Книги по тегу «эмоции на грани»: ""
Сегодня Новый год! И ко мне должен прийти мой сводный брат, Кай, чтобы...
Но его всё нет и нет... Неужели он разлюбил меня?!
Друг сказал, что его похитила на корпоративе президент компании — Элеонора Алая. Расчётливая холодная стерва, которую все называют Снежной Королевой...
Но я не отдам своего любимого никому! Я буду бороться за него до конца! Я выбегаю в ночь и стужу, чтобы поехать в ледяной замок, но тут на моём пути встают три брата — криминальные авторитеты Медведевы...
Но его всё нет и нет... Неужели он разлюбил меня?!
Друг сказал, что его похитила на корпоративе президент компании — Элеонора Алая. Расчётливая холодная стерва, которую все называют Снежной Королевой...
Но я не отдам своего любимого никому! Я буду бороться за него до конца! Я выбегаю в ночь и стужу, чтобы поехать в ледяной замок, но тут на моём пути встают три брата — криминальные авторитеты Медведевы...
Я уходила как королева, чтоб муж пожалел, чтоб он запомнил мой уход! План удался, неверный в шоке, я с гордо поднятой головой уехала в ночь с красивым мужчиной! И после этого в моей жизни начался полный кавардак...
Он ведет меня в кабинет, не отпуская. Запирает дверь на ключ.
На диване – том самом, где я принимаю клиентов – все происходит стремительно, нервно. Руки, которые не могут решить, где держаться – то грубо срывают пуговицы, то замирают в трепете. Шепот, прерываемый поцелуями:
– Ты так прекрасна… Я столько лет…
– Молчи, просто молчи…
На диване – том самом, где я принимаю клиентов – все происходит стремительно, нервно. Руки, которые не могут решить, где держаться – то грубо срывают пуговицы, то замирают в трепете. Шепот, прерываемый поцелуями:
– Ты так прекрасна… Я столько лет…
– Молчи, просто молчи…
— Ты спал с моей сестрой?
— Я… ничего не помню.
— А она — помнит всё.
Я готовилась к свадьбе. Верила мужчине. Доверяла семье.
Пока не застала жениха в постели с собственной сестрой.
Алёна сказала, что между ними было всё.
Его мать — что я должна «понять и уступить».
А он выбрал тишину. Самое удобное предательство.
Когда сестра объявила о беременности, меня окончательно сделали виноватой:
«Ты сильная — ты справишься».
Но я больше не собираюсь быть удобной.
Это история не о том, как вернуть мужчину. А о том, как пережить двойное предательство и проверить, способен ли он выбрать правду, а не мать, не страх и не ложь.
— Я… ничего не помню.
— А она — помнит всё.
Я готовилась к свадьбе. Верила мужчине. Доверяла семье.
Пока не застала жениха в постели с собственной сестрой.
Алёна сказала, что между ними было всё.
Его мать — что я должна «понять и уступить».
А он выбрал тишину. Самое удобное предательство.
Когда сестра объявила о беременности, меня окончательно сделали виноватой:
«Ты сильная — ты справишься».
Но я больше не собираюсь быть удобной.
Это история не о том, как вернуть мужчину. А о том, как пережить двойное предательство и проверить, способен ли он выбрать правду, а не мать, не страх и не ложь.
– Объяснишь хоть что-нибудь?
Варя накинула куртку, застегнула, а затем взглянула на меня и на несколько мгновений зависла.
– Нет, – ответила и ещё с секунду смотрела в мою сторону, потом развернулась спиной, собираясь уйти.
– Конечно, вы не уживётесь с Настей… после того, что ты ей наговорила… Варь, тебе не кажется, что, когда ты мстишь мне, от этого страдают другие?
– А с чего ты взял, Тима, что я мстила тебе? – с вызовом уставилась на меня девушка. – Или ты думаешь, что я живу только той ночью? Каждый божий день посвящаю разработке очередного плана, как бы тебе насолить? Не много ли чести будет?
Вокруг меня постоянно вертятся слухи, что я эгоист. Бездушная скотина, которой пофигу на чужие чувства. Ни с одной девушкой я не могу задержаться надолго. Меня они просто раздражают. Слухи не врут. Но они не знают, что всему этому есть причина: та, которая мне реально нужна, никогда не ответит мне взаимностью.
Варя накинула куртку, застегнула, а затем взглянула на меня и на несколько мгновений зависла.
– Нет, – ответила и ещё с секунду смотрела в мою сторону, потом развернулась спиной, собираясь уйти.
– Конечно, вы не уживётесь с Настей… после того, что ты ей наговорила… Варь, тебе не кажется, что, когда ты мстишь мне, от этого страдают другие?
– А с чего ты взял, Тима, что я мстила тебе? – с вызовом уставилась на меня девушка. – Или ты думаешь, что я живу только той ночью? Каждый божий день посвящаю разработке очередного плана, как бы тебе насолить? Не много ли чести будет?
Вокруг меня постоянно вертятся слухи, что я эгоист. Бездушная скотина, которой пофигу на чужие чувства. Ни с одной девушкой я не могу задержаться надолго. Меня они просто раздражают. Слухи не врут. Но они не знают, что всему этому есть причина: та, которая мне реально нужна, никогда не ответит мне взаимностью.
История не просто об измене и предательстве, а о потере и обретении себя. О том, как катастрофа может стать точкой отсчета новой, настоящей жизни, и о том, что настоящее прощение рождается не из слабости, а из обретенной силы.
Я наблюдала за этой сценой с улыбкой, но внутри уже начинало подмораживать, я ждала своего подарка.
«Сейчас, — подумала я, и ладони стали чуть влажными. — Сейчас он подарит мне браслет и скажет что-то важное и… поцелует меня, как раньше, как в молодости».
Саша протянул мне пакет.
— Ну и тебе, Оль, конечно. Спасибо за год, за заботу.
Его тон был ровным, благодарственно-деловым, таким, каким благодарят секретаря за хорошую работу.
Я взяла пакет. Он был лёгким. Через тонкую бумагу угадывалась прямоугольная коробка, совсем не похожая на коробку с дорогим украшением, которую я себе представляла.
Я наблюдала за этой сценой с улыбкой, но внутри уже начинало подмораживать, я ждала своего подарка.
«Сейчас, — подумала я, и ладони стали чуть влажными. — Сейчас он подарит мне браслет и скажет что-то важное и… поцелует меня, как раньше, как в молодости».
Саша протянул мне пакет.
— Ну и тебе, Оль, конечно. Спасибо за год, за заботу.
Его тон был ровным, благодарственно-деловым, таким, каким благодарят секретаря за хорошую работу.
Я взяла пакет. Он был лёгким. Через тонкую бумагу угадывалась прямоугольная коробка, совсем не похожая на коробку с дорогим украшением, которую я себе представляла.
Вера стояла в дверях в пижаме, сонно потирая глаза. Затем увидела Максима.
– Папа! – она с радостью подбежала к нему.
– Здравствуй, милая. – Максим подхватил её на руки. – Поедешь со мной?
– Поеду, а куда? Соня тоже поедет?
– Нет, Соня останется с мамой. А ты пока поживёшь со мной и с...
Катя сделала шаг к ней:
– Верочка, милая, ты меня не помнишь? Я твоя родная мама.
Вера испуганно посмотрела на неё:
– Нет! Моя мама вот! – она показала на меня.
– Нет, солнышко, – Катя подошла ближе. – Твоя мама – это я. Я тебя родила. А Лена... тётя Лена просто присматривала за тобой, пока меня не было.
Услышав слова Кати, Вера начала изворачиваться на руках Максима, громко рыдая при этом. Боясь уронить ребёнка, он поставил её на пол. Вера подбежала ко мне, слёзы из её глаз текли, не переставая, она прижималась ко мне, всхлипывая, её маленькое тельце дрожало от страха.
– Мамочка! – с надрывом говорила она. – Не отдавай меня этой тёте. Мамочка, любимая, прошу тебя! Я не хочу с ней.
– Папа! – она с радостью подбежала к нему.
– Здравствуй, милая. – Максим подхватил её на руки. – Поедешь со мной?
– Поеду, а куда? Соня тоже поедет?
– Нет, Соня останется с мамой. А ты пока поживёшь со мной и с...
Катя сделала шаг к ней:
– Верочка, милая, ты меня не помнишь? Я твоя родная мама.
Вера испуганно посмотрела на неё:
– Нет! Моя мама вот! – она показала на меня.
– Нет, солнышко, – Катя подошла ближе. – Твоя мама – это я. Я тебя родила. А Лена... тётя Лена просто присматривала за тобой, пока меня не было.
Услышав слова Кати, Вера начала изворачиваться на руках Максима, громко рыдая при этом. Боясь уронить ребёнка, он поставил её на пол. Вера подбежала ко мне, слёзы из её глаз текли, не переставая, она прижималась ко мне, всхлипывая, её маленькое тельце дрожало от страха.
– Мамочка! – с надрывом говорила она. – Не отдавай меня этой тёте. Мамочка, любимая, прошу тебя! Я не хочу с ней.
– Ты понимаешь, на что подписываешься? – спросил он.
– Понимаю, – ответила я. – Я подписываюсь на выход из тупика.
Моя мать и сестра загнали меня в долги и решили, что я должна расплатиться собой.
Мой начальник Антон предложил сделку: деньги взамен на ребёнка.
Без семьи. Без обязательств. По договору.
Я согласилась не потому, что хотела, а потому что была на грани.
Но беременность меняет правила.
И однажды я говорю ему то, чего не было в контракте:
– Я не отдам этого ребёнка.
– Ты нарушаешь договор, – ответил Антон.
– И что ты сделаешь?
Антон привык контролировать всё. А я впервые в жизни перестала соглашаться.
– Понимаю, – ответила я. – Я подписываюсь на выход из тупика.
Моя мать и сестра загнали меня в долги и решили, что я должна расплатиться собой.
Мой начальник Антон предложил сделку: деньги взамен на ребёнка.
Без семьи. Без обязательств. По договору.
Я согласилась не потому, что хотела, а потому что была на грани.
Но беременность меняет правила.
И однажды я говорю ему то, чего не было в контракте:
– Я не отдам этого ребёнка.
– Ты нарушаешь договор, – ответил Антон.
– И что ты сделаешь?
Антон привык контролировать всё. А я впервые в жизни перестала соглашаться.
Третье ЭКО и вот оно, чудо!
Два малыша! Тёмка ещё не знает, вот обрадуется!
Мы так давно о ребёночке мечтали!
Смотрю на эти два маленьких комочка, в которых сейчас вся моя жизнь, и слёзы на глаза наворачиваются.
Закрыла мужу глаза ладошками, подвела к больничной кровати и убрала руки.
- Привет, папка, а вот и мы! Представляешь, двое!
Но не такой реакции я от мужа ожидала, совсем не такой…
- Маш… внимательно на них посмотри и… одного выбери, - только и сказал любимый.
Что? Одного? О чём это он?
- Как одного…, а второго куда же?
- Второго здесь оставим, кто-нибудь усыновит, я на двоих не рассчитывал…
Не рассчитывал? А мы на такого отца не рассчитывали!
Без тебя не пропадём!
Но как оказалось в последствии, это было только начало предательства…
Два малыша! Тёмка ещё не знает, вот обрадуется!
Мы так давно о ребёночке мечтали!
Смотрю на эти два маленьких комочка, в которых сейчас вся моя жизнь, и слёзы на глаза наворачиваются.
Закрыла мужу глаза ладошками, подвела к больничной кровати и убрала руки.
- Привет, папка, а вот и мы! Представляешь, двое!
Но не такой реакции я от мужа ожидала, совсем не такой…
- Маш… внимательно на них посмотри и… одного выбери, - только и сказал любимый.
Что? Одного? О чём это он?
- Как одного…, а второго куда же?
- Второго здесь оставим, кто-нибудь усыновит, я на двоих не рассчитывал…
Не рассчитывал? А мы на такого отца не рассчитывали!
Без тебя не пропадём!
Но как оказалось в последствии, это было только начало предательства…
–Эй! – окликаю мужчину. – Вы, случайной, ничего не перепутали?
–Это вы мне? – поворачивается ко мне мужчина.
Красивый, зараза!
– Вам, – окатываю его презрительным взглядом. – Это вообще-то моя машина, – бойко заявляю я.
– Ваша? – на лице мужчина блуждает загадочная улыбка. – А я думал, что это автомобиль службы такси.
– Это я его вызвала, – фыркаю и обхожу машину с другой стороны, чтобы сесть на заднее сидение.
– Извините, но вы ошибаетесь! Этот автомобиль вызвал я и я на нем уеду! – натянуто улыбается незнакомец.
Каков наглец!
–Это вы мне? – поворачивается ко мне мужчина.
Красивый, зараза!
– Вам, – окатываю его презрительным взглядом. – Это вообще-то моя машина, – бойко заявляю я.
– Ваша? – на лице мужчина блуждает загадочная улыбка. – А я думал, что это автомобиль службы такси.
– Это я его вызвала, – фыркаю и обхожу машину с другой стороны, чтобы сесть на заднее сидение.
– Извините, но вы ошибаетесь! Этот автомобиль вызвал я и я на нем уеду! – натянуто улыбается незнакомец.
Каков наглец!
Выберите полку для книги