Книги в жанре «Драма»
Ольга всегда понимала цветы и умела с ними обращаться. Букеты, созданные ее руками, всегда стояли неделями. Любимый муж Илья придал ей уверенности в себе, и она открыла свой цветочный магазин. Успешная и процветающая фирма, любящий муж, ухоженный дом. Только вот деток не получается родить…
Марго - мастер по маникюру. Делает она его хорошо и имеет обширный круг клиентов, правда, она мечтает не о детях, а о своем салоне.
Что общего может быть между такими разными женщинами, кроме их мужей, имеющих общий бизнес?
Навязанное им мужьями знакомство вытаскивает на свет немало “скелетов”. Причем, не только из их личных шкафов...
***
Марго - мастер по маникюру. Делает она его хорошо и имеет обширный круг клиентов, правда, она мечтает не о детях, а о своем салоне.
Что общего может быть между такими разными женщинами, кроме их мужей, имеющих общий бизнес?
Навязанное им мужьями знакомство вытаскивает на свет немало “скелетов”. Причем, не только из их личных шкафов...
***
Стою и чувствую, как по щекам текут слезы. Ведь прямо на экране передо мной он целует другую. Тот, кого любила всей душой. Тот, кто казалось любит в ответ. Выходит все его слова пустые. Вот значит чего стоила любовь мажора. Не нужно было мне ему верить. А теперь так больно, что кажется сердце вот-вот разорвется в груди.
Отворачиваюсь и выключаю телефон. Плевать на учебу. Плевать на универ. На все теперь плевать. Видеть их больше всех не могу. Сегодня же куплю билет и уеду из города. Поживу пока у отца. Пока все не забудется. Если забудется.
Первая любовь! Наивная и трогательная. Ранимая и беззащитная. Самая страшная в своем разочаровании. Как быть, если тот кого любила всей душой, лицемерно предал. Сделал посмешищем. Растоптал и разорвал в клочья все чувства. Мстить и негодовать?! Или просто уйти? Раствориться в огромном горизонте жизни. Даже если под сердцем уже зарождается новая, нежданная, но все равно желанная надежда.
Отворачиваюсь и выключаю телефон. Плевать на учебу. Плевать на универ. На все теперь плевать. Видеть их больше всех не могу. Сегодня же куплю билет и уеду из города. Поживу пока у отца. Пока все не забудется. Если забудется.
Первая любовь! Наивная и трогательная. Ранимая и беззащитная. Самая страшная в своем разочаровании. Как быть, если тот кого любила всей душой, лицемерно предал. Сделал посмешищем. Растоптал и разорвал в клочья все чувства. Мстить и негодовать?! Или просто уйти? Раствориться в огромном горизонте жизни. Даже если под сердцем уже зарождается новая, нежданная, но все равно желанная надежда.
– Не бросай меня, Стас! Умоляю…
– Не унижайся, Марина, – презрительно цедит муж. – Ничто не заставит меня изменить свое решение. Мы разводимся. Точка.
– Прости меня! – отчаянно молю его. – Я не могу без тебя. Я…
– Ты никогда меня не любила! – яростно шипит он. – Так что не смей делать вид, что теперь что-то изменилось! Если боишься лишиться дочери, так я уже сказал, что позволю вам видеться. Но жить ты с нами больше не будешь.
– Не унижайся, Марина, – презрительно цедит муж. – Ничто не заставит меня изменить свое решение. Мы разводимся. Точка.
– Прости меня! – отчаянно молю его. – Я не могу без тебя. Я…
– Ты никогда меня не любила! – яростно шипит он. – Так что не смей делать вид, что теперь что-то изменилось! Если боишься лишиться дочери, так я уже сказал, что позволю вам видеться. Но жить ты с нами больше не будешь.
Каждая «Золушка» знает: мачеха ― существо злобное и жестокое. Но что, если это совсем не так? Что, если и мачеха может стать настоящей героиней, сильной, но при этом доброй, любящей.
Марья потеряла мужа, дом, веру в светлое будущее. Но при этом не утратила силы духа. Не опустила рук и поклялась сделать все, чтобы ее единственная дочь ни в чем не нуждалась. Кто бы знал, что новая работа преподнесет ей сюрприз в виде новой семьи. Вот только за свое счастье придется побороться…
Марья потеряла мужа, дом, веру в светлое будущее. Но при этом не утратила силы духа. Не опустила рук и поклялась сделать все, чтобы ее единственная дочь ни в чем не нуждалась. Кто бы знал, что новая работа преподнесет ей сюрприз в виде новой семьи. Вот только за свое счастье придется побороться…
— И чего ты хочешь? — услышала голос мужа, мурчащий и довольный.
— Тебя… — нежно ответила женщина.
Я прижалась к стене, замерла, только сердце оглушительно билось, кровь в ушах звенела. Что происходит вообще?!
— Женечка, любимый, так соскучилась по тебе. И день, и ночь с тобой быть хочу… — она целовала его, а он просто смотрел с холодным превосходством во взгляде.
— Евгений Борисович, — властно поправил и задрал белый халат, рукой лаская ее между ног. — Ко мне в кабинет через десятьть минут, поняла?
В машине я судорожно втянула воздух, дрожащими пальцами за руль схватилась. Мой муж мне изменяет. Я расхохоталась даже, поверить не могла.
Телефон неожиданно завибрировал. Он звонит. Что же, отвечу.
— Дина, мать твою, где ты была всю ночь? Почему телефон выключила? Где ты сейчас? — рявкнул Женя.
— Да пошел ты! — и отключилась. Теперь мы будем говорить по-другому. Теперь я точно смогу забрать у него сына!
История Макса и Дины! Все книги цикла могут читаться отдельно!
— Тебя… — нежно ответила женщина.
Я прижалась к стене, замерла, только сердце оглушительно билось, кровь в ушах звенела. Что происходит вообще?!
— Женечка, любимый, так соскучилась по тебе. И день, и ночь с тобой быть хочу… — она целовала его, а он просто смотрел с холодным превосходством во взгляде.
— Евгений Борисович, — властно поправил и задрал белый халат, рукой лаская ее между ног. — Ко мне в кабинет через десятьть минут, поняла?
В машине я судорожно втянула воздух, дрожащими пальцами за руль схватилась. Мой муж мне изменяет. Я расхохоталась даже, поверить не могла.
Телефон неожиданно завибрировал. Он звонит. Что же, отвечу.
— Дина, мать твою, где ты была всю ночь? Почему телефон выключила? Где ты сейчас? — рявкнул Женя.
— Да пошел ты! — и отключилась. Теперь мы будем говорить по-другому. Теперь я точно смогу забрать у него сына!
История Макса и Дины! Все книги цикла могут читаться отдельно!
Макар – “цирковой ребёнок” из известной династии воздушных гимнастов. Он с детства привык к кочевой жизни и постоянным переездам, поэтому ни к чему и ни к кому надолго не привязывается.
Динка – простая девчонка из маленького городка, о которой в школе ходит множество грязных слухов. Именно она сведёт Макара с ума и станет его болезненным наваждением… тем, за которое ему придётся заплатить очень высокую цену.
Динка – простая девчонка из маленького городка, о которой в школе ходит множество грязных слухов. Именно она сведёт Макара с ума и станет его болезненным наваждением… тем, за которое ему придётся заплатить очень высокую цену.
– Скажи, – хриплю, с трудом сдерживая обиду, – тебе было противно… со мной, да?
Я не могу себе представить, насколько хорошим актёром нужно быть, чтобы жениться на нелюбимой девушке ради выгоды.
Матвей резко поворачивает голову, а его потухший взгляд загорается с новой силой.
– Это не так, – он как всегда немногословен, и меня впервые начинает это раздражать.
Я жила словно в сказке. У меня был любящий муж, который носил на руках и ни в чём мне не отказывал. Но всё разрушилось в один миг, когда я узнала, что не нужна ему. Он меня никогда не любил…
Я не могу себе представить, насколько хорошим актёром нужно быть, чтобы жениться на нелюбимой девушке ради выгоды.
Матвей резко поворачивает голову, а его потухший взгляд загорается с новой силой.
– Это не так, – он как всегда немногословен, и меня впервые начинает это раздражать.
Я жила словно в сказке. У меня был любящий муж, который носил на руках и ни в чём мне не отказывал. Но всё разрушилось в один миг, когда я узнала, что не нужна ему. Он меня никогда не любил…
ОДНОТОМНИК
Я ждала предложения руки и сердца, а получила сломанную жизнь.
— Жень? — ищу в его взгляде хоть что-то. Любой намек, любую мелочь, за которую уцеплюсь, как за спасательный круг.
Он продолжает неспешно одеваться.
— И ты поверишь мне? — жестоко усмехается в ответ. Словно стреляет в сердце острыми иглами. — Ты же не дура.
— Скажи хоть что-нибудь! — кричу сквозь текущие слезы.
Белокурая девица кокетливо поправляет идеальные локоны. И сидит. В нашей с Женей постели.
— Я облажался, Кать.
***
Мы вместе всю жизнь.
Играли в детском саду, сидели за одной партой. Ходили за ручку. Были первыми друг у друга во всем. Он стал успешным, а я — счастливой рядом с ним.
Казалось, мы будем вместе навеки. Как в красивой сказке.
Но я горько ошибалась.
Я ждала предложения руки и сердца, а получила сломанную жизнь.
— Жень? — ищу в его взгляде хоть что-то. Любой намек, любую мелочь, за которую уцеплюсь, как за спасательный круг.
Он продолжает неспешно одеваться.
— И ты поверишь мне? — жестоко усмехается в ответ. Словно стреляет в сердце острыми иглами. — Ты же не дура.
— Скажи хоть что-нибудь! — кричу сквозь текущие слезы.
Белокурая девица кокетливо поправляет идеальные локоны. И сидит. В нашей с Женей постели.
— Я облажался, Кать.
***
Мы вместе всю жизнь.
Играли в детском саду, сидели за одной партой. Ходили за ручку. Были первыми друг у друга во всем. Он стал успешным, а я — счастливой рядом с ним.
Казалось, мы будем вместе навеки. Как в красивой сказке.
Но я горько ошибалась.
Он богатый и властный. Ему нельзя сказать нет. Вот и мой муж не смог, когда его босс захотел меня. Смогу ли я оплатить долг и не вляпаться во что-то большее?
- Что происходит? – стараюсь говорить дерзко и не показывать, что испугалась.
- Что происходит… - передразнивает мужик за моей спиной. – Слышь, Богдан Сергеевич, тут спрашивают, что происходит. Санёк, сам своей жене объяснишь, где облажался или нам право предоставишь?
Перевожу взгляд на мужа. Он бледный, как больничная простынь. Боится. Но не сказать мне правду, а этих двоих. Он ужасно испуган и засунул свой обычно не в меру болтливый язык в известное место.
- Саш? – это уже я подаю голос, потом что напряжение такое, что едва его выдерживаю.
- Алинка, поедешь с ними, - выдаёт он и стирает пот со лба ладонью.
- Что? – оглядываюсь. – С чего это вдруг.
- Надо.
- А конкретнее.
- Конкретнее некуда.
- Конкретнее? Конкретнее, придётся тебе долги мужа отработать.
- Что происходит? – стараюсь говорить дерзко и не показывать, что испугалась.
- Что происходит… - передразнивает мужик за моей спиной. – Слышь, Богдан Сергеевич, тут спрашивают, что происходит. Санёк, сам своей жене объяснишь, где облажался или нам право предоставишь?
Перевожу взгляд на мужа. Он бледный, как больничная простынь. Боится. Но не сказать мне правду, а этих двоих. Он ужасно испуган и засунул свой обычно не в меру болтливый язык в известное место.
- Саш? – это уже я подаю голос, потом что напряжение такое, что едва его выдерживаю.
- Алинка, поедешь с ними, - выдаёт он и стирает пот со лба ладонью.
- Что? – оглядываюсь. – С чего это вдруг.
- Надо.
- А конкретнее.
- Конкретнее некуда.
- Конкретнее? Конкретнее, придётся тебе долги мужа отработать.
Ночью просыпаюсь в холодном поту. Мне снова снится один и тот же сон. Кошмар. Как взрывается машина, в которой находился Богдан.
Я не желала ему смерти. Думать могла, что ненавижу, или пожелать мысленно, чтобы сдох, но чтобы серьёзно. Нет… никогда.
Два года прошло с тех пор, у меня дочь, я убежала далеко и думала, что надежно спряталась от всех врагов. Как же я ошибалась...
Я не желала ему смерти. Думать могла, что ненавижу, или пожелать мысленно, чтобы сдох, но чтобы серьёзно. Нет… никогда.
Два года прошло с тех пор, у меня дочь, я убежала далеко и думала, что надежно спряталась от всех врагов. Как же я ошибалась...
Выберите полку для книги