Мы повстречались, когда я была ещё школьницей. Он произнес слова, меняя мою судьбу: "Малышка, ты будешь моей! Расти быстрее", и исчез из моей жизни. И вот, когда я повзрослела, он внезапно вернулся. Сердце, несмотря на годы и разлуку, вновь пламенеет. Война чувств началась, и я полна решимости не сдаваться без борьбы. Ждала я, и теперь настало его время подождать...

— Чего вы хотите? — выдаю дрожащим голосом, захлебываясь во мраке и похоти голубых глаз.
— Я. Хочу. Тебя.
— Но вы отец моего парня! — от волнения спазм сдавливает горло.
— Это временная трудность. К тому же, у тебя нет выбора, — небрежно замечает Денис и нахально хмылится, наслаждаясь моей бурной реакцией.
Мне душно. Невыносимо жарко под пронизывающим взглядом.
Но я не могу пошевелиться. Он парализовал меня, чтобы приблизиться и свести с ума кротким шепотом.
И непристойной правдой.
— О чем вы говорите? — вся дрожу.
— Не прикидывайся дурочкой, — кончиком носа по скуле и меня дергает. — Ты же не хочешь, чтобы мой сын узнал всю правду о тебе? — влажное дыхание бьёт в шею. И меня замораживает. Колотит от страха.
Пока Денис Викторович цепляет на кончик пальца лямку моей ночнушки и тянет вниз.

***
Отец парня знает мой секрет.
И за его сохранность я вынуждено становлюсь бесправной игрушкой в руках мужчины.

— Что вы делаете? Ты же сказал… ты сказал, что вы не будете!..
— Не будем торопиться, говорил. Но чувствую, уже точно пора. А мы же не можем заставлять девушку ждать и мучиться от желания, верно, Серж?
— Верно, — улыбается он, облизывается и приподнимает девочку за талию, помогает мне стянуть с нее юбку.
— Нет, нет, нет, ребят! Вы чего? Не надо. Поигрались, и хватит…
— Надо, солнце. Все взаимно. Ты нам устроила бизнес-тренинг, а мы тебе... немного другой. Но я обещаю, тебе очень, очень понравится.

В тексте присутствуют:
* постельные сцены
* принуждение
* нецензурная лексика
* МЖМ
* очень горячо и откровенно

ХЭ с двумя мужчинами

– Ты все еще моя девочка!
– Я больше не твоя, - выталкиваю слова, дрожа всем телом от его опасной близости.
– Это не вопрос. Утверждение. Я хочу тебя снова.
– Нет! - моментально вспыхиваю под его огненным взглядом.
– Ответ неправильный. Будешь моим трофеем...еще раз.

***
Вадим Лютов - опасный криминальный авторитет. Когда-то он посмеялся и растоптал мои чувства. Мне пришлось бежать и сейчас нужно что-то придумать, лишь бы он не узнал о маленькой тайне с его глазами.

– Господин Каримов, вам предъявляется обвинение по нескольким тяжким статьям.
Стараюсь совладать с голосом и раскрываю перед бандитом папку.
А он смотрит только на меня.
– Сколько хочешь? – спрашивает.
– Что? – не понимаю.
Лишь чувствую, как от него пахнет. Опасностью и смертью.
Каримов усмехается.
Дежурный у входа в допросную почему-то отводит взгляд.
– Сколько тебе нужно дать, чтобы поиметь прямо сейчас на этом столе?

Каримов опасный бандит, держащий в страхе половину города. А еще он виновен в смерти моего отца и проблемах сестры. И я не успокоюсь, пока этот мерзавец не получит по заслугам.

– Я напишу на тебя заявление, если тронешь! – голос срывался от страха. – Тебя посадят за изнасилование! И ты опять поедешь в зону!
– Значит, инфу по мне ты пробивала? – он многозначительно прищурился. – Понравился я тебе, да, Лапуль?
– Вообще нет! – я уперлась в его плечи.
Зрачки Лихача расширились.
– Кажется, ты мне отчаянно врешь, – хрипло сказал он.
– Нет!
– Да-а, – довольно пророкотал он. – Я же вижу. Ты меня тоже хочешь, моя капризная штучка.
Жизнь подкинула мне соседа в виде Лихача. Наглого, самодовольного и безумно притягательного мужчину. Он не понимает слова «НЕТ», я нужна ему как трофей. И он не собирается тормозить, пока не получит меня всю.

Я загадала его, будучи девчонкой. Колода карт, свеча, и моё воображение нарисовало того самого суженого. И он пришёл. Видный, обаятельный, но… оказался совсем не судьбой. Матвей разбил мои наивные мечты о любви и исчез, оставив за собой лишь горький привкус несбывшегося.
Пять лет спустя. В канун Нового года я снова беру в руки карты, снова представляю его образ. Это было глупо, но… он снова появляется в моей жизни.
Судьба играет со мной или дает второй шанс?

— Уходи, Матвей, — попыталась сказать твёрдо, но это прозвучало больше как слабая мольба.
— Хочешь, чтобы я отпустил тебя? — Он говорил тихо и голос был больше похож на вибрацию, чем на слова. — Тогда скажи это. Скажи мне, что ты не хочешь этого так же сильно, как я.

– Тебе же понравилось на отработке, – шепчет мажор.
– Нет!
– Врешь, огонёк. Сама просила меня. Целовала и трогала…
– Это было помутнение рассудка! – напоминаю ему и стараюсь отпихнуть.
– Я не согласен. Нужно повторить, чтобы сделать вывод.
С мстительной улыбкой кидаю мяч в однокурсника.
– Вы! Двое! Нарушаете дисциплину, – недовольно кричит преподаватель. – Жду вас на отработке! Сегодня!
Парень нагло улыбается мне, обещая устроить жаркий вечер.

– Выйдите немедленно! – кричу на отца своего жениха, прикрываясь халатиком.
– Не смей повышать на меня голос! – рявкает он.
Подходит ко мне, хватает за подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза. 
– Что вы делаете?! Я невеста вашего сына!
– Ты моя игрушка! И брачная ночь у тебя будет со мной! Это расплата за то, что ты сделала, кукла!

Узнает. Пытается убедить себя, что это не галлюцинации. Бесполезно. Я реальна настолько же, насколько он сам.
Ледяной взгляд серых глаз заставляет кровь застыть в жилах.
– Марго? – все еще не веря собственному зрению переспрашивает друг моего отца.
– Кай Дамирович, – жалко лепечу я. – Пожалуйста… Пожалуйста… Помогите мне!
– Помочь тебе? Тебе? Ты хоть понимаешь, что натворила? Как ты меня подставила?
Поправляет одежду, а потом в шоке смотрит на руку, на которой ярким пятном алеет моя кровь.
– Нет! Все не так! – кричу я сквозь слезы.
– Избалованная мелкая стерва, – каждым словом Кай вбивает кол мне в сердце.
Стук в дверь добивает меня окончательно.
– Не выдавайте! – срываюсь с места и обнимаю его за талию. – Умоляю! Я все, что угодно сделаю. Клянусь!
Отец меня не пощадит, теперь я знаю. Никогда и нисколько он меня не любил. Была его разменной монетой и только! Об этом просто кричат горящие и набухшие следы его ремня на моем теле.
– Все что угодно? – спрашивает хищно