Читать и слушать книги
– Агата – достойная партия, скромная, послушная, — говорил дед. – Лучше супруги тебе не сыскать.
– Нет, – прозвучал хриплый ответ. Пауза. И уверенное: – Я беру другую. Младшую.
– Что? – переспросил дед.
– Я хочу младшую.
В кабинете воцарилась мертвая тишина.
Господи, что он сказал?
Переглянулись с побледневшей сестрой.
– Как это младшую? – растерялся дед. – Договор был про старшую. А Нина – она еще юная. Ей двадцать лет. Ее воспитывать надо, ломать.
– Я сломаю.
– Она непокорная...
– Мне – покорится.
– Но Руслан...
— Я сказал, она будет моей женой, — голос Юсупова стал жестким, как сталь. – Свадьба через неделю.
Моя старшая сестра должна была выйти замуж за Руслана Юсупова – жесткого авторитета, чьи руки по локоть в крови.
Но он увидел меня.
И потребовал в жены.
Ведь мы с этим мужчиной уже встречались. Всего один раз, три месяца назад.
Той ночью я от него сбежала.
Но сделала такое, что он теперь хочет мне отомстить.
– Нет, – прозвучал хриплый ответ. Пауза. И уверенное: – Я беру другую. Младшую.
– Что? – переспросил дед.
– Я хочу младшую.
В кабинете воцарилась мертвая тишина.
Господи, что он сказал?
Переглянулись с побледневшей сестрой.
– Как это младшую? – растерялся дед. – Договор был про старшую. А Нина – она еще юная. Ей двадцать лет. Ее воспитывать надо, ломать.
– Я сломаю.
– Она непокорная...
– Мне – покорится.
– Но Руслан...
— Я сказал, она будет моей женой, — голос Юсупова стал жестким, как сталь. – Свадьба через неделю.
Моя старшая сестра должна была выйти замуж за Руслана Юсупова – жесткого авторитета, чьи руки по локоть в крови.
Но он увидел меня.
И потребовал в жены.
Ведь мы с этим мужчиной уже встречались. Всего один раз, три месяца назад.
Той ночью я от него сбежала.
Но сделала такое, что он теперь хочет мне отомстить.
Утро понедельника началось хреново: молодой любовник назвал меня чужим именем, кошка смотрела с презрением, а бывший мужчина (он же мой начальник) влепил выговор при всех. Я заперлась в туалете бизнес-центра, посмотрела в зеркало и спросила: «Катя, и ради чего всё это?»
Зеркало ответило порталом в другой мир.
Теперь я — попаданка в Академии невест местного Владыки-дракона. Конкурентки — юные красотки с идеальной кожей и магией соблазнения. У меня — тридцать семь лет жизненного опыта, навыки HR-директора и полное отсутствие магии.
Чтобы выжить и вернуться домой к кошке, нужно всего лишь провалить отбор. Но тут появляется ОН — начальник стражи. Холодный, опасный, с грустными глазами и шрамом на скуле. И почему при виде него хочется не драпать, а... обнять? Или не только?
Кажется, мой план трещит по швам.
Зеркало ответило порталом в другой мир.
Теперь я — попаданка в Академии невест местного Владыки-дракона. Конкурентки — юные красотки с идеальной кожей и магией соблазнения. У меня — тридцать семь лет жизненного опыта, навыки HR-директора и полное отсутствие магии.
Чтобы выжить и вернуться домой к кошке, нужно всего лишь провалить отбор. Но тут появляется ОН — начальник стражи. Холодный, опасный, с грустными глазами и шрамом на скуле. И почему при виде него хочется не драпать, а... обнять? Или не только?
Кажется, мой план трещит по швам.
— Твой жених не приедет, Дина.
— Кто вы такой?! Пустите сейчас же!
Его горячая ладонь ложится на мою талию, безжалостно сминая белый шелк свадебного платья, а пальцы жестко заставляют поднять голову.
— Меня зовут Тархан. И ты принадлежишь мне.
Я в панике отчаянно бью его кулаками, пытаюсь вырваться, но он резким, неумолимым движением перекидывает меня через плечо.
— Успокойся, — приказывает он строго, шагая к выходу. — Ты едешь со мной. В горы. Теперь ты моя невеста. Смирись.
— Кто вы такой?! Пустите сейчас же!
Его горячая ладонь ложится на мою талию, безжалостно сминая белый шелк свадебного платья, а пальцы жестко заставляют поднять голову.
— Меня зовут Тархан. И ты принадлежишь мне.
Я в панике отчаянно бью его кулаками, пытаюсь вырваться, но он резким, неумолимым движением перекидывает меня через плечо.
— Успокойся, — приказывает он строго, шагая к выходу. — Ты едешь со мной. В горы. Теперь ты моя невеста. Смирись.
Мое обнаженное тело прикрывает лишь длинная белая накидка – символ чистоты, того, что я невинна. Меня украли, когда мы с подругой отдыхали в Турции, а после продали шейху Эмирхану ибн Аслан Аль Мактуму за баснословные деньги. Больше моя жизнь никогда не будет прежней, ведь теперь я в его плену.
Я не собиралась его ненавидеть.
И влюбляться в него тоже не планировала.
Александр Сергеевич Градов — профессор права, адвокат с собственной фирмой и глазами, от взгляда которых хочется либо бежать, либо растечься лужицей у его ног.
Холодный. Недосягаемый. Опасно притягательный.
Проиграв пари подругам, я должна признаться ему в любви.
Глупая шутка. Невинная выходка.
До тех пор, пока я не выдыхаю: — Я люблю вас, профессор.
А позже вечером сталкиваюсь с ним снова — там, где нет правил, нет границ… и нет свидетелей.
И влюбляться в него тоже не планировала.
Александр Сергеевич Градов — профессор права, адвокат с собственной фирмой и глазами, от взгляда которых хочется либо бежать, либо растечься лужицей у его ног.
Холодный. Недосягаемый. Опасно притягательный.
Проиграв пари подругам, я должна признаться ему в любви.
Глупая шутка. Невинная выходка.
До тех пор, пока я не выдыхаю: — Я люблю вас, профессор.
А позже вечером сталкиваюсь с ним снова — там, где нет правил, нет границ… и нет свидетелей.
Крохотная комнатка, скрипучая кровать с панцирной сеткой и он.
Огромный зэк, чьей игрушкой я стала.
— Прошу вас, не надо, — умоляю, прикрываясь руками.
— Я с бабой не был месяц. Буду отрываться.
Делает шаг ко мне, и пространства между нами не остается.
Огромный зэк, чьей игрушкой я стала.
— Прошу вас, не надо, — умоляю, прикрываясь руками.
— Я с бабой не был месяц. Буду отрываться.
Делает шаг ко мне, и пространства между нами не остается.
Его пальцы — на её запястьях, обе руки — над головой, прижаты к стене одной его ладонью. Второй рукой он вёл по её телу — медленно, как по карте, запоминая маршрут. Живот. Рёбра. Изгиб груди. Вера дёрнулась — и его хватка стала жёстче.
-Не двигайся.
- Я не могу.
- Можешь. Для меня — можешь.
Скажи "да", Вера.
Она сказала. Не голосом — всем телом.
Он — миллиардер с ледяным контролем, который трещит, когда она рядом. Она — девчонка с долгами и гордостью, которая не гнётся, даже когда он ставит её на колени.
Ему не нужна любовь — ему нужна она.
-Не двигайся.
- Я не могу.
- Можешь. Для меня — можешь.
Скажи "да", Вера.
Она сказала. Не голосом — всем телом.
Он — миллиардер с ледяным контролем, который трещит, когда она рядом. Она — девчонка с долгами и гордостью, которая не гнётся, даже когда он ставит её на колени.
Ему не нужна любовь — ему нужна она.
— Вы здесь незаконно, миледи, — рокочет он прямо над ухом, прижимая мои запястья к стене. — Но я могу закрыть на это глаза.
— Я не продаюсь, милорд, — шиплю я.
— Зато... сдаётесь. В аренду.
Наместник города, бессовестно красивый огненный дракон, спас меня от пьяных солдат и узнал мой секрет. Он поставил меня перед выбором — или уехать обратно к мужу, который хотел меня убить. Или... Принять его предложение.
Этот огненный гад не на ту напал. Я так просто не сдамся. Ни в аренду. Никак.
— Я не продаюсь, милорд, — шиплю я.
— Зато... сдаётесь. В аренду.
Наместник города, бессовестно красивый огненный дракон, спас меня от пьяных солдат и узнал мой секрет. Он поставил меня перед выбором — или уехать обратно к мужу, который хотел меня убить. Или... Принять его предложение.
Этот огненный гад не на ту напал. Я так просто не сдамся. Ни в аренду. Никак.
Я не спала всю ночь после первого дня. Тело помнило каждое прикосновение, каждый взгляд. Я сходила с ума от желания вернуться, но страх и стыд шептали, что это неправильно, что я не должна, что я сломаюсь. До последней минуты я сомневалась, рвалась на части ехать или нет. Но когда чёрная машина остановилась у подъезда, я села в неё, потому что иначе не могла.
— Ты же говорил, что не любишь её! Почему не разводишься? – капризно надувает губы наша новая домработница.
— Брошу, но позже. Сейчас её папаша пристроит меня в Министерство на место Бронникова, а сам на пенсию уйдёт. Старый козёл… Достало уже под его дудку плясать, — отвечает мой муж.
— А мне кажется, ты её любишь. И её сыночка от другого мужика.
— Я и жену, и спиногрыза её терпеть не могу, только вид делаю… Знаешь, как тяжело притворяться двадцать четыре на семь?
— А что с ребёнком? Откажешься от него? – допытывалась домработница, нежась в моей постели.
— Естественно. Пусть его Волков воспитывает. Родной папаша. Он даже не в курсе, что Вика от него родила… Сюрприз будет. Кстати, он в город вернулся. Только бы они не сошлись раньше времени…
— Брошу, но позже. Сейчас её папаша пристроит меня в Министерство на место Бронникова, а сам на пенсию уйдёт. Старый козёл… Достало уже под его дудку плясать, — отвечает мой муж.
— А мне кажется, ты её любишь. И её сыночка от другого мужика.
— Я и жену, и спиногрыза её терпеть не могу, только вид делаю… Знаешь, как тяжело притворяться двадцать четыре на семь?
— А что с ребёнком? Откажешься от него? – допытывалась домработница, нежась в моей постели.
— Естественно. Пусть его Волков воспитывает. Родной папаша. Он даже не в курсе, что Вика от него родила… Сюрприз будет. Кстати, он в город вернулся. Только бы они не сошлись раньше времени…
Выберите полку для книги