Книги по тегу «хэппи-энд»: ""
— Добрый вечер, Варвара Игоревна! Как здоровье?
Я сказала это, стоя у крыльца дома, где мой муж прижимался ухом к животу беременной девушки.
«Больная» свекровь выглядела прекрасно. Даже счастливо. Еще бы: ее мечта почти сбылась. У Ярослава будет сын.
Только не от меня.
Пятнадцать лет брака, дочь, доверие, попытки родить второго ребенка, боль от потери — всё это оказалось неважным.
Важно было другое: наследник.
И если бы я не приехала в тот вечер, мне бы, наверное, еще долго врали.
Я должна была молча принять? Остаться женой для приличия? Мамой для чужого ребенка в документах?
А я выбрала развод.
Но измена — лишь верхушка айсберга.
Оказалось, что вся моя семья была построена на лжи.
Я сказала это, стоя у крыльца дома, где мой муж прижимался ухом к животу беременной девушки.
«Больная» свекровь выглядела прекрасно. Даже счастливо. Еще бы: ее мечта почти сбылась. У Ярослава будет сын.
Только не от меня.
Пятнадцать лет брака, дочь, доверие, попытки родить второго ребенка, боль от потери — всё это оказалось неважным.
Важно было другое: наследник.
И если бы я не приехала в тот вечер, мне бы, наверное, еще долго врали.
Я должна была молча принять? Остаться женой для приличия? Мамой для чужого ребенка в документах?
А я выбрала развод.
Но измена — лишь верхушка айсберга.
Оказалось, что вся моя семья была построена на лжи.
Мой муж целует другую женщину в нашей постели.
Я стою в дверях собственной спальни и не чувствую ни боли, ни ярости. Только холод.
— Кира… — Вадим произносит моё имя так, будто пробует незнакомое слово. Будто вспоминает, что оно значит.
Девчонка поворачивается. Она оценивает меня быстро, цепко, снизу вверх. Она не вскакивает. Не прячется.
Она улыбается.
— А вы, наверное, жена, — говорит она. И в её голосе ни капли страха.
Я улыбаюсь в ответ. Медленно, спокойно, одними уголками губ. Той самой улыбкой, от которой мужчины теряют бдительность, а женщины сон.
***
Я могла уйти. Хлопнуть дверью, поплакать в подушку и начать новую жизнь. Но мне нужно, чтобы они потеряли свою. И я сыграю свой королевский гамбит.
Я стою в дверях собственной спальни и не чувствую ни боли, ни ярости. Только холод.
— Кира… — Вадим произносит моё имя так, будто пробует незнакомое слово. Будто вспоминает, что оно значит.
Девчонка поворачивается. Она оценивает меня быстро, цепко, снизу вверх. Она не вскакивает. Не прячется.
Она улыбается.
— А вы, наверное, жена, — говорит она. И в её голосе ни капли страха.
Я улыбаюсь в ответ. Медленно, спокойно, одними уголками губ. Той самой улыбкой, от которой мужчины теряют бдительность, а женщины сон.
***
Я могла уйти. Хлопнуть дверью, поплакать в подушку и начать новую жизнь. Но мне нужно, чтобы они потеряли свою. И я сыграю свой королевский гамбит.
— Попалась!
Огромный мужчина с грацией хищника надвигается на меня, загоняя в угол. Его губы кривятся в опасном оскале, а в глазах появляется блеск, не предвещающий ничего хорошего.
— Кристина, я сегодня щедрый, поэтому у вас есть выбор, куда пойти дальше: в тюрьму или в мою постель?
***
Я случайно стала женой не того мужчины. Сбежала сразу после церемонии в ЗАГСе. Бесследно растворилась в большом городе. Только радость от побега была короткой: моим новым боссом оказался мой муж, и он отказывается разводиться со мной!
Огромный мужчина с грацией хищника надвигается на меня, загоняя в угол. Его губы кривятся в опасном оскале, а в глазах появляется блеск, не предвещающий ничего хорошего.
— Кристина, я сегодня щедрый, поэтому у вас есть выбор, куда пойти дальше: в тюрьму или в мою постель?
***
Я случайно стала женой не того мужчины. Сбежала сразу после церемонии в ЗАГСе. Бесследно растворилась в большом городе. Только радость от побега была короткой: моим новым боссом оказался мой муж, и он отказывается разводиться со мной!
- Пиши так: «Половину жене, я зажал. Мне и моей беременной женщине нужнее». Чего застыл? Мне повторить? Распишись и поставь дату. А я сразу же подпишу твои бумажки. И всё. Считай, в расчёте!
- Нина! Я не хотел, чтоб так!
- А как ты хотел? Чтоб я послушала, что ты кого-то там обрюхатил, что тебе, нажитое за четверть века, нужнее, а потом сказала «спасибо» и благословила на ход ноги?
- Опять цирк начинается?
- Шапито. Это гастролирующий цирк, если не знал. И он сейчас переезжает. Всё, Руслан, заканчиваем! Смирись, что ты – непорядочен! Смирись, что ты не дотянул даже свою неестественно «благородную» маску, как ты сам её себе видел! Смирись, что ты всё изговнил, и сделал так, чтобы я ни разу ни о чём не пожалела! Пожалуй, за это скажу «спасибо».
- Нина! Я не хотел, чтоб так!
- А как ты хотел? Чтоб я послушала, что ты кого-то там обрюхатил, что тебе, нажитое за четверть века, нужнее, а потом сказала «спасибо» и благословила на ход ноги?
- Опять цирк начинается?
- Шапито. Это гастролирующий цирк, если не знал. И он сейчас переезжает. Всё, Руслан, заканчиваем! Смирись, что ты – непорядочен! Смирись, что ты не дотянул даже свою неестественно «благородную» маску, как ты сам её себе видел! Смирись, что ты всё изговнил, и сделал так, чтобы я ни разу ни о чём не пожалела! Пожалуй, за это скажу «спасибо».
Теперь стояла и тряслась с мыслями «Это Мурад!» и что теперь со мной будет, если даже эти чушпаны испугались его. Этих троих ветром сдуло.
Парень ухмыльнулся.
- Тупыми башками они тебе угрожали, не иначе. Сама цела? Чемодан твой без колёс уже, кажется.
Я прямо на дороге упала на капот его машины на свои руки. Сил после бега не было от слова совсем.
- Сбей меня, пожалуйста, я еле стою на ногах.
- Давай прыгай в машину, если не испугаешься меня, как те трое!
- Если ты не хозяин борделя, то в принципе не испугаюсь.
Он взял мой чемодан и положил его в багажник. Его черный джип стоял на аварийке посреди пустого проспекта, по которому ехали редкие машины. Пара из них остановились спросить, всё ли в порядке и не нужно ли скорую. Кто-то даже спросил, добровольно ли я сажусь в машину.
- Добровольно! Пусть он теперь боится! - крикнула я в ответ.
Парень ухмыльнулся.
- Тупыми башками они тебе угрожали, не иначе. Сама цела? Чемодан твой без колёс уже, кажется.
Я прямо на дороге упала на капот его машины на свои руки. Сил после бега не было от слова совсем.
- Сбей меня, пожалуйста, я еле стою на ногах.
- Давай прыгай в машину, если не испугаешься меня, как те трое!
- Если ты не хозяин борделя, то в принципе не испугаюсь.
Он взял мой чемодан и положил его в багажник. Его черный джип стоял на аварийке посреди пустого проспекта, по которому ехали редкие машины. Пара из них остановились спросить, всё ли в порядке и не нужно ли скорую. Кто-то даже спросил, добровольно ли я сажусь в машину.
- Добровольно! Пусть он теперь боится! - крикнула я в ответ.
— Да мой Пирожочек вам такую проверку устроит, что вы работы лишитесь! — истошно вопила дамочка, собравшая вокруг себя аудиторию из сотрудников и пациентов. — Вы еще пожалеете!
— Это вряд ли, — не согласилась я с ней.
Но и правда пожалела. Потому что влиятельным Пирожочком, которым она меня пугала, оказался мой собственный муж.
В итоге я лишилась работы, квартиры и брака. Зато получила предложение, от которого невозможно отказаться, и поселилась в загородном доме, чтобы заняться реабилитацией генерала после тяжелого ранения.
Только я не знала, что хозяйка дома — любовница моего мужа. А сам генерал еще не знал, что его жена давно живет двойной жизнью.
И на этом настоящие неприятности только начались…
— Это вряд ли, — не согласилась я с ней.
Но и правда пожалела. Потому что влиятельным Пирожочком, которым она меня пугала, оказался мой собственный муж.
В итоге я лишилась работы, квартиры и брака. Зато получила предложение, от которого невозможно отказаться, и поселилась в загородном доме, чтобы заняться реабилитацией генерала после тяжелого ранения.
Только я не знала, что хозяйка дома — любовница моего мужа. А сам генерал еще не знал, что его жена давно живет двойной жизнью.
И на этом настоящие неприятности только начались…
БЕСПЛАТНАЯ КНИГА! В ПРОЦЕССЕ!
- Это ты виновата, что она меня бросила! - кричит муж в бешенстве, глаза налиты яростью, - Не могла лучше следить за вещами сына?!
- Я… я не понимаю, о ком ты? - шепчу, чувствуя, как застывает кровь.
- Ты что, дура?! - он заносит руку, и я вжимаюсь в стену, - Жена ушла от меня из-за тебя!
- Но… ты же говорил, что ее больше нет…
Мир рушится в одно мгновение.
Все эти годы я жила во лжи, свято веря, что у нас семья.
А оказалось, мы с сыном были лишь запасным вариантом, тенью настоящей жизни моего мужа...
- Это ты виновата, что она меня бросила! - кричит муж в бешенстве, глаза налиты яростью, - Не могла лучше следить за вещами сына?!
- Я… я не понимаю, о ком ты? - шепчу, чувствуя, как застывает кровь.
- Ты что, дура?! - он заносит руку, и я вжимаюсь в стену, - Жена ушла от меня из-за тебя!
- Но… ты же говорил, что ее больше нет…
Мир рушится в одно мгновение.
Все эти годы я жила во лжи, свято веря, что у нас семья.
А оказалось, мы с сыном были лишь запасным вариантом, тенью настоящей жизни моего мужа...
– Камила, – недобро прищуривается муж сестры. Надвигается на меня злобной тенью. – Немедленно посмотри мне в глаза! – приказывает.
– Не могу, – прячу взгляд. – Вы же знаете… не положено.
– «Вы»? – раздражается мужчина. – Ты мне выкаешь после всего? – хватает меня за руку, больно встряхивает.
– Вы ошибаетесь, Дамир Алибекович, – лепечу, теряя голос от сковывающего нутро страха.
– Да? Уверена, Ками? – его лицо слишком близко. Непозволительно. Недопустимо.
Как тогда, в ту ночь…
– Асхадов никогда не ошибается! – рычит на меня диким разъяренным зверем. – Немедленно говори мне, Камила, почему твой сын так похож на меня? Как такое возможно?
Молчу. Стиснув зубы и зажмурившись, молчу.
Потому что это не моя тайна…
Чтобы спасти сестру от позора, я легла вместо нее на брачное ложе, выполняя приказ тетки.
И сбежала… Далеко. С ребенком под сердцем.
Он никогда не должен был узнать о сыне.
Но у судьбы оказались другие планы…
– Не могу, – прячу взгляд. – Вы же знаете… не положено.
– «Вы»? – раздражается мужчина. – Ты мне выкаешь после всего? – хватает меня за руку, больно встряхивает.
– Вы ошибаетесь, Дамир Алибекович, – лепечу, теряя голос от сковывающего нутро страха.
– Да? Уверена, Ками? – его лицо слишком близко. Непозволительно. Недопустимо.
Как тогда, в ту ночь…
– Асхадов никогда не ошибается! – рычит на меня диким разъяренным зверем. – Немедленно говори мне, Камила, почему твой сын так похож на меня? Как такое возможно?
Молчу. Стиснув зубы и зажмурившись, молчу.
Потому что это не моя тайна…
Чтобы спасти сестру от позора, я легла вместо нее на брачное ложе, выполняя приказ тетки.
И сбежала… Далеко. С ребенком под сердцем.
Он никогда не должен был узнать о сыне.
Но у судьбы оказались другие планы…
— Верусик, привет! — сестра-близняшка влетает в мой кабинет, загорелая и сияющая, с огромным чемоданом на колёсиках, который грохочет по паркету. — Я прям с аэропорта сюда! Такой платок тебе привезла, ты умрёшь! Шёлк, ручная роспись, я как увидела — сразу поняла, что это твоё...
Надя откидывает крышку чемодана, а я не могу сделать ни одного вдоха, как будто меня ударили под дых.
В чемодане нет платка. Там мужская одежда: поло, джинсы, бритвенный станок в косметичке бежевого цвета, который я узнаю с первого взгляда, потому что сама покупала ее мужу на прошлый день рождения…
Надя откидывает крышку чемодана, а я не могу сделать ни одного вдоха, как будто меня ударили под дых.
В чемодане нет платка. Там мужская одежда: поло, джинсы, бритвенный станок в косметичке бежевого цвета, который я узнаю с первого взгляда, потому что сама покупала ее мужу на прошлый день рождения…
— Чего вы хотите? — глухо спросила она, наконец отпустив конверт и сложив руки на груди в защитном жесте. — Поиздеваться? Показать свою власть? Да, вы богаты, у вас связи. Но у меня нет времени на ваши игры. У меня дети дома.
— Я хочу предложить вам сделку, Марина, — я сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами до минимума. Я видел, как бьется жилка на её стройной шее. — Вы ведь слышали мой разговор с сестрой. Мне нужен щит. Мне нужна невеста, которая приведет мою мать в ужас и заставит её отказаться от идеи женить меня на кавказских девственницах. Вы подходите по всем параметрам. Взрослая, русская, в разводе, с двумя детьми. Для моей матери это абсолютное комбо.
Марина разразилась коротким, истерическим смешком.
— Вы сумасшедший. Вы предлагаете мне сыграть роль вашей фальшивой невесты? Перед вашей грозной кавказской родней? Вы понимаете, что они со мной сделают?
— Ничего они с вами не сделают, пока вы со мной, — твердо ответил я. — А теперь послушайте мои условия...
— Я хочу предложить вам сделку, Марина, — я сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами до минимума. Я видел, как бьется жилка на её стройной шее. — Вы ведь слышали мой разговор с сестрой. Мне нужен щит. Мне нужна невеста, которая приведет мою мать в ужас и заставит её отказаться от идеи женить меня на кавказских девственницах. Вы подходите по всем параметрам. Взрослая, русская, в разводе, с двумя детьми. Для моей матери это абсолютное комбо.
Марина разразилась коротким, истерическим смешком.
— Вы сумасшедший. Вы предлагаете мне сыграть роль вашей фальшивой невесты? Перед вашей грозной кавказской родней? Вы понимаете, что они со мной сделают?
— Ничего они с вами не сделают, пока вы со мной, — твердо ответил я. — А теперь послушайте мои условия...
Выберите полку для книги