Книги по тегу «тайны прошлого»: ""
— Это твой сын, Максим?
— Алин, я всё объясню…
— От моей родной сестры?
Я прилетела спасать чужого ребёнка. А нашла вторую семью собственного мужа.
Трёхлетний мальчик задыхался на руках Вики. Максим стоял рядом — домашний, родной, хотя мне написал, что уехал на вахту. А я опустилась на колени, открыла медицинский чемодан и начала спасать их сына.
Того самого сына, которого сама так и не смогла родить.
Четыре года они лгали мне в лицо. Пока я летала на вызовы, муж возвращался к сестре. Мать помогала им скрывать ребёнка. А потом сказала:
— Мы просто берегли твою психику, доченька.
В тот день я спасла их мальчика дважды. Второй раз — выталкивая его из ледяной воды, пока сама уходила под лёд.
Когда меня вытащили, надо мной склонился мужчина. Знакомый шрам над бровью. Тёмные глаза. Тёплые ладони на моём лице.
— Всё исправлю, малая. Только не смей отключаться.
Я бы поверила ему.
Если бы пять лет назад не стояла у его могилы.
— Алин, я всё объясню…
— От моей родной сестры?
Я прилетела спасать чужого ребёнка. А нашла вторую семью собственного мужа.
Трёхлетний мальчик задыхался на руках Вики. Максим стоял рядом — домашний, родной, хотя мне написал, что уехал на вахту. А я опустилась на колени, открыла медицинский чемодан и начала спасать их сына.
Того самого сына, которого сама так и не смогла родить.
Четыре года они лгали мне в лицо. Пока я летала на вызовы, муж возвращался к сестре. Мать помогала им скрывать ребёнка. А потом сказала:
— Мы просто берегли твою психику, доченька.
В тот день я спасла их мальчика дважды. Второй раз — выталкивая его из ледяной воды, пока сама уходила под лёд.
Когда меня вытащили, надо мной склонился мужчина. Знакомый шрам над бровью. Тёмные глаза. Тёплые ладони на моём лице.
— Всё исправлю, малая. Только не смей отключаться.
Я бы поверила ему.
Если бы пять лет назад не стояла у его могилы.
— У тебя есть другая? Неужели ты меня никогда не любил!
— Давай только без драм. Ты всегда была и будешь моей единственной и неповторимой!
Но дверь нашего шкафа внезапно открылась.
И оттуда, прикрываясь его рубашкой, вышла она…
Фигуристая брюнетка. С длинными ногами и размазанной помадой на припухших губах.
— Ты целовал меня — а потом её! На моих простынях! Как ты мог?!
Он молчал. Спокойно. Невозмутимо. Как молчат мужчины, которым принадлежит полгорода и которые не привыкли оправдываться.
Евгений Одинцов...
Красивый, как грех. Опасный, как приговор.
Мужчина, без которого я разучилась дышать.
Я швырнула вазу об стену. Хрусталь разлетелся, как наша жизнь.
Он стряхнул осколок с манжеты. Поднял подбородок.
— Раз так — на выход! Я подам на развод. Всё кончено!
— Ты чудовище.
— Сама виновата, что влюбилась…
Я выбежала в ночь. Задыхаясь от слёз.
Как вдруг рядом остановился чёрный внедорожник.
Двери распахнулись. И мой мир перевернулся навсегда…
— Давай только без драм. Ты всегда была и будешь моей единственной и неповторимой!
Но дверь нашего шкафа внезапно открылась.
И оттуда, прикрываясь его рубашкой, вышла она…
Фигуристая брюнетка. С длинными ногами и размазанной помадой на припухших губах.
— Ты целовал меня — а потом её! На моих простынях! Как ты мог?!
Он молчал. Спокойно. Невозмутимо. Как молчат мужчины, которым принадлежит полгорода и которые не привыкли оправдываться.
Евгений Одинцов...
Красивый, как грех. Опасный, как приговор.
Мужчина, без которого я разучилась дышать.
Я швырнула вазу об стену. Хрусталь разлетелся, как наша жизнь.
Он стряхнул осколок с манжеты. Поднял подбородок.
— Раз так — на выход! Я подам на развод. Всё кончено!
— Ты чудовище.
— Сама виновата, что влюбилась…
Я выбежала в ночь. Задыхаясь от слёз.
Как вдруг рядом остановился чёрный внедорожник.
Двери распахнулись. И мой мир перевернулся навсегда…
— Познакомься, Лера. Это Алексей Орлов. Он будет вести нашу проверку, — говорит муж.
Я замираю.
Семь лет назад я собиралась выйти за Алексея замуж. А потом исчезла из его жизни, оставив его уверенным, что предала.
Теперь Илья сам привёл его в наш дом, не подозревая, что Алексей знает всё о нашем прошлом.
А потом проверка касается моей клиники, и я нахожу документы, которых никогда не видела.
И теперь мне страшно узнать не то, что Алексей до сих пор чувствует ко мне, а кому из этих двоих мужчин я зря доверяла все эти годы.
Я замираю.
Семь лет назад я собиралась выйти за Алексея замуж. А потом исчезла из его жизни, оставив его уверенным, что предала.
Теперь Илья сам привёл его в наш дом, не подозревая, что Алексей знает всё о нашем прошлом.
А потом проверка касается моей клиники, и я нахожу документы, которых никогда не видела.
И теперь мне страшно узнать не то, что Алексей до сих пор чувствует ко мне, а кому из этих двоих мужчин я зря доверяла все эти годы.
— Отказник, говоришь? — спрашиваю я акушерку, шагая по длинному коридору больницы.
— Да! Все так! — кивает она.
— А что с матерью?
— О, все хорошо! Какая-то девчонка, совсем юная, родила и сразу отказалась от малыша! Но наследственность хорошая, сама здоровая! Да и девочка просто загляденье!
— И как можно оставить собственного ребенка? — спрашиваю я тихо сам у себя, но Ольга слышит.
— Сама не представляю! Такой чудный, здоровый малыш! Вам понравится, Тимур Олегович, вы обязательно ее заберете, как только увидите!
Я захожу в палату, и взгляд сразу находит прозрачный кувез с маленьким свертком внутри.
Мы с женой так давно хотели малыша, но так и не дождались. Проблема была во мне. Я предлагал усыновить, но Юля наотрез отказалась. Вскоре и совсем ушла, сразу же забеременев от другого, а я решил, во что бы то не стало исполнить свою мечту.
И вот судьба подарила мне шанс! В виду этой крохотной, одинокой как и я девочки!
— Да! Все так! — кивает она.
— А что с матерью?
— О, все хорошо! Какая-то девчонка, совсем юная, родила и сразу отказалась от малыша! Но наследственность хорошая, сама здоровая! Да и девочка просто загляденье!
— И как можно оставить собственного ребенка? — спрашиваю я тихо сам у себя, но Ольга слышит.
— Сама не представляю! Такой чудный, здоровый малыш! Вам понравится, Тимур Олегович, вы обязательно ее заберете, как только увидите!
Я захожу в палату, и взгляд сразу находит прозрачный кувез с маленьким свертком внутри.
Мы с женой так давно хотели малыша, но так и не дождались. Проблема была во мне. Я предлагал усыновить, но Юля наотрез отказалась. Вскоре и совсем ушла, сразу же забеременев от другого, а я решил, во что бы то не стало исполнить свою мечту.
И вот судьба подарила мне шанс! В виду этой крохотной, одинокой как и я девочки!
— Я долго жил с ошибкой… Но с сегодняшнего дня свободен.
Он наклонился и поцеловал её. В висок. Нежно. Так, как целовал меня, когда я засыпала у него на плече.
— Завтра подам на развод. Это всё, что тебе нужно знать.
— Это всё, что мне нужно знать?! Пять лет, Громов! Пять лет — и «это всё, что тебе нужно знать»?! Как ты мог?
— Не люблю больше…
Гром. Раскат — низкий, долгий, от края до края неба. Как будто небо раскололось пополам.
Громов. Гром... Как символично. И как больно.
— Я не знал, как тебе сказать. Жалел, наверное. Думал ещё. Не решил. Кто горячее в постели… Она победила.
— Однажды ты подарил мне крылья, помнишь? Ты так и сказал — «ты мои крылья». А сегодня — оторвал.
Секунда. Одна секунда между его последним словом и моей рукой.
И звонкая пощёчина.
— Прощай, Громов. Навсегда…
***
Я шла и считала шаги. Чтобы не кричать.
Потому что внутри бьётся маленькое сердце.
Сирень бросила в урну. Кольцо — сняла.
Но и представить не могла, что ждёт нас впереди...
Он наклонился и поцеловал её. В висок. Нежно. Так, как целовал меня, когда я засыпала у него на плече.
— Завтра подам на развод. Это всё, что тебе нужно знать.
— Это всё, что мне нужно знать?! Пять лет, Громов! Пять лет — и «это всё, что тебе нужно знать»?! Как ты мог?
— Не люблю больше…
Гром. Раскат — низкий, долгий, от края до края неба. Как будто небо раскололось пополам.
Громов. Гром... Как символично. И как больно.
— Я не знал, как тебе сказать. Жалел, наверное. Думал ещё. Не решил. Кто горячее в постели… Она победила.
— Однажды ты подарил мне крылья, помнишь? Ты так и сказал — «ты мои крылья». А сегодня — оторвал.
Секунда. Одна секунда между его последним словом и моей рукой.
И звонкая пощёчина.
— Прощай, Громов. Навсегда…
***
Я шла и считала шаги. Чтобы не кричать.
Потому что внутри бьётся маленькое сердце.
Сирень бросила в урну. Кольцо — сняла.
Но и представить не могла, что ждёт нас впереди...
– Долго ты еще свою бесплодную деревенщину-жену терпеть будешь?! – голос свекрови заставляет замереть.
– Мама. Ты говоришь о моей жене! Не смей…
– А что?! Разве это не правда?! Мало того что на улице подобрал, так еще и женился на деревенщине без роду и без племени! Она вдобавок ко всему еще и забеременеть не может!
– Мама, хватит! Марина – моя жена! Я сделал выбор. Прими это, или ты больше никогда не переступишь порога моего дома!
Прикрываю веки, улыбка появляется на губах, сжимаю коробочку с пинетками и снимком УЗИ, которые сегодня подарю мужу… Леша меня защитил, он как стена, за которой можно прятаться от всех бед и невзгод…
Но в следующую секунду улыбка меркнет, а коробочка с пинетками вываливается из рук, потому что ответ свекрови оглушает:
– Твоя жена?! – иронично замечает свекровь. – Только Виолетта беременна, сын. О твоей связи с дочерью Астафьева скоро станет известно. Так что выбрасывай свою шавку и женись на девушке из высшего общества, которая ждет от тебя ребенка!
– Мама. Ты говоришь о моей жене! Не смей…
– А что?! Разве это не правда?! Мало того что на улице подобрал, так еще и женился на деревенщине без роду и без племени! Она вдобавок ко всему еще и забеременеть не может!
– Мама, хватит! Марина – моя жена! Я сделал выбор. Прими это, или ты больше никогда не переступишь порога моего дома!
Прикрываю веки, улыбка появляется на губах, сжимаю коробочку с пинетками и снимком УЗИ, которые сегодня подарю мужу… Леша меня защитил, он как стена, за которой можно прятаться от всех бед и невзгод…
Но в следующую секунду улыбка меркнет, а коробочка с пинетками вываливается из рук, потому что ответ свекрови оглушает:
– Твоя жена?! – иронично замечает свекровь. – Только Виолетта беременна, сын. О твоей связи с дочерью Астафьева скоро станет известно. Так что выбрасывай свою шавку и женись на девушке из высшего общества, которая ждет от тебя ребенка!
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! «Хрустальная роза» — заведение, где готовят квалифицированных служанок не только для знатных господ, а и, если повезет, для самой королевской семьи. Но даже с такими перспективами будущее кажется далеко не радужным! А есть ли у меня выбор? Имя Лисса я получила в этих стенах потому, что ничего о себе не помню. У меня нет прошлого! Однако, быть может, спустя долгие десять лет судьба впервые проявила ко мне благосклонность? Ведь неспроста я отправляюсь в замок правящей семьи... Да и мой сопровождающий чертовски притягателен и выглядит подозрительно знакомым.
💕Романтическая сказка
⭐ Пропавшая наследница престола
⭐ Обаятельный командир, ведущий расследование
⭐ Болтливый призрак (любит чаёвничать!)
⭐ ХЭ
💕Романтическая сказка
⭐ Пропавшая наследница престола
⭐ Обаятельный командир, ведущий расследование
⭐ Болтливый призрак (любит чаёвничать!)
⭐ ХЭ
Идеальная жизнь Алины рушится, когда она находит квартиру мужа для любовницы. Предательство оказывается лишь верхушкой айсберга: за ним стоят старые тайны, ложное родство и многолетний заговор конкурентов. Пройдя через боль, унижение и почти развод, героиня рожает дочь Миру — чьё имя становится символом мира, обретённого на руинах. Это история о том, способна ли любовь выжить после того, как прошла сквозь самую тёмную зиму.
– Смените мне персонал! – рявкает полковник Крестовский при виде меня.
Четыре года назад он выбрал генеральскую дочку, а я узнала, что беременна от него. Теперь я работаю медсестрой в госпитале, куда Марк поступил с боевым ранением. Мне придется ухаживать за человеком, который разбил мне сердце и истерзал душу, а еще – лишил веры в любовь.
Я сделаю свою работу, я профессионал. Но про дочь ему ни за что не скажу!
Четыре года назад он выбрал генеральскую дочку, а я узнала, что беременна от него. Теперь я работаю медсестрой в госпитале, куда Марк поступил с боевым ранением. Мне придется ухаживать за человеком, который разбил мне сердце и истерзал душу, а еще – лишил веры в любовь.
Я сделаю свою работу, я профессионал. Но про дочь ему ни за что не скажу!
Муж пять лет молчал о том, что касается нашей дочери.
А другая женщина знала о моём ребёнке больше, чем я.
— Ты вытянешь не правду, Вера. Ты вытянешь опеку, экспертизу и чужую женщину с адвокатом.
Я акушерка. Четырнадцать лет отдаю матерям их детей и знаю правило: есть бирка, журнал и две подписи. Ошибиться можно. Не знать — нельзя.
Но самое страшное мне сказал не муж.
Мне это сказали бумаги, пять лет лежавшие в комоде.
Одна переправленная цифра.
Одна вырванная страница.
Муж говорит: ты всё разрушишь.
Мама говорит: не трогай, живи как жила.
Все просят меня остановиться — и никто не объясняет почему.
Архив велит ждать тридцать дней. Значит, я не буду ждать.
Цена правды уже назначена.
Она сидит в соседней комнате и складывает пазл.
А другая женщина знала о моём ребёнке больше, чем я.
— Ты вытянешь не правду, Вера. Ты вытянешь опеку, экспертизу и чужую женщину с адвокатом.
Я акушерка. Четырнадцать лет отдаю матерям их детей и знаю правило: есть бирка, журнал и две подписи. Ошибиться можно. Не знать — нельзя.
Но самое страшное мне сказал не муж.
Мне это сказали бумаги, пять лет лежавшие в комоде.
Одна переправленная цифра.
Одна вырванная страница.
Муж говорит: ты всё разрушишь.
Мама говорит: не трогай, живи как жила.
Все просят меня остановиться — и никто не объясняет почему.
Архив велит ждать тридцать дней. Значит, я не буду ждать.
Цена правды уже назначена.
Она сидит в соседней комнате и складывает пазл.
Выберите полку для книги