Книги по тегу «телохранитель»: ""
Мой муж публично объявил меня психически неуравновешенной, потребовал мои акции и захотел отобрать мою собственную жизнь. Я лишилась всего: дома, бизнеса и права кому-либо доверять.
Но рядом оказались двое защитников, назначенных моей бабушкой. Их властная забота, уверенные прикосновения и вынужденная близость пробудили во мне желание, которое я считала неправильным и слишком опасным, чтобы ему уступить.
Но как мне устоять, когда они оба решили больше не отпускать меня и защитить меня во что бы то ни стало?
Будет горячо и откровенно🔥
Но рядом оказались двое защитников, назначенных моей бабушкой. Их властная забота, уверенные прикосновения и вынужденная близость пробудили во мне желание, которое я считала неправильным и слишком опасным, чтобы ему уступить.
Но как мне устоять, когда они оба решили больше не отпускать меня и защитить меня во что бы то ни стало?
Будет горячо и откровенно🔥
Едва я вернула свою компанию, как бывший муж снова попытается лишить меня акций, обвинив двух моих защитников в том, что они подчинили себе мою волю.
Спасти меня может только новый юрист фонда. Но как раз с ним не всё так просто.
Он пробуждает во мне запретное притяжение, которое грозит разрушить всё, что возникло между мной и двумя мужчинами, уже ставшими моей опорой.
Будет горячо и откровенно🔥
Спасти меня может только новый юрист фонда. Но как раз с ним не всё так просто.
Он пробуждает во мне запретное притяжение, которое грозит разрушить всё, что возникло между мной и двумя мужчинами, уже ставшими моей опорой.
Будет горячо и откровенно🔥
Я - наследница алмазной империи и сирота. Мачеха выставила меня, как лот на продажу. Вчерашние «друзья» отца уже пилят корпорацию и моё наследство.
Единственный, кто смотрит на меня без жалости и фальшивого сожаления – циничный и угрюмый Данила Шустов.
И он мой телохранитель!
— У тебя два варианта, Оливия. Либо ты доверишься мне, либо полетишь к купившему тебя жениху. А если со мной, то запоминай: я – твой бог, а мое слово – закон.
Эти слова были сказаны у распахнутой двери опасно снижающегося над тайгой вертолета, а дальше Данила добавил:
— Закрой глаза и доверься…
Он грубый и резкий солдафон с аллергией на богатых глупых девчонок. Он презирает благородство, не замечая его в своих поступках. И клянется, что далеко не рыцарь. Но он неправ…
Он мой тёмный рыцарь.
И я доверилась… А после мы прыгнули вниз, навстречу холодной и враждебной тайге, уютным ночам в заброшенных охотничьих хижинах и армии наёмников, готовых выкрасть меня любой ценой!
Единственный, кто смотрит на меня без жалости и фальшивого сожаления – циничный и угрюмый Данила Шустов.
И он мой телохранитель!
— У тебя два варианта, Оливия. Либо ты доверишься мне, либо полетишь к купившему тебя жениху. А если со мной, то запоминай: я – твой бог, а мое слово – закон.
Эти слова были сказаны у распахнутой двери опасно снижающегося над тайгой вертолета, а дальше Данила добавил:
— Закрой глаза и доверься…
Он грубый и резкий солдафон с аллергией на богатых глупых девчонок. Он презирает благородство, не замечая его в своих поступках. И клянется, что далеко не рыцарь. Но он неправ…
Он мой тёмный рыцарь.
И я доверилась… А после мы прыгнули вниз, навстречу холодной и враждебной тайге, уютным ночам в заброшенных охотничьих хижинах и армии наёмников, готовых выкрасть меня любой ценой!
Дочь знатного господина и эльф-гладиатор, раб её отца, чья жизнь стоит дешевле одного её платья.
Их миры не должны были пересечься.
Но через три месяца её ждёт блестящий брак, холодный расчёт. Чтобы с Арианой ничего не случилось до свадьбы, отец приставляет к ней своего лучшего гладиатора.
Чем ближе становятся эти двое, тем тоньше грань между защитой по приказу и по велению сердца.
Как заставить себя молчать и не назвать вслух то, что может стать приговором для них обоих?
Их миры не должны были пересечься.
Но через три месяца её ждёт блестящий брак, холодный расчёт. Чтобы с Арианой ничего не случилось до свадьбы, отец приставляет к ней своего лучшего гладиатора.
Чем ближе становятся эти двое, тем тоньше грань между защитой по приказу и по велению сердца.
Как заставить себя молчать и не назвать вслух то, что может стать приговором для них обоих?
Максим вышел ещё до полной остановки. Движения были короткими, точными, без лишнего шума. Первый нападавший получил удар в горло и сложился. Второй попытался достать что-то из кармана — Максим уже был рядом. Короткий щелчок, глухой звук. Мужчина осел на асфальт.
Алиса стояла, прижавшись спиной к чужой машине, и пыталась дышать.
Максим повернулся к ней. Глаза холодные, злые — впервые по-настоящему.
— В машину. Сейчас.
Она села. Руки тряслись так, что не получалось застегнуть ремень. Максим пристегнул его сам. Потом завёл двигатель и выехал с парковки, уже говоря по телефону короткими рублеными фразами.
До дома ехали молча. Только когда забор закрылся за ними, Максим выключил мотор и повернулся.
— Вы хоть понимаете, что только что произошло?
Алиса стояла, прижавшись спиной к чужой машине, и пыталась дышать.
Максим повернулся к ней. Глаза холодные, злые — впервые по-настоящему.
— В машину. Сейчас.
Она села. Руки тряслись так, что не получалось застегнуть ремень. Максим пристегнул его сам. Потом завёл двигатель и выехал с парковки, уже говоря по телефону короткими рублеными фразами.
До дома ехали молча. Только когда забор закрылся за ними, Максим выключил мотор и повернулся.
— Вы хоть понимаете, что только что произошло?
Он — накосячивший опер, которого в качестве наказания приставили охранять генеральскую дочку.
Она — избалованная мажорка, яростно защищающая свою независимость и личную жизнь.
Они возненавидели друг друга с первого взгляда, но им придется терпеть общество друг друга круглые сутки, скрываясь от опасности и… собственного растущего интереса.
Готовы ли они к этому? Нет. Но выбора у них тоже нет, ведь на кону не только ее жизнь, но и его свобода.
Она — избалованная мажорка, яростно защищающая свою независимость и личную жизнь.
Они возненавидели друг друга с первого взгляда, но им придется терпеть общество друг друга круглые сутки, скрываясь от опасности и… собственного растущего интереса.
Готовы ли они к этому? Нет. Но выбора у них тоже нет, ведь на кону не только ее жизнь, но и его свобода.
Он - моя первая невыносимая и безответная любовь. Мне казалось, что я пережила этот кошмар, да только жизнь та ещё … и теперь этот мужчина будет рядом со мной двадцать четыре часа в сутки две недели подряд. А почему не попробовать добиться своего?! Его!
Она - несмышлёная девчонка, головная боль и заноза в моей заднице на ближайшие полмесяца. И на этот головняк я подписался только ради спасения этой капризной Принцесски, о чём та даже не подозревает.
Она - несмышлёная девчонка, головная боль и заноза в моей заднице на ближайшие полмесяца. И на этот головняк я подписался только ради спасения этой капризной Принцесски, о чём та даже не подозревает.
— Дядя сойдатик! У меня тозе айтомат! — мой трёхлетний внук уже тащит к калитке зайца и собственное обаяние.
А я стою посреди веранды в халате цвета «мокрый асфальт», с огуречной маской на лице и пинцетом наперевес. Лучшая версия владелицы строительной империи. Юбилейная коллекция «Деревня твоей мечты, дорогая».
На моих сорока семи магазинах сошлись зубы конкурентов. Бывший муж моей дочери вспомнил, что у него вообще-то двое детей. А я, Надежда Исаева, прячусь от всего этого в бабушкином доме с двумя внуками и вызываю телохранителя.
И этот телохранитель только что распахнул калитку.
Леонид Сергеевич Суворов. Генерал в отставке. Серо-голубые глаза, которые я в последний раз видела двадцать пять лет назад на дюне под Феодосией.
Отец моей дочери, который так и не узнал, что стал папой. А теперь ещё и дедом — два раза.
Лучше бы рейдеры. Честное слово.
И тут моя шестилетняя внучка поправляет игрушечные очёчки:
— А почему вы похожи на нашу маму?
Поздравляю, Исаева. Доигралась...
А я стою посреди веранды в халате цвета «мокрый асфальт», с огуречной маской на лице и пинцетом наперевес. Лучшая версия владелицы строительной империи. Юбилейная коллекция «Деревня твоей мечты, дорогая».
На моих сорока семи магазинах сошлись зубы конкурентов. Бывший муж моей дочери вспомнил, что у него вообще-то двое детей. А я, Надежда Исаева, прячусь от всего этого в бабушкином доме с двумя внуками и вызываю телохранителя.
И этот телохранитель только что распахнул калитку.
Леонид Сергеевич Суворов. Генерал в отставке. Серо-голубые глаза, которые я в последний раз видела двадцать пять лет назад на дюне под Феодосией.
Отец моей дочери, который так и не узнал, что стал папой. А теперь ещё и дедом — два раза.
Лучше бы рейдеры. Честное слово.
И тут моя шестилетняя внучка поправляет игрушечные очёчки:
— А почему вы похожи на нашу маму?
Поздравляю, Исаева. Доигралась...
Чего я ожидала, приехав домой на летние каникулы из "Туманного Острова" — закрытого учебного заведения для магов, у которых проблемы с контролем над силой? Знакомства с женихом, которого мне нашел отец? Неприятно, но предсказуемо… Как же я ошиблась.
Вместо встречи с женихом состоялось знакомство с телохранителем, которого нанял мой папа. Он не успел меня предупредить: погиб при странных обстоятельствах. Но оставил мне послание, которое я должна расшифровать. Только вот пока у меня не выходит. Еще и этот красавчик-телохранитель… смотрит так, будто я ни на что не способная изнеженная принцесса. Но ничего, совсем скоро он узнает, что это не так.
Вместо встречи с женихом состоялось знакомство с телохранителем, которого нанял мой папа. Он не успел меня предупредить: погиб при странных обстоятельствах. Но оставил мне послание, которое я должна расшифровать. Только вот пока у меня не выходит. Еще и этот красавчик-телохранитель… смотрит так, будто я ни на что не способная изнеженная принцесса. Но ничего, совсем скоро он узнает, что это не так.
Выберите полку для книги