Читать и слушать книги

С момента нашей встречи прошло полгода, но большой ли это срок для тех чувств, которые я испытала с ними, отцом моей лучшей подруги и его братом? Я отправилась в тур на Средиземное море, чтобы ознаменовать начало самостоятельной жизни, только вот подруга забыла предупредить: сюда приехала и ее семья. Куда деться в чужой стране, как спрятаться от неразделенной любви? Я разрываюсь и схожу с ума, ведь они нужны мне оба. Отец подруги и его брат.

Аудиоверсия - двухголоска

В ночном клубе я переспала с очень сексуальным парнем, но сбежала, испугавшись, что он разобьет мне сердце. Каково же было мое удивление, когда я узнала, что этот парень - мой сосед снизу!
Я затопила его квартиру, и, теперь, он требует возместить ему ущерб.
Вас ждет: противостояние и притяжение, горячие сцены, эмоции и накал страстей, пошлый юмор и легкий слог без излишнего драматизма. Хеппи Энд - обязателен!

Узнав об измене парня-альфонса, я без лишних сантиментов высаживаю его на пустынной трассе и гордо уезжаю в закат.
Но недалеко.
Дождь стеной и размытые дороги приводят меня в дом к суровому и крайне горячему деревенскому мачо.
Вот только, где я - городская бизнесвумен в брендовых туфлях, и где он - простой работяга.
Однако, у судьбы на нас свои планы…

🌹Деревня, покой… куда там! Соседка соблазнительная за забором такое вытворяет! И неважно, что не для меня! Нечего будить во мне ненасытного зверя!

В соседях теперь брутальный красавчик! Пялится на меня и руки загребущие норовит протянуть. Нахал!
Ничего! Для озабоченных крапива за сараем имеется. Сразу все желание отвалится! И не надо меня поцелуями и объятиями горячими соблазнять! Не надо, я сказала! М-м…

— Ты ведь знаешь, в какой позе огород окучивают? — дикий самец рывком за талию врезает в свою грудь. Огромный. И горячий.
— Ну ты и скотина! — дергаюсь, отбиваясь от стальных объятий деревенского мужлана, незнающего, как вести себя с таким цветочком, как я.
— А ты и не против? — огрубевшими пальцами ласкает поясницу. И приятная истома мне совсем не нравится. — Чтобы я тебя розгами по мягкому месту.
И грязно воркует мне на ушко:
— Жестко-сладкое наказание.
***
Мне. Позволено. Всё.
Но у папки окончательно лопается терпение, и он отправляет меня на выселки. В какое-то захолустье. На перевоспитание.
И у меня почти получилось пережить этот ужас среди комаров и рабского труда на грядках...
Если бы не один высокомерный деревенский придурок с внешкой греческого божества, решившего, что может поставить меня на колени.

— Ты же сама ко мне ворвалась, — говорит он, низким, хриплым голосом. Уголок его губ приподнимается в медленной, хищной усмешке. — Разве нет?

— Я… я не знала, что вы дома, — лепечу я, чувствуя, как жар поднимается к щекам от осознания того, что я видела. — И вообще... Закрываться надо!

Делаю отчаянную попытку проскользнуть мимо, к выходу, но спотыкаюсь, и я, теряя равновесие, хватаюсь за первое, что попадается под руку. Лежу на полу, сжимая в руках полотенце, которое секунду назад прикрывало бедра Мая.


Я с детства влюблена в отца своей подруги и знала, что мои чувства не взаимны.
Однажды, я осталась у неё с ночёвкой, зашла в ванну и увидела его, стоящего спиной ко мне. Абсолютно без одежды...
Шикарное тело, мускулистые руки...
В его руках телефон.
И он... тщательно рассматривает фото.
На котором изображена я.

Подслушав разговор своего шефа с его другом, я была вне себя от негодования.
Мало того, что Роман Викторович проехался по моей внешности, так еще и заменить меня собрался самым подлым образом.
Не позволю!
Я ему еще покажу «серую мышь».
Однако, кто ж знал, что я сама пропаду в этой игре…

Моего плеча касается рука. Оборачиваюсь и тону в темных глазах молодого пацана. Это… Он?
Парень провел взглядом по каждой лишней складке на моём теле. Хотелось развести руками и сказать: “Чем богаты, тому и рады”.
Черт, нет. Не так он должен рассматривать старшую сводную сестру с лишним весом!

— «Нанесение средней тяжести здоровью капитану полиции, похищение дочери генерала Найдёнова и удержание её в заложниках на квартире по адресу…» — тихо читает вслух мой будущий тесть, и с каждым словом его лицо становится всё темнее.
Когда он поднимает от бумаг взгляд, в его глазах полыхает такой огонь, что мне становится не по себе.
— Как ты мог, Стёпа?! — взрывается он, вскакивая из-за стола. — Ты хоть представляешь, что сотворил с моей дочерью?!
— Любовь у нас, — морщусь от того, как в запястья врезаются металлические обручи наручников.
— И поэтому ты решил похитить её, как какой-то дикий горец? Удерживал против воли?
— Всё было не так! — рявкаю, чувствуя, как внутри всё закипает.
— И как же? — генерал скрещивает руки на груди, а его взгляд буравит меня насквозь.
А дело было так…

— Богдан Андреевич, это неправильно... — вся заплаканная и расстроенная слезы по лицу мажу.
Папа моего бывшего собственнически усаживает к себе на коленочки и так обнимает надёжно, крепко, что тело всё горит.
— Неправильно, то что ты плачешь, — костяшкой пальца по щечке гладит и дышит так горячо мне на ушко. Съеживаюсь вся у него на коленях.
— Обижать таких лапочек нельзя, — с игривой серьёзностью трется носом о мою шею и жадно дышит. — И я намерен исправить эту ситуацию... — хватает за подбородок. Заставляет смотреть ему в глаза. И невзначай трепетно гладит...