Читать и слушать книги
На значимом для меня мероприятии я встретила бывшего мужа, которого не видела десять лет. Человека, который сначала сделал меня самой счастливой женщиной на свете, а потом, когда ему стало скучно…
Я не хотела пересекаться с ним, но не вышло. Пришлось не только лицезреть его красивую физиономию, но и услышать предложение, от которого встали дыбом волосы...
***
Когда сделка была почти обговорена, и осталось только оставить свои каракули на договоре, инвестору взбрело в голову, что он сотрудничает только со «стабильными и надежными» женатыми бизнесменами.
Фиаско?
Нет. Я фартовый.
На мероприятии оказывается моя бывшая жена. Зараза, которую я любил до безумия и которая… В общем, у нее должок, и ей придется его вернуть.
Я не хотела пересекаться с ним, но не вышло. Пришлось не только лицезреть его красивую физиономию, но и услышать предложение, от которого встали дыбом волосы...
***
Когда сделка была почти обговорена, и осталось только оставить свои каракули на договоре, инвестору взбрело в голову, что он сотрудничает только со «стабильными и надежными» женатыми бизнесменами.
Фиаско?
Нет. Я фартовый.
На мероприятии оказывается моя бывшая жена. Зараза, которую я любил до безумия и которая… В общем, у нее должок, и ей придется его вернуть.
На людях Антон Алексеевич — примерный семьянин, отец троих очаровательных дочек и муж Ники. Но, если в пятницу бильярд, то Антоша со спокойной душой намылится к любовнице номер один — Ксении. Ксюха — гибкая штучка, танцовщица, двадцатипятилетняя кудрявая нимфа с шоколадным цветом волос и самой тонкой талией в городе. И цыганочку спляшет и на шесте ноги задерет, выгнувшись змеей бесхребетной.
Если на календаре среда, то Антон Алексеевич спешил в загородный клуб… Не один. Он прихватывал с собой администраторшу ювелирного салона рыжеволосую бестию Ирину с большим ртом, в котором казалось поместиться дырокол целиком.
Какая роль уготована законной супруге Веронике, спросите вы?
В семье Араповых не принято было повышать голос. Даже рожая, Ника не кричала, словно у нее выключили эту функцию напрочь. Все дети появлялись с рыком матери и презрительно-холодным голосом отца: «Опять девочка?».
Если на календаре среда, то Антон Алексеевич спешил в загородный клуб… Не один. Он прихватывал с собой администраторшу ювелирного салона рыжеволосую бестию Ирину с большим ртом, в котором казалось поместиться дырокол целиком.
Какая роль уготована законной супруге Веронике, спросите вы?
В семье Араповых не принято было повышать голос. Даже рожая, Ника не кричала, словно у нее выключили эту функцию напрочь. Все дети появлялись с рыком матери и презрительно-холодным голосом отца: «Опять девочка?».
Он выгнал меня, и я поклялась, что никогда не вернусь. Пять лет я училась жить без него, растила нашу дочь и прятала обиду всё глубже – будто жила, затаив дыхание. Но иногда взгляд сильнее клятв — и теперь я должна решить, готова ли снова открыть сердце тому, кто однажды его разбил.
***
Я прожил полжизни, пряча любые чувства за коркой льда. Потеряв её, я потерял всё. Теперь у меня только одна цель: вернуть её, доказать, что я могу быть другим. Но что делать, если прошлое не отпускает, а вернуть доверие — самое трудное испытание?
***
Я прожил полжизни, пряча любые чувства за коркой льда. Потеряв её, я потерял всё. Теперь у меня только одна цель: вернуть её, доказать, что я могу быть другим. Но что делать, если прошлое не отпускает, а вернуть доверие — самое трудное испытание?
Костя пинает мяч маленькой ножкой с такой силой, что он отлетает метров на пять. Ловит мяч какой-то незнакомый мужчина, берет его в руки и подходит к нам с сыном.
— Держи, малец, — он отдает малышу мяч, присев перед ним на корточки. — Как звать будущего футболиста?
— Костя, — отвечаю я за сына с материнской улыбкой.
— Значит, Константин Демидович.
— П-почему? Он Савельевич…
— Да нет. Демидович.
Мужчина выпрямляется во весь рост, смотрит на меня с угрозой и делает медленный шаг ко мне, а я рефлекторно хватаю сына на руки. Почему-то этот незнакомец меня здорово пугает.
— Это мой сын, Рита. Сколько ты за него хочешь?
— Держи, малец, — он отдает малышу мяч, присев перед ним на корточки. — Как звать будущего футболиста?
— Костя, — отвечаю я за сына с материнской улыбкой.
— Значит, Константин Демидович.
— П-почему? Он Савельевич…
— Да нет. Демидович.
Мужчина выпрямляется во весь рост, смотрит на меня с угрозой и делает медленный шаг ко мне, а я рефлекторно хватаю сына на руки. Почему-то этот незнакомец меня здорово пугает.
— Это мой сын, Рита. Сколько ты за него хочешь?
Сегодня мы в очередной раз встречаемся в ресторане, и я говорю прямо:
— Я не готов притворяться, что наша встреча через тридцать три года ничего не изменила. Для меня — изменила всё.
— Ты женат, — произносит Карина спокойно.
— Да, – признаю факт я. — Но тем не менее, когда я увидел тебя две недели назад, мне стало трудно дышать. Ты свободна? — спрашиваю прямо.
— Да, но свобода — это не пустое место, куда можно поставить кого угодно.
— Я не «кто угодно», — отвечаю слишком резко.
Она качает головой.
— Гордей, я знаю. Именно поэтому я говорю тебе это в лицо. Ты женат. У тебя семья. Я не та женщина, которая приходит и ставит точку в чужой жизни.
Я уже знаю, чувствую, что всё решил.
— Тогда точку поставлю я.
— Я не готов притворяться, что наша встреча через тридцать три года ничего не изменила. Для меня — изменила всё.
— Ты женат, — произносит Карина спокойно.
— Да, – признаю факт я. — Но тем не менее, когда я увидел тебя две недели назад, мне стало трудно дышать. Ты свободна? — спрашиваю прямо.
— Да, но свобода — это не пустое место, куда можно поставить кого угодно.
— Я не «кто угодно», — отвечаю слишком резко.
Она качает головой.
— Гордей, я знаю. Именно поэтому я говорю тебе это в лицо. Ты женат. У тебя семья. Я не та женщина, которая приходит и ставит точку в чужой жизни.
Я уже знаю, чувствую, что всё решил.
— Тогда точку поставлю я.
Они – бывшие.
Он – хозяин молодого, перспективного, развивающегося ювелирного дома.
Она – девушка, ищущая подработку.
Как такое может быть, если пять лет назад он был фантазером, мечтающим изготавливать
экстравагантные украшения, а она – дочерью одного из крупнейших бизнесменов города?
Почему она сбежала из дворца бракосочетания, не объяснившись?
Он – хозяин молодого, перспективного, развивающегося ювелирного дома.
Она – девушка, ищущая подработку.
Как такое может быть, если пять лет назад он был фантазером, мечтающим изготавливать
экстравагантные украшения, а она – дочерью одного из крупнейших бизнесменов города?
Почему она сбежала из дворца бракосочетания, не объяснившись?
– Оль, ну вот как ты думаешь? Это вообще нормально? Три командировки за месяц! – шепчу в трубку.
– Кир, ну подожди ты истерить, – отзывается сонная Олька. – Может, у него правда дела? Бизнес же расширяется, ты сама говорила.
– Ага, расширяется, – ядовито цежу сквозь зубы. – И вместе с бизнесом у него еще кое-что, кажется, расширяется!
Ольга молчит, видимо, переваривает информацию, а я уже вся на взводе. Последние недели живу как на иголках.
Игнат стал каким-то другим. Отстраненным, что ли.
Все время в телефоне, улыбается кому-то в экран.
– Я тут нашла в интернете такую штуку, – вещает подруга, понизив голос до заговорщицкого шепота. – Маячок GPS. Клеишь под бампер, и все – как на ладони, где он там катается. Хочешь, закажу для тебя?
Решила следить за мужем? Иди до конца!
Так я решила.
Но что, если в ситуацию вмешается кто-то третий?
Тот, кому так важно, чтобы рядом были оба: и мама, и папа.
– Кир, ну подожди ты истерить, – отзывается сонная Олька. – Может, у него правда дела? Бизнес же расширяется, ты сама говорила.
– Ага, расширяется, – ядовито цежу сквозь зубы. – И вместе с бизнесом у него еще кое-что, кажется, расширяется!
Ольга молчит, видимо, переваривает информацию, а я уже вся на взводе. Последние недели живу как на иголках.
Игнат стал каким-то другим. Отстраненным, что ли.
Все время в телефоне, улыбается кому-то в экран.
– Я тут нашла в интернете такую штуку, – вещает подруга, понизив голос до заговорщицкого шепота. – Маячок GPS. Клеишь под бампер, и все – как на ладони, где он там катается. Хочешь, закажу для тебя?
Решила следить за мужем? Иди до конца!
Так я решила.
Но что, если в ситуацию вмешается кто-то третий?
Тот, кому так важно, чтобы рядом были оба: и мама, и папа.
Затаив дыхание смотрю, как мальчик останавливается и подходит ко мне.
Сказать, что у него талант – ничего не сказать!
- Ты раньше занимался танцами?
- Немного, - мальчик пожимает плечами и помедлив добавляет: - С мамой.
- Это заметно. У тебя огромный потенциал! Хочешь, я запишу тебя к нам? Будешь ходить?
- Хочу, - кивает он. – Но не буду. Папа не разрешит.
- Папа не любит танцы? – хмурюсь я.
Ох уж эти «махровые» мужики со своими предрассудками…
- Нет. Но он не в восторге от танцовщиц, которые их ведут.
***
Я готов на многое, чтобы помочь сыну адаптироваться на новом месте и найти друзей. Записать его на любую секцию. Плавание, борьба, футбол... Однако, единственное занятие, которое его интересует, я считаю крайне неподходящим. Но как спорить с тем, что танцы меняют жизнь сына к лучшему? И как устоять перед его тренером, которая, в отличии от других, видит в моем мальчике не проблему, а потенциал?
Сказать, что у него талант – ничего не сказать!
- Ты раньше занимался танцами?
- Немного, - мальчик пожимает плечами и помедлив добавляет: - С мамой.
- Это заметно. У тебя огромный потенциал! Хочешь, я запишу тебя к нам? Будешь ходить?
- Хочу, - кивает он. – Но не буду. Папа не разрешит.
- Папа не любит танцы? – хмурюсь я.
Ох уж эти «махровые» мужики со своими предрассудками…
- Нет. Но он не в восторге от танцовщиц, которые их ведут.
***
Я готов на многое, чтобы помочь сыну адаптироваться на новом месте и найти друзей. Записать его на любую секцию. Плавание, борьба, футбол... Однако, единственное занятие, которое его интересует, я считаю крайне неподходящим. Но как спорить с тем, что танцы меняют жизнь сына к лучшему? И как устоять перед его тренером, которая, в отличии от других, видит в моем мальчике не проблему, а потенциал?
— Ты курица, Валя, — на эмоциях говорит муж. — Достала. Брал в жены шикарную бабу, а ты превратилась в замызганную домохозяйку. Еще и вечно уставшая, к тебе не притронуться.
Муж психует и уходит из дома, хлопнув дверью. А позже я узнаю страшную правду, когда он сознается мне сам:
— Валя, я тебе изменил.
Сердце пронзает острым клинком.
— Как ты можешь?
— Я мужик! У меня потребность. Прости, но ты сама виновата.
Ох, милый, это ты зря. Я не та женщина, которой можно изменять. И ты поплатишься за свой поступок. Отомщу так, что на всю жизнь запомнишь.
Муж психует и уходит из дома, хлопнув дверью. А позже я узнаю страшную правду, когда он сознается мне сам:
— Валя, я тебе изменил.
Сердце пронзает острым клинком.
— Как ты можешь?
— Я мужик! У меня потребность. Прости, но ты сама виновата.
Ох, милый, это ты зря. Я не та женщина, которой можно изменять. И ты поплатишься за свой поступок. Отомщу так, что на всю жизнь запомнишь.
С каждым прожитым годом я все больше убеждалась, что наш брак с Игорем - это подарок судьбы. Мы были вместе двадцать пять лет, и у нас росли три замечательные девочки. Но все изменилось, когда в нашу жизнь вошла Катя, подруга нашей старшей дочери. Никогда бы не подумала, что Игорь сможет изменить и уйти к ней, бросив меня и наших дочерей... Мое сердце разорвалось от боли и предательства... Как дальше жить, когда твое сердце в обломках, а человек, которого ты любила всю жизнь, предал тебя с той, кого ты считала почти родной?
А теперь...и она и я беременны от него...
А теперь...и она и я беременны от него...
Выберите полку для книги