Читать и слушать книги
— Никогда не женюсь! Тем более на ней! — патетично заявили в одной части города.
— Замуж? За ЭТОГО? Никогда! — подтвердил женский голос в другой.
У оперуполномоченного Льва Скиртача беда — астролог предсказала, что в этом году он женится! Так сложились звезды! Вот только Лев не верит в астрологию, а жениться в его планы не входит! Он лучше выведет на чистую воду аферистку, которая мнит себя астрологом, и съест свой паспорт, но жениться… Никогда! Или…
ВНИМАНИЕ! В ИСТОРИИ МНОГО СПОЙЛЕРОВ ИЗ РОМАНА "НАГЛЫЙ. ДЕРЗКИЙ. РОДНОЙ".
— Замуж? За ЭТОГО? Никогда! — подтвердил женский голос в другой.
У оперуполномоченного Льва Скиртача беда — астролог предсказала, что в этом году он женится! Так сложились звезды! Вот только Лев не верит в астрологию, а жениться в его планы не входит! Он лучше выведет на чистую воду аферистку, которая мнит себя астрологом, и съест свой паспорт, но жениться… Никогда! Или…
ВНИМАНИЕ! В ИСТОРИИ МНОГО СПОЙЛЕРОВ ИЗ РОМАНА "НАГЛЫЙ. ДЕРЗКИЙ. РОДНОЙ".
- Лисевский, даже если ты будешь последним мужчиной на земле, я с тобой никуда не поеду.
- А что, рылом не вышел?- злобно улыбается.- Вроде не урод и многим нравлюсь.
- Тебе бы не мешало к психоаналитику походить, а то самоуверенность и высокомерие прёт со всех щелей. Приземлиться не помешает. Встать на один уровень с другими людьми. Не всё в этом мире крутится вокруг тебя, Тимур.
- Правильно. Всё крутится вокруг Миры...
- А что, рылом не вышел?- злобно улыбается.- Вроде не урод и многим нравлюсь.
- Тебе бы не мешало к психоаналитику походить, а то самоуверенность и высокомерие прёт со всех щелей. Приземлиться не помешает. Встать на один уровень с другими людьми. Не всё в этом мире крутится вокруг тебя, Тимур.
- Правильно. Всё крутится вокруг Миры...
Поправляю белое платье, которое мне не нравится. Мама выбрала его по своему вкусу, а я всего лишь надела. Хочется плакать. Пока я в шикарной спальне жду мужа, в душе нарастает жуткая тревога. Этот человек мне незнаком. Я его не люблю и попросту боюсь.
Замуж насильно в наше время.
Хлопает дверь.
– Раздевайся, – бросает мне муж.
– Что? – переспрашиваю я, не в силах поверить.
Замуж насильно в наше время.
Хлопает дверь.
– Раздевайся, – бросает мне муж.
– Что? – переспрашиваю я, не в силах поверить.
Он медленно поворачивает голову в мою сторону. Звериные глаза яростно сверкают.
— Ты не представляешь, что тебя ждет, — его голос бьет по сознанию. — Ты не годишься в наложницы. Это верно. Но это не значит, что тебе повезло.
— Что ты собираешься делать? — поднимаю голову, смотрю на него снизу вверх. В качестве ответа на мой вопрос мужчина поднимает меня и забрасывает себе на плечо.
♡♡♡
В мире нагов я бракованный трофей. Их яд может меня убить, поэтому в наложницы этим монстрам я, к счастью, не гожусь. Меня ждет участь простой служанки и я этому рада. Все меняется, когда приходят они…
Захватчики. Я становлюсь истинной для их безжалостного предводителя и теперь он меня не отпустит.
Но больше всего меня пугает его брат. У него на меня свои планы...
— Ты не представляешь, что тебя ждет, — его голос бьет по сознанию. — Ты не годишься в наложницы. Это верно. Но это не значит, что тебе повезло.
— Что ты собираешься делать? — поднимаю голову, смотрю на него снизу вверх. В качестве ответа на мой вопрос мужчина поднимает меня и забрасывает себе на плечо.
♡♡♡
В мире нагов я бракованный трофей. Их яд может меня убить, поэтому в наложницы этим монстрам я, к счастью, не гожусь. Меня ждет участь простой служанки и я этому рада. Все меняется, когда приходят они…
Захватчики. Я становлюсь истинной для их безжалостного предводителя и теперь он меня не отпустит.
Но больше всего меня пугает его брат. У него на меня свои планы...
Пошла с подружкой в секонд-хенд, а оказалась в другом мире!
Причем по приглашению. Правда, звали меня на отбор для императора демонов… Кто же знал, что, в шутку согласившись, я окажусь не во дворце, а в самой элитной военной академии империи, и местный артефакт зачислит меня на обучение. Жаль только, никто не упомянул, что выбраться отсюда раньше времени возможно только ногами вперед…
А я уже сказала, что женщин в роли курсантов - да и вообще женщин - в этой треклятой академии сроду не водилось?!
Что ж, теперь в ней завелась я и, похоже, попутно завела двух недовольных моим появлением маршалов: один - грубиян и бабник каких поискать, а второй - убийственно сексуальный, вечно хмурый святоша.
Причем по приглашению. Правда, звали меня на отбор для императора демонов… Кто же знал, что, в шутку согласившись, я окажусь не во дворце, а в самой элитной военной академии империи, и местный артефакт зачислит меня на обучение. Жаль только, никто не упомянул, что выбраться отсюда раньше времени возможно только ногами вперед…
А я уже сказала, что женщин в роли курсантов - да и вообще женщин - в этой треклятой академии сроду не водилось?!
Что ж, теперь в ней завелась я и, похоже, попутно завела двух недовольных моим появлением маршалов: один - грубиян и бабник каких поискать, а второй - убийственно сексуальный, вечно хмурый святоша.
– Ты же понимаешь, какую плату за свою помощь я попрошу? – Давид вопросительно смотрит на меня, а мое сердце заходится бешеным ритмом.
– Какую? – едва размыкаю губы, чтобы спросить.
Мужчина поднимается с широкого кожаного диванчика и подходит ближе.
Застываю, точно каменная статуя, пока он проводит горячими пальцами по моей щеке.
– Тебя.
Одно единственное слово, пронзает насквозь.
– И если ты согласишься… – теперь Давид совсем близко, и я перестаю дышать. – Мне будет позволено все.
Я пришла просить помощи у человека, к которому никогда бы не хотелось обращаться. Потому что только он способен остановить моего мужа и спасти мне жизнь.
– Какую? – едва размыкаю губы, чтобы спросить.
Мужчина поднимается с широкого кожаного диванчика и подходит ближе.
Застываю, точно каменная статуя, пока он проводит горячими пальцами по моей щеке.
– Тебя.
Одно единственное слово, пронзает насквозь.
– И если ты согласишься… – теперь Давид совсем близко, и я перестаю дышать. – Мне будет позволено все.
Я пришла просить помощи у человека, к которому никогда бы не хотелось обращаться. Потому что только он способен остановить моего мужа и спасти мне жизнь.
— Аврора, ты уходишь со мной!
— Нет! — бросила гневно. Подошла к нему, заглядывая в самое сердце глаз. Как я могла разглядеть в них что-то кроме жестокости? — Как ты мог?
— Что? — с претензией.
— Ты такой же гнусный мерзавец, как и твой брат! — закричала на него. Моргнула, выпуская накатившие слезы. Рука Виктора потянулась к щеке, но я отбила ее. — Не смей прикасаться ко мне! Ты больше никогда меня не тронешь.
— Аврора, все иначе, чем есть на самом деле.
— Ты тварь последняя, Виктор, — онемевшими губами. — Ненавижу тебя, слышишь! Всю жизнь мне сломал и хочешь продолжить? Убирайся! — качала головой, отрицая свои же слова. Горячие дорожки на щеках обжигали. — Лучше бы ты меня убил!
***
Больше года я искал убийцу брата. Наказывал невиновных. Проливал кровь в пустую. И вот теперь наконец-то нашел. Только за это время мой пыл мести изменился, жертв и так было достаточно. Поэтому я отниму у него самое дорогое, как он отнял у меня.
Я заберу его дочь…
— Нет! — бросила гневно. Подошла к нему, заглядывая в самое сердце глаз. Как я могла разглядеть в них что-то кроме жестокости? — Как ты мог?
— Что? — с претензией.
— Ты такой же гнусный мерзавец, как и твой брат! — закричала на него. Моргнула, выпуская накатившие слезы. Рука Виктора потянулась к щеке, но я отбила ее. — Не смей прикасаться ко мне! Ты больше никогда меня не тронешь.
— Аврора, все иначе, чем есть на самом деле.
— Ты тварь последняя, Виктор, — онемевшими губами. — Ненавижу тебя, слышишь! Всю жизнь мне сломал и хочешь продолжить? Убирайся! — качала головой, отрицая свои же слова. Горячие дорожки на щеках обжигали. — Лучше бы ты меня убил!
***
Больше года я искал убийцу брата. Наказывал невиновных. Проливал кровь в пустую. И вот теперь наконец-то нашел. Только за это время мой пыл мести изменился, жертв и так было достаточно. Поэтому я отниму у него самое дорогое, как он отнял у меня.
Я заберу его дочь…
Если вечером уснуть в чужой квартире, то ночью можно проснуться в весьма пикантной ситуации.
Старший брат подруги поймал меня в своей постели, и, похоже, не собирается меня отсюда выпускать.
Знакомьтесь, Геркулесов Давид, 30 лет. Бабник, прожигатель жизни и совершенно не подходящий для меня, студентки-первокурсницы, опасный тип.
Беги, Злата, беги!
Только вот получится ли сбежать от этого настойчивого нахала?
Старший брат подруги поймал меня в своей постели, и, похоже, не собирается меня отсюда выпускать.
Знакомьтесь, Геркулесов Давид, 30 лет. Бабник, прожигатель жизни и совершенно не подходящий для меня, студентки-первокурсницы, опасный тип.
Беги, Злата, беги!
Только вот получится ли сбежать от этого настойчивого нахала?
Пять лет назад, безумно устав от постоянной слежки, скандалов и рукоприкладства мужа, я решила найти в лице своего охранника-водителя союзника. Какая же я была тогда глупенькая. Совсем незаметно между нами начали витать флюиды, а позже я влюбилась в него.
На всю свою голову.
Но оказалось, что для меня нет места в жизни Глеба Григорьевича. Я лишь инструмент в его “игре”. Своего он добился, а я осталась лишь “выброшенным мусором”.
Возможно ли спустя года вернуть любовь или потухшие чувства уже не разжечь?
Но если при виде НЕЁ сердце заходится в бешеной гонке и полный кавардак из эмоций.
Но если при виде НЕГО по телу бежит дрожь, а мозг до сих пор помнит его касания, аромат и вкус поцелуя.
Что это, если не любовь?
На всю свою голову.
Но оказалось, что для меня нет места в жизни Глеба Григорьевича. Я лишь инструмент в его “игре”. Своего он добился, а я осталась лишь “выброшенным мусором”.
Возможно ли спустя года вернуть любовь или потухшие чувства уже не разжечь?
Но если при виде НЕЁ сердце заходится в бешеной гонке и полный кавардак из эмоций.
Но если при виде НЕГО по телу бежит дрожь, а мозг до сих пор помнит его касания, аромат и вкус поцелуя.
Что это, если не любовь?
— У меня к тебе предложение. Как к женщине.
— Мне… Мне не интересно… — говорю задыхаясь.
Я давно не маленькая девочка и прекрасно понимаю к чему клонит Меркулов.
— Ты еще не слышала само предложение.
— Ты мне предлагаешь отношения? — наивно спрашиваю.
— Я тебе предлагаю секс.
Он циничный жесткий беспринципный мужчина. А я…
Я ненавижу мужчин и боюсь их. Слишком много боли в моем прошлом.
Он не знает слова “нет” и хочет моего полного доверия. Но разве я могу это сделать? Ведь цена ошибки слишком высока.
✔Альтернативная Россия
✔Тяжёлое прошлое
✔Мат
— Мне… Мне не интересно… — говорю задыхаясь.
Я давно не маленькая девочка и прекрасно понимаю к чему клонит Меркулов.
— Ты еще не слышала само предложение.
— Ты мне предлагаешь отношения? — наивно спрашиваю.
— Я тебе предлагаю секс.
Он циничный жесткий беспринципный мужчина. А я…
Я ненавижу мужчин и боюсь их. Слишком много боли в моем прошлом.
Он не знает слова “нет” и хочет моего полного доверия. Но разве я могу это сделать? Ведь цена ошибки слишком высока.
✔Альтернативная Россия
✔Тяжёлое прошлое
✔Мат
Выберите полку для книги