Подборка книг по тегу: "болезнь"
Пятничный вечер. Время, когда город погружается в пьянящую атмосферу свободы и беззаботности. Для большинства это возможность забыть о проблемах, раствориться в музыке и алкоголе. Для меня же — прекрасное время угона.
Я скольжу тенью между припаркованных машин, мой взгляд сканирует номера и модели. Навыки отца проснулись во мне слишком рано. Он научил меня всему, прежде чем исчезнуть в темноте, оставив сиротой в холодном мире.
Но один заказ меняет мою жизнь кардинально...
Я скольжу тенью между припаркованных машин, мой взгляд сканирует номера и модели. Навыки отца проснулись во мне слишком рано. Он научил меня всему, прежде чем исчезнуть в темноте, оставив сиротой в холодном мире.
Но один заказ меняет мою жизнь кардинально...
- Так получилось, что моя сущность тянется к тебе, и нам придется подождать,- заявляет Богдан, зажимая меня в угол и сканируя золотыми глазами.
Чего ждать? Мне не нужен этот оборотень!
- Запомни, Алиса, главное - не провоцируй и не вздумай бегать! Я ведь поймаю, и тогда будет хуже.
Куда ещё, меня и так похитили и заперли неизвестно где.
Нет, я не буду слабой, поэтому срываюсь и бегу.
- Алиса, нет! - рычит зверь и вмиг перехватывает, чтобы впечатать в свою грудь.
– Я же говорил – не играть! Сама виновата, будет тебе урок!
Чего ждать? Мне не нужен этот оборотень!
- Запомни, Алиса, главное - не провоцируй и не вздумай бегать! Я ведь поймаю, и тогда будет хуже.
Куда ещё, меня и так похитили и заперли неизвестно где.
Нет, я не буду слабой, поэтому срываюсь и бегу.
- Алиса, нет! - рычит зверь и вмиг перехватывает, чтобы впечатать в свою грудь.
– Я же говорил – не играть! Сама виновата, будет тебе урок!
Станислава не представляла, чем окажется для неё исполнение мечты детства стать хирургом-ортопедом. В итоге, уничтоженную морально и лишённую всего, её вышвыривает на улицу сестра, и ничего не остаётся, кроме как переехать в деревню.
Равнодушно проживая день за днём, Стася неожиданно встречает того, чья судьба нисколько не легче её собственной. Кому, однажды, сможет сказать:
в твоих руках моё спасение.
Равнодушно проживая день за днём, Стася неожиданно встречает того, чья судьба нисколько не легче её собственной. Кому, однажды, сможет сказать:
в твоих руках моё спасение.
— Т-ты... з-зачем т-ты это д-делаешь? — выдохнула я, чувствуя, как предательское пламя заливает щеки. Его вмешательство в столовой спасло меня от очередных насмешек, но смутило еще сильнее.
Он посмотрел на меня с той насмешливой ухмылкой, которая, казалось, была высечена на его лице навсегда.
— Не нравится? Беги жаловаться. Меня уже ничем не удивишь.
— Мне н-не н-нужна т-твоя ж-жалость! — прошипела я, сжимая кулаки.Его ухмылка мгновенно исчезла. Он наклонился так близко, что я почувствовала запах дождя и мяты от его кожи.
— Ни капли жалости, соловей. Мне просто... интересно, какой у тебя голос, когда ты не бьешься в истерике.
Он посмотрел на меня с той насмешливой ухмылкой, которая, казалось, была высечена на его лице навсегда.
— Не нравится? Беги жаловаться. Меня уже ничем не удивишь.
— Мне н-не н-нужна т-твоя ж-жалость! — прошипела я, сжимая кулаки.Его ухмылка мгновенно исчезла. Он наклонился так близко, что я почувствовала запах дождя и мяты от его кожи.
— Ни капли жалости, соловей. Мне просто... интересно, какой у тебя голос, когда ты не бьешься в истерике.
Андрюша лежал в кровати и с безразличным видом наблюдал за действиями врача. Тот привычным движением прослушал его, проверил давление, пульс, заглянул в рот, посветил в глаза, что-то записал в толстую тетрадь. Он уже собрался уходить, как вопрос мальчика остановил его:
- Дяденька врач, а когда я смогу ходить?
- Дяденька врач, а когда я смогу ходить?
Муж с перекошенным от злости лицом орёт:
- Не ври! Знаю – спуталась с русским! От него и на аборт записалась – да?
- Господи, - нервно смеюсь, - Артак, ты выпил?
Артак, как заведённый, повторяет:
- Прав брат: не мой, не мой ты человек! Тварь, скользкая дрянь!
- Интересно: двадцать лет была вроде как «твоим человеком», и вдруг раз – перестала им быть, - устало замечаю я. – Где двадцать лет твои глаза-то были? Иди проспись, Артак. Поговорим позже. Мне надо готовиться к гистерэктомии. У меня рак стадии «ноль».
- Папа… что ты несёшь? – недоумевает Вероника.
- А знаешь ли ты, чем она мне обязана – а?! Да ведь я взял её с прицепом, когда ей было под двадцать пять! С прицепом подобрал – и вправе ждать благодарности от вас обеих!
- С каким прицепом? – не понимает дочь. И муж швыряет ей в лицо:
- С тобой! Так что Арсен прав, вы обе – мои должницы! Вам и возиться с полудурком, ещё и неизвестно, мой ли это сын! А меня - надо отпустить к нормальной женщине!
- Не ври! Знаю – спуталась с русским! От него и на аборт записалась – да?
- Господи, - нервно смеюсь, - Артак, ты выпил?
Артак, как заведённый, повторяет:
- Прав брат: не мой, не мой ты человек! Тварь, скользкая дрянь!
- Интересно: двадцать лет была вроде как «твоим человеком», и вдруг раз – перестала им быть, - устало замечаю я. – Где двадцать лет твои глаза-то были? Иди проспись, Артак. Поговорим позже. Мне надо готовиться к гистерэктомии. У меня рак стадии «ноль».
- Папа… что ты несёшь? – недоумевает Вероника.
- А знаешь ли ты, чем она мне обязана – а?! Да ведь я взял её с прицепом, когда ей было под двадцать пять! С прицепом подобрал – и вправе ждать благодарности от вас обеих!
- С каким прицепом? – не понимает дочь. И муж швыряет ей в лицо:
- С тобой! Так что Арсен прав, вы обе – мои должницы! Вам и возиться с полудурком, ещё и неизвестно, мой ли это сын! А меня - надо отпустить к нормальной женщине!
Муж - генерал издевается надо мной, морит голодом и желает моей смерти! А я парализована! Я ничего не могу сделать! А все потому, что у него есть любовница!
От него пахнет женскими духами, и он не скрывает, что влюблен в другую. Так что теперь я для него обуза.
Я хотела развестись, но он не дает развод.
Неужели это правда? Неужели генерал Моравиа способен на такие изощренные издевательства над супругой? Или за этим кроется нечто иное?
- генерал, - дракон
- парализованная героиня
- тайны преступления
- тайна генерала
От него пахнет женскими духами, и он не скрывает, что влюблен в другую. Так что теперь я для него обуза.
Я хотела развестись, но он не дает развод.
Неужели это правда? Неужели генерал Моравиа способен на такие изощренные издевательства над супругой? Или за этим кроется нечто иное?
- генерал, - дракон
- парализованная героиня
- тайны преступления
- тайна генерала
БЕСПЛАТНО!
- Очнулась, - чьи-то слова едва доносились девушки, но она всеми силами старалась их уловить, напрягая оставшиеся силы. - Давай, приходим в себя, уже пора.
Уставшее сознание идентифицировало грубый мужской голос.
- Слышишь меня?
- Угум, - сил сказать что-то более внятное не хватило. А вот различить силуэт хотя бы немного получилось.
Мужчина. Тёмные волосы. Белый халат.
- Видишь? - снова спросил он, и девушка слабо кивнула. - Отлично.
- Угхм, я гхк-де... - собственный голос звучал слишком непонятно и противно, заставляя болезненно морщиться.
- В больнице, - ответил мужчина с нескрываемым раздражением. - Я - лечащий врач - Павел Аркадьевич.
- Очнулась, - чьи-то слова едва доносились девушки, но она всеми силами старалась их уловить, напрягая оставшиеся силы. - Давай, приходим в себя, уже пора.
Уставшее сознание идентифицировало грубый мужской голос.
- Слышишь меня?
- Угум, - сил сказать что-то более внятное не хватило. А вот различить силуэт хотя бы немного получилось.
Мужчина. Тёмные волосы. Белый халат.
- Видишь? - снова спросил он, и девушка слабо кивнула. - Отлично.
- Угхм, я гхк-де... - собственный голос звучал слишком непонятно и противно, заставляя болезненно морщиться.
- В больнице, - ответил мужчина с нескрываемым раздражением. - Я - лечащий врач - Павел Аркадьевич.
– Ты знаешь, что я мог бы сдать тебя ментам. Они давно пускают слюнки, мечтая прикрыть вашу шарашкину контору, – как акулы кружат вокруг своей жертвы, так и он обошёл меня по кругу. Накрутил прядь каштановых волос на палец, приблизился почти вплотную, шумно втянул воздух в лёгкие. – А мог бы отдать своим парням. Тебя бы никто не нашёл, девочка…
Змеиный шёпот удавкой стягивает шею. Я едва дышу. Едва живу. И только мысль о Кире, не даёт упасть. Я должна выжить, чего бы мне это ни стоило.
– Но я этого не сделаю, – продолжает он опалять своим горячим дыханием мою ушную раковину. – Зачем тебе вся эта грязь?
– Мне нужны деньги. Много денег.
– Даже так. И на что ты готова, девочка? – подаётся вперёд мужчина, будто зверь, учуявший кровавый след своей добычи.
– На всё…
Змеиный шёпот удавкой стягивает шею. Я едва дышу. Едва живу. И только мысль о Кире, не даёт упасть. Я должна выжить, чего бы мне это ни стоило.
– Но я этого не сделаю, – продолжает он опалять своим горячим дыханием мою ушную раковину. – Зачем тебе вся эта грязь?
– Мне нужны деньги. Много денег.
– Даже так. И на что ты готова, девочка? – подаётся вперёд мужчина, будто зверь, учуявший кровавый след своей добычи.
– На всё…
21 год. Ей осталось жить считанные месяцы.
Отчаявшаяся Жанин соглашается на экспериментальную терапию в сверхсекретной клинике. Доктор Алан Нобоа гениален, красив... и шокирующе молод. Его препарат — последняя надежда Жанин.
Отчаявшаяся Жанин соглашается на экспериментальную терапию в сверхсекретной клинике. Доктор Алан Нобоа гениален, красив... и шокирующе молод. Его препарат — последняя надежда Жанин.
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: болезнь