Книги по тегу «хэппи энд»: ""
Они гуляли по летнему саду. Вечер был тёплым, воздух наполнен ароматом цветов и свежей зелени. Елисей взял её за руку, его ладонь полностью укрыла её пальцы. Он смотрел на неё с восхищением и нежностью.
— Никогда не встречал такой красоты, Забава, — сказал он низким, бархатным голосом. — Ты словно спелый, сочный плод — такая манящая, ту, которую хочется обнять и не отпускать.
Забава улыбнулась с привычной лёгкой язвительностью, но внутри неё всё трепетало от волнения и приятного тепла:
— А ты, королевич, не боишься, что такая пышка, как я, будет слишком для тебя? Я не тонкая тростинка, как наша королева, которую можно легко носить на руках.
— Никогда не встречал такой красоты, Забава, — сказал он низким, бархатным голосом. — Ты словно спелый, сочный плод — такая манящая, ту, которую хочется обнять и не отпускать.
Забава улыбнулась с привычной лёгкой язвительностью, но внутри неё всё трепетало от волнения и приятного тепла:
— А ты, королевич, не боишься, что такая пышка, как я, будет слишком для тебя? Я не тонкая тростинка, как наша королева, которую можно легко носить на руках.
Мое сердце отказывается верить в услышанное стоя в собственной прихожей.
Хотела сделать мужу сюрприз и приехала из командировки на день раньше. Но сюрприз ждал меня.
Правильно говорят, что самое болезненное предательство от близких. Как много я еще не знаю о собственной жизни.
Хотела сделать мужу сюрприз и приехала из командировки на день раньше. Но сюрприз ждал меня.
Правильно говорят, что самое болезненное предательство от близких. Как много я еще не знаю о собственной жизни.
– Какую долю? – перебила его Альбина, и в её голосе снова появились истеричные нотки. – Мы обсуждали квартиру в центре! Не однокомнатную хрущевку на окраине, а нормальное жилье в новостройке! Я не собираюсь оставаться у разбитого корыта, пока ты будешь делить её миллионы при разводе!
– Заткнись, – рявкнул Максим, но глухо, не повышая голоса выше опасного порога. – Твоя квартира никуда от тебя не уйдет. Но сначала Лиза должна сама подписать отказ от претензий на строительную компанию. Или дойти до такого состояния, когда её показания в суде ни один судья не примет всерьез. Ты поняла меня?
– Заткнись, – рявкнул Максим, но глухо, не повышая голоса выше опасного порога. – Твоя квартира никуда от тебя не уйдет. Но сначала Лиза должна сама подписать отказ от претензий на строительную компанию. Или дойти до такого состояния, когда её показания в суде ни один судья не примет всерьез. Ты поняла меня?
Элина три года была тенью в подвалах Имперской Цитадели. Сирота без дара, переписчица с идеальным почерком, пустое место для всех, кроме пыльных фолиантов. Но когда запретный артефакт отвечает на её прикосновение волной магического экстаза, серая мышь превращается в живой ключ к древней силе.
Теперь её жизнь принадлежит лорду Кассиусу — Верховному Инквизитору, чьё имя шепчут со страхом даже призраки. Ему нужен не любовник и не слуга. Ему нужен проводник. Но пока он пытается использовать Элину как инструмент, между ними вспыхивает связь, которую невозможно разорвать и опасно игнорировать.
Каждое магическое сканирование ощущается как ласка. Каждая синхронизация — как исповедь. Каждая ночь под одной крышей — как пытка невысказанного желания. Он поклялся не привязываться. Она поклялась выжить. Но старые архивы хранят тайны, которые меняют всё… а запретная близость становится единственным языком, на котором они могут говорить правду.
Теперь её жизнь принадлежит лорду Кассиусу — Верховному Инквизитору, чьё имя шепчут со страхом даже призраки. Ему нужен не любовник и не слуга. Ему нужен проводник. Но пока он пытается использовать Элину как инструмент, между ними вспыхивает связь, которую невозможно разорвать и опасно игнорировать.
Каждое магическое сканирование ощущается как ласка. Каждая синхронизация — как исповедь. Каждая ночь под одной крышей — как пытка невысказанного желания. Он поклялся не привязываться. Она поклялась выжить. Но старые архивы хранят тайны, которые меняют всё… а запретная близость становится единственным языком, на котором они могут говорить правду.
За один вечер муж сообщает мне сразу три новости: он хочет развода, у него другая женщина, а через четырнадцать дней имя нашего отеля переедет вместе с ним.
Илья забирает старый бренд, сайт, рекламу, телефон бронирования и часть команды. Мне остаются здание у моря, сорок два номера и девять дней до начала сезона.
Он уверен, что без него я не справлюсь и скоро сама соглашусь продать отель.
Первые дни я почти готова поверить в то же самое.
Но крупнейший корпоративный клиент дает мне семьдесят два часа, чтобы доказать: после исчезновения знакомой вывески здесь остался настоящий отель. И Мирон Ветров совсем не похож на мужчину, который собирается меня спасать. Он задает неудобные вопросы, проверяет каждое обещание и может увести свой контракт в любой момент.
Мне придется заново построить бизнес, которому больше не нужно имя бывшего мужа.
А заодно решить, готова ли я к мужчине, рядом с которым не требуется доказывать, что я чего-то стою.
Илья забирает старый бренд, сайт, рекламу, телефон бронирования и часть команды. Мне остаются здание у моря, сорок два номера и девять дней до начала сезона.
Он уверен, что без него я не справлюсь и скоро сама соглашусь продать отель.
Первые дни я почти готова поверить в то же самое.
Но крупнейший корпоративный клиент дает мне семьдесят два часа, чтобы доказать: после исчезновения знакомой вывески здесь остался настоящий отель. И Мирон Ветров совсем не похож на мужчину, который собирается меня спасать. Он задает неудобные вопросы, проверяет каждое обещание и может увести свой контракт в любой момент.
Мне придется заново построить бизнес, которому больше не нужно имя бывшего мужа.
А заодно решить, готова ли я к мужчине, рядом с которым не требуется доказывать, что я чего-то стою.
Курорт. Подруги. Смелые, неожиданные и незабываемые приключения.
Дверь распахнулась, и на пыльную землю спрыгнул он.
Высокий, загорелый до цвета молочного шоколада, с взлохмаченными тёмными волосами, в которых застряли мелкие щепки. На нём были только шорты с низкой посадкой и строительные ботинки на босу ногу. В руке он держал огромный топор, блестевший на солнце.
— Конечная, девочки, — произнёс он низким, пробирающим до мурашек голосом, и я поняла, что «естественный отбор» только что начался.
Юлька тоненько икнула и спряталась за мою спину, испачкав мой белый топ. Светка, напротив, расцвела и выдвинула грудь вперёд, как бампер танка.
Добрый день, любимая читательница!
📚 Новые главы каждый день.
📚 От моей книги (18+): Смело. Интересно. Неожиданно.
Очень прошу вашей поддержки 🤗
❤️ Добавляйте историю в библиотеку 📖, ставьте звёздочку ⭐, пишите комментарии ✍️👩💻🤗 Это очень вдохновляет ❤️
Дверь распахнулась, и на пыльную землю спрыгнул он.
Высокий, загорелый до цвета молочного шоколада, с взлохмаченными тёмными волосами, в которых застряли мелкие щепки. На нём были только шорты с низкой посадкой и строительные ботинки на босу ногу. В руке он держал огромный топор, блестевший на солнце.
— Конечная, девочки, — произнёс он низким, пробирающим до мурашек голосом, и я поняла, что «естественный отбор» только что начался.
Юлька тоненько икнула и спряталась за мою спину, испачкав мой белый топ. Светка, напротив, расцвела и выдвинула грудь вперёд, как бампер танка.
Добрый день, любимая читательница!
📚 Новые главы каждый день.
📚 От моей книги (18+): Смело. Интересно. Неожиданно.
Очень прошу вашей поддержки 🤗
❤️ Добавляйте историю в библиотеку 📖, ставьте звёздочку ⭐, пишите комментарии ✍️👩💻🤗 Это очень вдохновляет ❤️
Егор разжал пальцы не сразу. Его ладонь медленно соскользнула с тяжелой ткани пальто, оставив на сукне темный влажный след от талого снега. В глазах Бестужева мелькнуло нечто похожее на дикое, злое изумление – так смотрит человек, перед которым вдруг закрылась дверь, всегда открывавшаяся по первому щелчку.
– Ты пожалеешь, Поля, – тихо, со свистом выдохнул он через сжатые зубы. – Ты пожалеешь о каждой секунде этой ерунды, которую сейчас устраиваешь.
– Ты пожалеешь, Поля, – тихо, со свистом выдохнул он через сжатые зубы. – Ты пожалеешь о каждой секунде этой ерунды, которую сейчас устраиваешь.
- Ты рано, - сказал муж, застегивая рубашку. В нашей ванной была не я.
Шесть лет я была удобной женой и незаметным автором: муж ставил на моих проектах свое имя, а мое набирал мелким шрифтом. После той ночи мне нужен был развод. Кирилл предложил считать иначе: студия держится на том, что мы женаты, а чертить, по его словам, умеют многие.
Наутро мне закрыли доступ к работе, мои решения ушли в чужую папку под чужой фамилией. Под опасной для жизни подменой на объекте стояла моя подпись. У меня остались чужой диван, срок до открытия и тетрадь, куда я записывала каждое свое решение с первого дня.
Рядом оказался человек, который увидел во мне не приложение к чужой фамилии. С ним впервые не нужно заслуживать право быть услышанной. А потом один его поступок вернул прежний страх: важный выбор снова сделали без меня.
Кольцо я сняла за один вечер. Имя не отдам: ни за квартиру, ни за тишину.
Шесть лет я была удобной женой и незаметным автором: муж ставил на моих проектах свое имя, а мое набирал мелким шрифтом. После той ночи мне нужен был развод. Кирилл предложил считать иначе: студия держится на том, что мы женаты, а чертить, по его словам, умеют многие.
Наутро мне закрыли доступ к работе, мои решения ушли в чужую папку под чужой фамилией. Под опасной для жизни подменой на объекте стояла моя подпись. У меня остались чужой диван, срок до открытия и тетрадь, куда я записывала каждое свое решение с первого дня.
Рядом оказался человек, который увидел во мне не приложение к чужой фамилии. С ним впервые не нужно заслуживать право быть услышанной. А потом один его поступок вернул прежний страх: важный выбор снова сделали без меня.
Кольцо я сняла за один вечер. Имя не отдам: ни за квартиру, ни за тишину.
Пятнадцать лет я строила дома, карьеру мужа и наш идеальный брак.
За один вечер Лев сообщает, что любит другую. А следом я узнаю, что из главного проекта нашего бюро исчезло мое имя.
Муж уверен: я соглашусь на тихий развод, сохраню должность и продолжу создавать проекты под его фамилией.
Он ошибся.
Я ухожу.
И принимаю предложение Демьяна Сереброва — главного конкурента Льва и человека, которого мой муж ненавидит уже пять лет.
Демьян предлагает то, чего я не получила за пятнадцать лет брака: большой проект, где автором буду только я.
Но очень скоро выясняется, что у врага моего мужа есть собственная причина протянуть мне руку.
И теперь мне придется понять, можно ли доверять мужчине, который с самого начала признался, что хочет мной воспользоваться.
Потому что второй раз позволить кому-то решить, кем мне быть, я уже не могу.
За один вечер Лев сообщает, что любит другую. А следом я узнаю, что из главного проекта нашего бюро исчезло мое имя.
Муж уверен: я соглашусь на тихий развод, сохраню должность и продолжу создавать проекты под его фамилией.
Он ошибся.
Я ухожу.
И принимаю предложение Демьяна Сереброва — главного конкурента Льва и человека, которого мой муж ненавидит уже пять лет.
Демьян предлагает то, чего я не получила за пятнадцать лет брака: большой проект, где автором буду только я.
Но очень скоро выясняется, что у врага моего мужа есть собственная причина протянуть мне руку.
И теперь мне придется понять, можно ли доверять мужчине, который с самого начала признался, что хочет мной воспользоваться.
Потому что второй раз позволить кому-то решить, кем мне быть, я уже не могу.
Древний Вуллсхед.
Что за тайны прячутся в его темных коридорах? Какие загадки скрывают старые стены? О чем умалчивают связанные с замком семейные легенды?
Жизнь в английском имении течет размеренно и неспешно, но графиня Уэнсфилд, молодая супруга владельца Вуллсхеда, не торопится доверять этому обманчивому спокойствию. Слишком уж часто она чувствует на себе чей-то пристальный взгляд. И слишком уж много вопросов вызывает ее собственный брак.
А если принять во внимание удивительно реалистичные портреты, загадочных незнакомцев и странные зеркала, то вопросов только прибавится.
Викторианская Англия, неравный брак, магия и фэнтези.
Что за тайны прячутся в его темных коридорах? Какие загадки скрывают старые стены? О чем умалчивают связанные с замком семейные легенды?
Жизнь в английском имении течет размеренно и неспешно, но графиня Уэнсфилд, молодая супруга владельца Вуллсхеда, не торопится доверять этому обманчивому спокойствию. Слишком уж часто она чувствует на себе чей-то пристальный взгляд. И слишком уж много вопросов вызывает ее собственный брак.
А если принять во внимание удивительно реалистичные портреты, загадочных незнакомцев и странные зеркала, то вопросов только прибавится.
Викторианская Англия, неравный брак, магия и фэнтези.
Выберите полку для книги