Книги по тегу «хэппи-энд»: ""
“Влад, поздравляю тебя. Ты скоро станешь отцом. Надеюсь, в этот раз ты не сбежишь :)”
Это сообщение вспыхивает на экране ноутбука моего мужа прямо в небе, посреди нашего с ним полёта на Алтай.
Я жду хоть каких-то объяснений, но Влад холодно закрывает ноутбук и произносит:
— Не лезь туда, куда тебе не надо.
А когда я требую ответов, только насмехается:
— Хочешь уйти? Прыгай.
Влад уверен, что его жена, та Стелла, с которой он три года в браке, испугается.
Но через несколько минут я шагаю в ледяное алтайское небо.
Это сообщение вспыхивает на экране ноутбука моего мужа прямо в небе, посреди нашего с ним полёта на Алтай.
Я жду хоть каких-то объяснений, но Влад холодно закрывает ноутбук и произносит:
— Не лезь туда, куда тебе не надо.
А когда я требую ответов, только насмехается:
— Хочешь уйти? Прыгай.
Влад уверен, что его жена, та Стелла, с которой он три года в браке, испугается.
Но через несколько минут я шагаю в ледяное алтайское небо.
Я держу конверт… внутри два листка бумаги: «Турция, Анталья, отель 5*, 14 ночей»… мой подарок на нашу пятую годовщину свадьбы.
Я переступаю порог нашей квартиры и сразу замечаю: в прихожей чужие туфли.
Из спальни доносится смех. Женский.
Я иду по коридору. Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её рукой. Она открывается совершенно бесшумно, будто специально.
Первое, что я вижу – наше бельё на кровати. На нём – Олег. А рядом с ним – девушка. Они оба смотрят на меня.
– Олег, – говорю я.
– У тебя пятнадцать минут, – произносит он ровно. – Собери вещи и убирайся из моей квартиры.
Я не понимаю этих слов.
– Почему? – спрашиваю я.
Олег смотрит на меня. И в его взгляде брезгливость.
– Посмотри на себя в зеркало, – говорит он. – Корова. Ужас, как ты выглядишь. Я больше не могу на тебя смотреть.
Девушка на кровати поджимает губы – не то улыбается, не то сочувствует.
– Олежик, ну не будь таким грубым, – говорит она. И делает паузу. – Хотя... она действительно запустила себя.
Я переступаю порог нашей квартиры и сразу замечаю: в прихожей чужие туфли.
Из спальни доносится смех. Женский.
Я иду по коридору. Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её рукой. Она открывается совершенно бесшумно, будто специально.
Первое, что я вижу – наше бельё на кровати. На нём – Олег. А рядом с ним – девушка. Они оба смотрят на меня.
– Олег, – говорю я.
– У тебя пятнадцать минут, – произносит он ровно. – Собери вещи и убирайся из моей квартиры.
Я не понимаю этих слов.
– Почему? – спрашиваю я.
Олег смотрит на меня. И в его взгляде брезгливость.
– Посмотри на себя в зеркало, – говорит он. – Корова. Ужас, как ты выглядишь. Я больше не могу на тебя смотреть.
Девушка на кровати поджимает губы – не то улыбается, не то сочувствует.
– Олежик, ну не будь таким грубым, – говорит она. И делает паузу. – Хотя... она действительно запустила себя.
Телефон вибрирует. Экран загорается. Я вижу уведомление:
Катя: «Скучаю. Когда скажешь ей? Ребёнок должен знать отца.»
Мир останавливается.
– Солнышко, я дома!
Он входит на кухню. Я поднимаю голову. Смотрю на него.
Я не встаю. Просто смотрю. Он замечает моё лицо, останавливается.
– Алин, что случилось? Ты плакала?
Я молча протягиваю ему телефон. Экран всё ещё светится, на нём фото УЗИ.
Катя: «Скучаю. Когда скажешь ей? Ребёнок должен знать отца.»
Мир останавливается.
– Солнышко, я дома!
Он входит на кухню. Я поднимаю голову. Смотрю на него.
Я не встаю. Просто смотрю. Он замечает моё лицо, останавливается.
– Алин, что случилось? Ты плакала?
Я молча протягиваю ему телефон. Экран всё ещё светится, на нём фото УЗИ.
Свекровь толкает меня на землю, выхватывая на лету истошно кричащего грудного малыша.
— Что Вы делаете?! Ваш сын вернется со службы, как Вы в глаза ему смотреть будете?!
— Язык прикуси! — шипит Раиса. — Тимур больше ничего с тобой иметь не желает! У него новая женщина! А ублюдок этот не мой внук. Ты нагуляла! Он прошение о разводе уже подал!
— Не верю! Сына отдайте!
Мой Сашенька аж синеет от криков на руках ведьмы. У меня грудь ноет, молоко течет!
— Сына?! А кто у нас сын у собаки?! Правильно, щенок! Аглая! Принеси ей ее выродка!
Сноха сует мне черного щенка кавказской овчарки.
— Корми его своим молоком! Вместо твоего ублюдка. Иначе выкину твоего бастарда в канаву!
Я думала, уроды понесут наказание. Но я действительно не нужна больше мужу.
«Я не люблю Веру, мама. Я встретил женщину своей мечты, еще когда жена срок дохаживала. Мне нужен развод!» — написал он свекрови, а она с торжеством показала мне переписку.
Они разбили мне сердце, но оказалось, что может быть больнее...
— Что Вы делаете?! Ваш сын вернется со службы, как Вы в глаза ему смотреть будете?!
— Язык прикуси! — шипит Раиса. — Тимур больше ничего с тобой иметь не желает! У него новая женщина! А ублюдок этот не мой внук. Ты нагуляла! Он прошение о разводе уже подал!
— Не верю! Сына отдайте!
Мой Сашенька аж синеет от криков на руках ведьмы. У меня грудь ноет, молоко течет!
— Сына?! А кто у нас сын у собаки?! Правильно, щенок! Аглая! Принеси ей ее выродка!
Сноха сует мне черного щенка кавказской овчарки.
— Корми его своим молоком! Вместо твоего ублюдка. Иначе выкину твоего бастарда в канаву!
Я думала, уроды понесут наказание. Но я действительно не нужна больше мужу.
«Я не люблю Веру, мама. Я встретил женщину своей мечты, еще когда жена срок дохаживала. Мне нужен развод!» — написал он свекрови, а она с торжеством показала мне переписку.
Они разбили мне сердце, но оказалось, что может быть больнее...
И тут я вспоминаю, кто такая Зоя. Моя подруга тоже здесь. Почему они оба рядом и что собираются отключать?
— Что ты делаешь?! Зоя! Отойди немедленно! — слышу, как что-то с грохотом падает и шуршание аппарата прекращается, наступает нереальная тишина, которая мне лично кажется вечностью. Становится так тихо, что я слышу дыхание Аркадия рядом с моим лицом.
Но тут же начинают надрываться приборы, противно пищат, завывают сиренами.
— Все, вернула на место, — удовлетворенно говорит женщина. — Подумаешь, на секунду из розетки прибор выключила…
Так вот почему я не чувствую, что дышу. На грудь словно каменная плита свалилась, не шелохнуться.
— Она что, не дышит? — испуганный голос мужа. — Слава-Слава! Зови врача срочно! Ты ее убила, Зоя!
— Что ты делаешь?! Зоя! Отойди немедленно! — слышу, как что-то с грохотом падает и шуршание аппарата прекращается, наступает нереальная тишина, которая мне лично кажется вечностью. Становится так тихо, что я слышу дыхание Аркадия рядом с моим лицом.
Но тут же начинают надрываться приборы, противно пищат, завывают сиренами.
— Все, вернула на место, — удовлетворенно говорит женщина. — Подумаешь, на секунду из розетки прибор выключила…
Так вот почему я не чувствую, что дышу. На грудь словно каменная плита свалилась, не шелохнуться.
— Она что, не дышит? — испуганный голос мужа. — Слава-Слава! Зови врача срочно! Ты ее убила, Зоя!
В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА!
— Ты спишь с моим мужем! Ты! — тычу пальцем в моего «любящего» мужа. — Моя лучшая подруга!
— Тань, не надо делать из мухи слона, — нагло отвечает она. — Ты просто не даешь то, что ему нужно.
— А ты, значит, даешь? А что твой муж думает о твоих изменах, подружка? — не выдерживаю я.
— Таня, успокойся. Ничего страшного не произошло, — отрезает муж.
— Ничего страшного? Сегодня день рождения нашей дочери. Она ждет папу внизу на празднике, а ты здесь! С моей лучшей подругой!
— Ни слова больше, Таня! Иди к гостям, если не хочешь остаться на улице. Мы сейчас придем, — грубо произносит он.
Вдруг дверь в комнату открывается, и на пороге появляется дочка.
— Папа? Теть Лена?
— Ты спишь с моим мужем! Ты! — тычу пальцем в моего «любящего» мужа. — Моя лучшая подруга!
— Тань, не надо делать из мухи слона, — нагло отвечает она. — Ты просто не даешь то, что ему нужно.
— А ты, значит, даешь? А что твой муж думает о твоих изменах, подружка? — не выдерживаю я.
— Таня, успокойся. Ничего страшного не произошло, — отрезает муж.
— Ничего страшного? Сегодня день рождения нашей дочери. Она ждет папу внизу на празднике, а ты здесь! С моей лучшей подругой!
— Ни слова больше, Таня! Иди к гостям, если не хочешь остаться на улице. Мы сейчас придем, — грубо произносит он.
Вдруг дверь в комнату открывается, и на пороге появляется дочка.
— Папа? Теть Лена?
Сегодня у нас годовщина знакомства. Каждый год мы отмечали этот день. В этом году Денис уехал на стратегическую сессию. Я тоже забыла о дате до самого вечера.
Я беру планшет, чтобы проверить завтрашнее расписание. Экран оживает, появляется таблица с фамилиями, потом поверх нее всплывает уведомление.
На фотографии Денис стоит перед зеркалом в белом гостиничном халате. Его волосы влажные, на губах улыбка.
Женщина снимает из-за его плеча. В кадр попадает половина ее лица, обнаженная ключица и рука на груди Дениса.
На запястье у нее его часы.
Я читаю переписку.
«Жаль, что утром придется возвращаться». Ее ответ: «Когда-нибудь тебе не придется».
– Инга? – Денис видит меня, потом планшет.
На его лице одно за другим появляются удивление, испуг и усталость. Последняя ранит сильнее всего. Будто правда это неприятная работа, которую он надеялся отложить.
– Сколько времени ты спишь с ней?
– Почти семь месяцев, – произносит Денис. – Но это началось не на пустом месте...
Я беру планшет, чтобы проверить завтрашнее расписание. Экран оживает, появляется таблица с фамилиями, потом поверх нее всплывает уведомление.
На фотографии Денис стоит перед зеркалом в белом гостиничном халате. Его волосы влажные, на губах улыбка.
Женщина снимает из-за его плеча. В кадр попадает половина ее лица, обнаженная ключица и рука на груди Дениса.
На запястье у нее его часы.
Я читаю переписку.
«Жаль, что утром придется возвращаться». Ее ответ: «Когда-нибудь тебе не придется».
– Инга? – Денис видит меня, потом планшет.
На его лице одно за другим появляются удивление, испуг и усталость. Последняя ранит сильнее всего. Будто правда это неприятная работа, которую он надеялся отложить.
– Сколько времени ты спишь с ней?
– Почти семь месяцев, – произносит Денис. – Но это началось не на пустом месте...
Мы прожили вместе двадцать счастливых лет. Так я считала.
Пока однажды муж не признался, что когда-то давно у него с моей лучшей подругой “было”.
— Да это ерунда, — отмахивается тут же. — Что ты так остро реагируешь. Столько лет прошло. Ольга давно замужем.
— Ольга развелась год назад, — напоминаю я.
— И что это меняет? — заламывает бровь муж. — Хотя, раз у нас пошел такой откровенный разговор, — окидывает меня оценивающим взглядом, — за эти годы Ольга сильно похорошела. Была простушкой, а сейчас такая фигуристая, сочная, вся на стиле, на спорте. Мужики на неё головы сворачивают. А вот ты у меня что‑то, наоборот, превратилась в домашнюю курочку, расслабилась, пресная стала, скучная.
У меня отпадает челюсть.
— То есть ты хочешь сказать, что Ольга намного лучше меня? А дальше? Ну, давай, продолжай свою мысль. Быть может, ты уже жалеешь, что тогда выбрал меня, а не её?
— Тебе честно ответить? — вдруг усмехается Гордей.
— Конечно, честно!
— Может, и жалею, — убил меня муж.
Пока однажды муж не признался, что когда-то давно у него с моей лучшей подругой “было”.
— Да это ерунда, — отмахивается тут же. — Что ты так остро реагируешь. Столько лет прошло. Ольга давно замужем.
— Ольга развелась год назад, — напоминаю я.
— И что это меняет? — заламывает бровь муж. — Хотя, раз у нас пошел такой откровенный разговор, — окидывает меня оценивающим взглядом, — за эти годы Ольга сильно похорошела. Была простушкой, а сейчас такая фигуристая, сочная, вся на стиле, на спорте. Мужики на неё головы сворачивают. А вот ты у меня что‑то, наоборот, превратилась в домашнюю курочку, расслабилась, пресная стала, скучная.
У меня отпадает челюсть.
— То есть ты хочешь сказать, что Ольга намного лучше меня? А дальше? Ну, давай, продолжай свою мысль. Быть может, ты уже жалеешь, что тогда выбрал меня, а не её?
— Тебе честно ответить? — вдруг усмехается Гордей.
— Конечно, честно!
— Может, и жалею, — убил меня муж.
Кристина стоит у зеркала в окровавленном свадебном платье. Это не та свадьба, о которой она мечтала. Она только что ударила Сергея хрустальной вазой и выбежала. У Кристины с собой только дрожащие руки и дикий страх. Она понимает, что бежать некуда, кроме как к тому, кого она когда-то бросила...
– Малыши, как дела? – вдруг сменив тон, беспечно интересуется он.
Сынишка смущается, а дочка кокетливо щурится и выдает беззастенчиво:
– Холосо! Но мы узе не малыши!
– Не малыши? – поймав нужную нить, Макар ее уже ни за что не отпустит. – А сколько вам лет?
Отчаянно сигнализирую детям, но в мою строну они даже не смотрят.
– Пять! – старательно топорщит пальчики сын, сдавая меня с потрохами. – Сколо шесть!
Мужчина, шесть лет назад обманувший меня, медленно поворачивается. И пригвождает к стене гневным взглядом.
Я не догадывалась, что Макар Демидов женат, когда полюбила его.
А узнав правду, сбежала так далеко, как только могла. И унесла с собой тайну под сердцем…
Но через шесть лет мы встретились вновь.
Сынишка смущается, а дочка кокетливо щурится и выдает беззастенчиво:
– Холосо! Но мы узе не малыши!
– Не малыши? – поймав нужную нить, Макар ее уже ни за что не отпустит. – А сколько вам лет?
Отчаянно сигнализирую детям, но в мою строну они даже не смотрят.
– Пять! – старательно топорщит пальчики сын, сдавая меня с потрохами. – Сколо шесть!
Мужчина, шесть лет назад обманувший меня, медленно поворачивается. И пригвождает к стене гневным взглядом.
Я не догадывалась, что Макар Демидов женат, когда полюбила его.
А узнав правду, сбежала так далеко, как только могла. И унесла с собой тайну под сердцем…
Но через шесть лет мы встретились вновь.
Выберите полку для книги