Читать и слушать книги

Анна Авзалина.
— Это была любовь с первого взгляда, да? — Ася мечтательно улыбается.
 Любовь.
Из горла входит пустой, горький звук, я готова рассмеяться, но сдерживаюсь.
Неужели кто-то мог подумать, что любовь имеет к этому какое-то отношение?
Почему я должна любить человека, который женится на мне только для того, чтобы наказать моего отца?
Любви нет, только ужас.
Я не могу убежать и спрятаться. Это мой долг, моя судьба, и я скажу: «Да»!

Алексей Лозовой.
Я женился на Анне не для того, чтобы что-то укрепить. Я женился на ней, чтобы уничтожить своего врага. Я забрал единственное, что имеет значение для Германа Авзалина. Его дочь теперь моя.
Речь идет не о партнёрстве.
Речь идет об уничтожении.

Застукав мужа за изменой после тринадцати лет брака, я сразу же подала на развод. Если бы я знала. что его быстрое согласие обернется против меня, и я лишусь работы! Но, вернувшись зализывать раны в родной город, я даже не думала, что узнаю куда более страшные тайны, которые скрывал бывший муж, а ещё - встречу того, кто поможет мне их разгадать.

— Зачем я вам? — хмуро спрашиваю. — Вы отдали за меня тридцать миллионов. Зачем?
— Мне нужен наследник, Вика. Сын.
— И… вы заплатили, чтобы я родила ребенка?
— Поначалу нет, — уклончиво отвечает он. — А сейчас понимаю, что ты идеальная кандидатка, здоровая, сильная, красивая, — он перечисляет мои достоинства, как продавец на рынке. — Ты родишь мне сына.
— Но… — в горле мгновенно пересыхает. — Я не могу, я не…
— Я знаю, что ты невинна, Вика, но это быстро решаемо.
— И что? Мы, вы, я… мы просто сделаем ребенка? Как обычные люди?
— Не совсем. Мы сделаем ЭКО. Я не могу полагаться на случай. Мне нужен именно сын. И ты родишь его мне.

— Это ошибка, — залепетала, пытаясь улизнуть.
— Мне тебя пообещали, — хмыкнул, ни на шаг не сместившись. — Отдали.
— Что вы такое несете? — возмутилась, но тут же прикусила язык.
Говорить вмиг перехотелось. Я вжалась в панорамное окно как можно сильнее и задрожала от страха.
— Брат твой сказал, что ты теперь моя, Лия.
— Что? Стоп, — ухватилась за спасительную соломинку. — Я ведь не Лия! Вы ошиблись!
— И кто же ты?
Его взгляд прошелся по моему лицу, губы изогнулись в усмешке. То ли горькой, то ли мне показалось!
— Та… Таисия, — произнесла, запнувшись.
— Тая, значит. Ты моя теперь, Тая, — снова повторил мое имя. — Понравилась ты мне.

– Серый, мне нужна твоя помощь.
Пытаюсь разлепить глаза и перекатываюсь на другой бок, чтобы подняться с кровати.
Если Колесников произносит подобное, значит трындец: случилось что-то из ряда вон выходящее.
– Что нужно? – хриплю в ответ и прочищаю горло, осознавая, что разговор будет непростой.
– Стать опекуном моей дочери.
Что?
Хмурюсь, не въезжаю в слова друга и напрягаю мозг, заставляя его быстрее проснуться и включиться в работу, но… Все равно не понимаю странную просьбу Сани.
– Ей что, нет четырнадцати?
– Ей двадцать.
– Она недееспособна?
Секундная заминка и ответ:
– Фактически нет, но по документам – да. Сегодня на почту тебе придет решение суда, в котором она признается недееспособной и в котором тебя назначают опекуном.
Снова торможу и не могу врубиться:
– Саня, это юмор такой?

В рассказе "Репей" читатель узнает секрет сохранения семьи. Рассказывая о любви главной героини, автор, как бы задает вопрос читателю: а стоит ли бороться за любовь?

– Антон Юрьевич, к вам тут пришли.
– Кто? – я пьяно нахмурился, обернувшись. – Я гостей не ждал.
– Вон сидит. Я на этаж не пустил, мало ли. Сказала, вас ждать будет.
Я посмотрел в ту сторону, куда указал консьерж, и проморгался. Возле стены стояла какая-то соплюха лет шестнадцати от силы.
– Ты кто такая? – я нахмурился сильнее. – И чего от меня надо?
Девчонка отклеилась от стены, задрала подбородок и сделала шаг в мою сторону.
– А я дочка твоя, Антон Юрьевич. Здравствуй, папа.

***

“Суд принял решение о досрочном освобождении Куликова Игоря Валерьевича. Срок пребывания в колонии сокращен до двух лет”.
Стоило прочесть эту новость, и дни, без того напряженные, вновь превратились в кошмар. Я надеялась, что еще десять месяцев смогу свободно дышать, не оглядываясь, не пугаясь темных закутков и поздних звонков. Надеялась, что муж просто забудет обо мне за это время…
“Где ты, любимая?” – ясно говорило о том, что он не забыл и будет искать.

— Я хочу развестись! — говорит мне муж.
— Хорошо, собирай вещи и уходи, — отвечаю ему. Я заслуживаю любви и внимания, заслуживаю больше, чем призрачные обещания мужчины, который вместо меня всегда выбирал работу.
— Сама уходи. Это вообще-то моя квартира, — сказал Максим, и его голос звучал сухо, безразлично. Он стоял передо мной, и в его глазах я больше не видела понимания и любви.
Идти мне было некуда, но я стиснула зубы, быстро покидала в чемодан самые необходимые вещи и переоделась.
— Остальное заберу, как только найду квартиру. Уж потерпи, будь так добр, — с этими словами я повернулась и пошла к двери.
— Я даю тебе неделю, потом вышвырну всё! — донеслось мне вслед, и слёзы хлынули из глаз, но я не остановилась…

Я держала в руке тест на беременность, когда муж заявил, что мы разводимся. Сердце сжалось от боли, но я даже не подала вида. Когда он вышвырнул меня из квартиры, я попросила лишь об одном: никогда не искать меня. И он сдержал слово, но судьба решила иначе...

Я позволила себе ровно шесть часов быть счастливой, а теперь обязана спасти от гнева мужа “последствие своего выбора”. Эраст убьёт меня, или запрёт в психушке, а ребёнка, если будет мальчик, заберёт себе. Мне нужно развестись до того, как всё вскроется, но единственный, кто может помочь – причина моего состояния. Согласится ли он пойти против нового шефа?

Вас ждут:
– женщина, пытающаяся спасти себя и ребёнка;
– мужчина, нашедший свою любовь;
– муж героини, готовый переступить через любого ради собственной выгоды;
– запутавшийся отец;
– эмоциональные качели сюжета;
– долго и счастливо в эпилоге, но не для всех.

– Я не собирался тебя покупать. Такие, как ты, меня мало интересуют. Но раз так вышло, продемонстрируй, что ты умеешь. За миллион, – приказывает мой хозяин, прожигая взглядом, от которого внутренности сворачиваются в узел.
Я попала в передрягу. Из-за долгов отца я оказалась в руках бандитов. Меня ждала незавидная участь стать товаром в руках мужчин. И моё тело выставили на аукцион.
И каково же было моё изумление, когда я увидела своего покупателя.
Высокопоставленного чиновника. Человека, у ног которого я недавно готова была ползать, умоляя спасти мать.
А теперь я его вещь.
Его приобретение.
Его собственность.