедович, всех вывели! Уходим! — кричит кто-то в коридоре.
— Не всех, — слышу совсем рядом. — Идите, найду кое-кого и приду.
— Я здесь! — крич, и скоро дверь открывается.
— Вот я тебя и нашел, — говорит полковник Берсанов. Но стены снова сотрясаются.
Я падаю и чувствую острую боль в животе. Только не это...
ЗАВЕРШЕНО
— Ты лазила в моем телефоне?
— А что такого? У нас же нет секретов друг от друга... Доверие.
— Доверие — это когда ты не лазишь по чужому телефону, Лиза.
— Ах вот как?
Я хватаю его телефон, открываю фото, где он в сауне с другой девушкой, и показываю ему.
— А я думала, доверие — это когда нам нечего скрывать друг от друга! Три года я, как последняя дура, верила тебе! Ты говорил, что мы выше формальностей! А сегодня вдруг узнала, что ты не хотел связывать себя обязательствами, потому что тебе было удобно мне изменять, пока я, как дура, верила и ждала предложения!
— Лиза, это ничего не значит! — выпаливает он. — Ты знаешь, я люблю тебя...
— Замолчи! Ты спал с другой женщиной и хвастался этим другу! Тебе было жаль, что ты не можешь повторить! Ты говорил, что штамп в паспорте — это формальность, а на самом деле просто держал меня как бесплатную домработницу, с которой еще и спать можно!
— Ты лазила в моем телефоне?
— А что такого? У нас же нет секретов друг от друга... Доверие.
— Доверие — это когда ты не лазишь по чужому телефону, Лиза.
— Ах вот как?
Я хватаю его телефон, открываю фото, где он в сауне с другой девушкой, и показываю ему.
— А я думала, доверие — это когда нам нечего скрывать друг от друга! Три года я, как последняя дура, верила тебе! Ты говорил, что мы выше формальностей! А сегодня вдруг узнала, что ты не хотел связывать себя обязательствами, потому что тебе было удобно мне изменять, пока я, как дура, верила и ждала предложения!
— Лиза, это ничего не значит! — выпаливает он. — Ты знаешь, я люблю тебя...
— Замолчи! Ты спал с другой женщиной и хвастался этим другу! Тебе было жаль, что ты не можешь повторить! Ты говорил, что штамп в паспорте — это формальность, а на самом деле просто держал меня как бесплатную домработницу, с которой еще и спать можно!
Суббота идеальная — солнце, тепло, лёгкий ветер, и Саша рядом, ведёт машину. Мы едем в его офис забрать какие-то документы, и я смотрю на него, думая о том, как же мне повезло. Тринадцать лет вместе и я до сих пор ловлю себя на том, что смотрю на него украдкой, как будто боюсь, что это всё окажется сном.
Он паркуется выскакивает из машины, бросая через плечо: «Пять минут, Маш, я мигом».
Я наслаждаюсь солнцем и хорошим настроением. Мой взгляд останавливается на экране его телефона, когда тот вспыхивает ярким светом. Не собиралась смотреть — но сообщение буквально кричит мне в лицо: «Малыш, жду тебя, приезжай скорей 🔥». И внизу, под текстом — имя контакта: просто «М.»
Я читаю эти слова раз, второй, третий, и они не меняются, не исчезают, не превращаются в шутку или ошибку.
Дверь машины открывается, и Саша садится за руль.
— Ну что, едем? — спрашивает он, и я говорю, глядя ему прямо в глаза:
— Едем. Малыш, нас ждёт некая М. У неё, видимо, что-то срочное.
Он паркуется выскакивает из машины, бросая через плечо: «Пять минут, Маш, я мигом».
Я наслаждаюсь солнцем и хорошим настроением. Мой взгляд останавливается на экране его телефона, когда тот вспыхивает ярким светом. Не собиралась смотреть — но сообщение буквально кричит мне в лицо: «Малыш, жду тебя, приезжай скорей 🔥». И внизу, под текстом — имя контакта: просто «М.»
Я читаю эти слова раз, второй, третий, и они не меняются, не исчезают, не превращаются в шутку или ошибку.
Дверь машины открывается, и Саша садится за руль.
— Ну что, едем? — спрашивает он, и я говорю, глядя ему прямо в глаза:
— Едем. Малыш, нас ждёт некая М. У неё, видимо, что-то срочное.
— Я давно хотел сказать.
— Ну, говори.
— Мы с тобой фактически чужие.
— Интересно. А ипотеку сейчас модно оформлять с чужими?
После аварии мужа я приезжаю в больницу и узнаю, что полковник Берестов был в машине не один.
Рядом с ним ехала Лилия — вдова его погибшего лучшего друга.
В её сумке я нахожу фотографию своего мужа и записку: «Ещё немного. Потом ты перестанешь возвращаться к ней».
Олег требует только одного: чтобы я молчала.
Зря. Потому что я судебный переводчик. А некоторые тайны становятся особенно понятными, когда читаешь их на другом языке.
И пока мой муж думает, что потерял всего лишь жену, он ещё не знает: любовница тоже никогда его не любила.
— Ну, говори.
— Мы с тобой фактически чужие.
— Интересно. А ипотеку сейчас модно оформлять с чужими?
После аварии мужа я приезжаю в больницу и узнаю, что полковник Берестов был в машине не один.
Рядом с ним ехала Лилия — вдова его погибшего лучшего друга.
В её сумке я нахожу фотографию своего мужа и записку: «Ещё немного. Потом ты перестанешь возвращаться к ней».
Олег требует только одного: чтобы я молчала.
Зря. Потому что я судебный переводчик. А некоторые тайны становятся особенно понятными, когда читаешь их на другом языке.
И пока мой муж думает, что потерял всего лишь жену, он ещё не знает: любовница тоже никогда его не любила.
Выберите полку для книги