Подборка книг по тегу: "одержимость"
— Она будет моей законной женой. Ты — любовница, знающая свое место. Не забывай это, Джаннет! Ты всего лишь ишкиль. Моя собственность, отданная за бесчестие твоей семьи.
— Как прикажете, господин, — прошептала я, умирая в объятиях любимого мужчины. Единственного. Безжалостного.
Того, кто сначала забрал меня силой. Приручил. Сделал своей. Клялся в одержимой любви… а потом хладнокровно объявил о свадьбе с другой. Красивой. Достойной. Равной.
— Я женюсь, вернусь с медового месяца и ожидаю увидеть тебя в своих покоях... на коленях.
— Хорошо…
Я не плакала и не устраивала сцен.
И почему-то именно это сводило его с ума.
— Что ты как гребаная кукла?! Признайся, что сгораешь от ревности! Что будешь кусать локти, зная, что в этот момент я с ней!
Но в ночь его никаха я сбежала.
А спустя пять лет мы встретились снова.
Теперь я не бесправная ишкиль.
Я богата, красива и я — жена его злейшего врага.
— Мы больше не займемся с тобой любовью, Дамир.
Мы будем заниматься только ненавистью!
— Как прикажете, господин, — прошептала я, умирая в объятиях любимого мужчины. Единственного. Безжалостного.
Того, кто сначала забрал меня силой. Приручил. Сделал своей. Клялся в одержимой любви… а потом хладнокровно объявил о свадьбе с другой. Красивой. Достойной. Равной.
— Я женюсь, вернусь с медового месяца и ожидаю увидеть тебя в своих покоях... на коленях.
— Хорошо…
Я не плакала и не устраивала сцен.
И почему-то именно это сводило его с ума.
— Что ты как гребаная кукла?! Признайся, что сгораешь от ревности! Что будешь кусать локти, зная, что в этот момент я с ней!
Но в ночь его никаха я сбежала.
А спустя пять лет мы встретились снова.
Теперь я не бесправная ишкиль.
Я богата, красива и я — жена его злейшего врага.
— Мы больше не займемся с тобой любовью, Дамир.
Мы будем заниматься только ненавистью!
Он разворачивается. Я смотрю на его широкую спину в чёрной куртке.
— Сдачу возьмите, — окликаю тихо.
Он останавливается. Оборачивается медленно, и я второй раз в жизни вижу его лицо. Запоминаю каждую чёрточку, каждую тень — анализировать буду потом.
Шаг — и он у прилавка. Не отпуская моего взгляда, не отводя своих немигающих глаз, срывает с крючка пачку сухариков, что висит у кассы, и бросает передо мной. Мне.
— Поешь. А то светишься вся.
Говорит и выходит.
Ни усмешки. Ни намёка. Просто как данность. Факт, не требующий доказательств. Истина, утверждённая им самим и произнесённая как закон.
А я наконец делаю первый вдох — и мне хочется сползти вниз, укрыться за стойкой, зажмуриться, спрятать лицо в ладони и… просто заплакать.
Зачем он так? Он ведь меня совсем не знает. И… не дай бог, если узнает.
— Сдачу возьмите, — окликаю тихо.
Он останавливается. Оборачивается медленно, и я второй раз в жизни вижу его лицо. Запоминаю каждую чёрточку, каждую тень — анализировать буду потом.
Шаг — и он у прилавка. Не отпуская моего взгляда, не отводя своих немигающих глаз, срывает с крючка пачку сухариков, что висит у кассы, и бросает передо мной. Мне.
— Поешь. А то светишься вся.
Говорит и выходит.
Ни усмешки. Ни намёка. Просто как данность. Факт, не требующий доказательств. Истина, утверждённая им самим и произнесённая как закон.
А я наконец делаю первый вдох — и мне хочется сползти вниз, укрыться за стойкой, зажмуриться, спрятать лицо в ладони и… просто заплакать.
Зачем он так? Он ведь меня совсем не знает. И… не дай бог, если узнает.
– Хватит, Таир. Отпусти.
– Отпустить? – он сжимает мой подбородок. Заставляет смотреть в глаза. – Ты сама пришла. И раз ты здесь, то раздевайся. Решим нашу проблему… полюбовно.
Таир Раджепов – тот ещё кошмар. Высокий, породистый. Таких рисуют на обложках журналов мод. И он одержим мной после одной случайной встречи. Вот только никто не знает, что за маской идеального сына скрывается настоящий отброс.
Он сделал мне грязное предложение. А теперь мы вынуждены жить под одной крышей со спальнями на одном этаже.
И он не отпустит, пока не получит меня.
– Отпустить? – он сжимает мой подбородок. Заставляет смотреть в глаза. – Ты сама пришла. И раз ты здесь, то раздевайся. Решим нашу проблему… полюбовно.
Таир Раджепов – тот ещё кошмар. Высокий, породистый. Таких рисуют на обложках журналов мод. И он одержим мной после одной случайной встречи. Вот только никто не знает, что за маской идеального сына скрывается настоящий отброс.
Он сделал мне грязное предложение. А теперь мы вынуждены жить под одной крышей со спальнями на одном этаже.
И он не отпустит, пока не получит меня.
— Ты бесишь меня с первого дня, — шиплю я, упираясь ладонями в его каменную грудь.
— Взаимно, Катя, — усмехается Кирилл, делая шаг вперед и вжимая меня лопатками в стену. — Ты — невыносимая, капризная заноза.
Его темный взгляд медленно опускается к моим губам. Горячая ладонь по-хозяйски ложится на мою талию, притягивая вплотную.
— Тогда отойди от меня, — выдыхаю я, чувствуя, как от его близости предательски дрожат колени.
— Не могу, — его хриплый шепот обжигает кожу. — Я больше не собираюсь терпеть.
Он — безумно горячий лучший друг моего брата.
Мы искренне не переваривали друг друга с самого знакомства.
Но всё пошло прахом, когда брат улетел по делам и оставил нас вдвоем в одной квартире.
— Взаимно, Катя, — усмехается Кирилл, делая шаг вперед и вжимая меня лопатками в стену. — Ты — невыносимая, капризная заноза.
Его темный взгляд медленно опускается к моим губам. Горячая ладонь по-хозяйски ложится на мою талию, притягивая вплотную.
— Тогда отойди от меня, — выдыхаю я, чувствуя, как от его близости предательски дрожат колени.
— Не могу, — его хриплый шепот обжигает кожу. — Я больше не собираюсь терпеть.
Он — безумно горячий лучший друг моего брата.
Мы искренне не переваривали друг друга с самого знакомства.
Но всё пошло прахом, когда брат улетел по делам и оставил нас вдвоем в одной квартире.
Только что одержимый мною, самый опасный в республике мужчина по прозвищу Демон подстрелил моего жениха на нашей свадьбе. А теперь дуло его пистолета смотрит на моего отца.
- Ты знаешь зачем я пришел, Заур. Я забираю твою дочь. Она не могла достаться этому ничтожеству!
- Я ни за что не отдам Тамару такому чудовищу, как ты!- рыкнул папа.
Я больше не ждала. Колени ударились о каменный пол. Склонила голову, как делали женщины до меня сотни лет назад, когда хотели остановить кровь рода.
- Я иду с тобой, Даниял! Только остановись!
Его кадык дернулся...
Демон долго смотрел на меня. В его глазах было нечто черное. Порочное... Пальцы коснулись моего подбородка и заставили задрать голову еще выше. Наклонился.
Горячее дыхание обожгло мочку уха...
- Тебе очень идет стоять на коленях передо мной, Тамара... Как я и представлял... Сегодня ночью ты станешь моей. Не бойся, в первый раз я буду нежным.
Оглядел зал победоносно.
- Имам, соверши обряд никаха!
- Ты знаешь зачем я пришел, Заур. Я забираю твою дочь. Она не могла достаться этому ничтожеству!
- Я ни за что не отдам Тамару такому чудовищу, как ты!- рыкнул папа.
Я больше не ждала. Колени ударились о каменный пол. Склонила голову, как делали женщины до меня сотни лет назад, когда хотели остановить кровь рода.
- Я иду с тобой, Даниял! Только остановись!
Его кадык дернулся...
Демон долго смотрел на меня. В его глазах было нечто черное. Порочное... Пальцы коснулись моего подбородка и заставили задрать голову еще выше. Наклонился.
Горячее дыхание обожгло мочку уха...
- Тебе очень идет стоять на коленях передо мной, Тамара... Как я и представлял... Сегодня ночью ты станешь моей. Не бойся, в первый раз я буду нежным.
Оглядел зал победоносно.
- Имам, соверши обряд никаха!
Я переехала в новый город в надежде осесть хоть где-то. И все шло спокойно: приятные знакомства, учеба идет гладко, даже подруга появилась!
А потом оказалось, что меня приметил один псих, не знающий границ и слова "нет". Что делать? Куда бежать? И есть ли смысл, если хищник заприметил "добычу"?
– Аня, – понижая тон, смотрит на меня. Ну, я не была бы так уверена, что прямо на меня, потому что очки закрывают его глаза, но прям всем телом чувствую это давление. – Садись в машину.
Тяжело сглатываю. Сажусь на переднее, пряча ладони между коленей. Руки ходят ходуном. Да чего уж там! Все тело трясется, как желе.
– Что тебе нужно? – прочищая горло, спрашиваю я.
– Ты, – коротко отвечает, пожимая одним плечом.
Я даже воздухом подавилась.
– Зачем? – спрашиваю тихо и осторожно. Кто его знает, в какую сторону рванет.
– Хочу, – растягивает рот, обнажая белые зубы. И от этой улыбки волосы на всем теле встают дыбом.
А потом оказалось, что меня приметил один псих, не знающий границ и слова "нет". Что делать? Куда бежать? И есть ли смысл, если хищник заприметил "добычу"?
– Аня, – понижая тон, смотрит на меня. Ну, я не была бы так уверена, что прямо на меня, потому что очки закрывают его глаза, но прям всем телом чувствую это давление. – Садись в машину.
Тяжело сглатываю. Сажусь на переднее, пряча ладони между коленей. Руки ходят ходуном. Да чего уж там! Все тело трясется, как желе.
– Что тебе нужно? – прочищая горло, спрашиваю я.
– Ты, – коротко отвечает, пожимая одним плечом.
Я даже воздухом подавилась.
– Зачем? – спрашиваю тихо и осторожно. Кто его знает, в какую сторону рванет.
– Хочу, – растягивает рот, обнажая белые зубы. И от этой улыбки волосы на всем теле встают дыбом.
— Попалась, мышка.
— Вы меня с кем-то перепутали.
— Нет.
Он подходит вплотную.
— Я ошибался только в одном.
— В чем?
— Думал, что найду тебя гораздо раньше.
— Вы меня с кем-то перепутали.
— Нет.
Он подходит вплотную.
— Я ошибался только в одном.
— В чем?
— Думал, что найду тебя гораздо раньше.
Я влюбился в нее, как в долбанных сказках. Ехал мимо, а она на остановке, под дождем... С огромным медведем.
И всё. Пропал. Провалился в любовь. В похоть. В одержимость.
Но я отпустил ее, не позволив никому тронуть пальцем. Ни один волос не упал с ее головы.
Я знал - этот шарик слишком мал для нас двоих.
И мы встретимся. Рано или поздно.
И тогда наступит ад. Её. Мой. Наш общий.
Содержит нецензурную брань
И всё. Пропал. Провалился в любовь. В похоть. В одержимость.
Но я отпустил ее, не позволив никому тронуть пальцем. Ни один волос не упал с ее головы.
Я знал - этот шарик слишком мал для нас двоих.
И мы встретимся. Рано или поздно.
И тогда наступит ад. Её. Мой. Наш общий.
Содержит нецензурную брань
– Тебе кто-нибудь говорил, какая у тебя шелковистая кожа? – рокочет он.
Не говорили. Но ему я этого не скажу.
– Молчишь? – проводит пальцем по тому месту, где только что были его губы. – И правильно. Слова здесь лишние. Они только портят… чистоту момента.
“Чистота? Да как он вообще может говорить об этом после всего?..” – мысль вспыхивает, как ожог, выжигая весь шок и оцепенение.
Он – не часть того пекла. Нет. Он тот, кто его УСТРОИЛ. В том доме. Там… где всё ещё находится моя подруга. Живая ли? Не знаю, ведь это чудовище забрал меня, как свою личную вещь.
***
Я сбежала от него, думая, что это навсегда. Но ошиблась.
Свобода оказалась временной. И я сама прямиком пришла в его мир. Теперь мы учимся в одном университете. Для всех он – блестящий студент и сын ректора. Для меня – тот, кто считает меня своей собственностью. И он не скрывает, что хочет забрать меня снова. На этот раз – окончательно.
Не говорили. Но ему я этого не скажу.
– Молчишь? – проводит пальцем по тому месту, где только что были его губы. – И правильно. Слова здесь лишние. Они только портят… чистоту момента.
“Чистота? Да как он вообще может говорить об этом после всего?..” – мысль вспыхивает, как ожог, выжигая весь шок и оцепенение.
Он – не часть того пекла. Нет. Он тот, кто его УСТРОИЛ. В том доме. Там… где всё ещё находится моя подруга. Живая ли? Не знаю, ведь это чудовище забрал меня, как свою личную вещь.
***
Я сбежала от него, думая, что это навсегда. Но ошиблась.
Свобода оказалась временной. И я сама прямиком пришла в его мир. Теперь мы учимся в одном университете. Для всех он – блестящий студент и сын ректора. Для меня – тот, кто считает меня своей собственностью. И он не скрывает, что хочет забрать меня снова. На этот раз – окончательно.
«...— Пока я нахожусь здесь, сделай для меня кое-что.
— Что? — подсобрался Снайдер, ожидая любых указаний.
— Узнай всё о смерти и захоронении, — ее имя царапало небо, что даже глотать было больно, — Марион Кане...».
От звука его имени дрожь бежит по коже. Дыбом встают волосы. Обрывается дыхание.
Он держит в страхе все районы нашего города. Особенно гетто, где едва сводят концы с концами моя семья и еще тысячи оборотней.
Я мечтаю сбежать из этого ада, спасти себя и сестру, но...
У судьбы, которая любит громко посмеяться, на нас другие планы.
Продолжение истории «Я Ищу Тебя»
https://litmarket.ru/reader/ya-ishchu-tebya
❗️ Содержит мат и сцены сексуального характера 18+ ❗️
В тексте:
#истинная пара
#одержимость
#альтернативная реальность
— Что? — подсобрался Снайдер, ожидая любых указаний.
— Узнай всё о смерти и захоронении, — ее имя царапало небо, что даже глотать было больно, — Марион Кане...».
От звука его имени дрожь бежит по коже. Дыбом встают волосы. Обрывается дыхание.
Он держит в страхе все районы нашего города. Особенно гетто, где едва сводят концы с концами моя семья и еще тысячи оборотней.
Я мечтаю сбежать из этого ада, спасти себя и сестру, но...
У судьбы, которая любит громко посмеяться, на нас другие планы.
Продолжение истории «Я Ищу Тебя»
https://litmarket.ru/reader/ya-ishchu-tebya
❗️ Содержит мат и сцены сексуального характера 18+ ❗️
В тексте:
#истинная пара
#одержимость
#альтернативная реальность
Выберите полку для книги