Книги в жанре «Любовные романы»
Хочу встать, но у меня не получается. Что со мной и почему все вокруг ведут себя так, будто меня нет?
Я почти отключаюсь, но продолжаю слышать их разговоры. От них леденеет все внутри. Никакой паранойи не было — между Кристиной и Тимуром правда что-то есть.
— Сколько ждать надо? — спрашивает мой муж.
— Не знаю, — отвечает ему Кристина. — Видишь, она не весь бокал выпила, а надо, чтобы весь. Будет валяться как овощ, пялится на нас.
— Может ускорить процесс?
— Не надо. Все должно быть чисто. Или ты предлагаешь кровью избу загадить? Успокойся, Тимурчик, скоро она скопытится, скоро. Надо только подождать. Яд такой сильный, что не выживет…
Я почти отключаюсь, но продолжаю слышать их разговоры. От них леденеет все внутри. Никакой паранойи не было — между Кристиной и Тимуром правда что-то есть.
— Сколько ждать надо? — спрашивает мой муж.
— Не знаю, — отвечает ему Кристина. — Видишь, она не весь бокал выпила, а надо, чтобы весь. Будет валяться как овощ, пялится на нас.
— Может ускорить процесс?
— Не надо. Все должно быть чисто. Или ты предлагаешь кровью избу загадить? Успокойся, Тимурчик, скоро она скопытится, скоро. Надо только подождать. Яд такой сильный, что не выживет…
- Диана, это твоя дочь? - спросил Дима, не сводя глаз с маленькой девочки.
- Глупо спрашивать об этом, когда она называет меня мамой, - растерянно пролепетала Диана.
- Сколько ей? Примерно столько, сколько было бы сейчас нашему ребёнку?
Диана почувствовала влагу в своих глазах, но не нашлась, что ответить.
- Мне пора, Дим, я опаздываю.
Цокая каблучками по асфальту, она села в машину Кирилла, натянув на себя искусственную улыбку.
***
Пять лет спустя они снова встречаются. У каждого своя жизнь, своя вторая половинка и... общий ребёнок, о котором он даже не догадывался.
- Глупо спрашивать об этом, когда она называет меня мамой, - растерянно пролепетала Диана.
- Сколько ей? Примерно столько, сколько было бы сейчас нашему ребёнку?
Диана почувствовала влагу в своих глазах, но не нашлась, что ответить.
- Мне пора, Дим, я опаздываю.
Цокая каблучками по асфальту, она села в машину Кирилла, натянув на себя искусственную улыбку.
***
Пять лет спустя они снова встречаются. У каждого своя жизнь, своя вторая половинка и... общий ребёнок, о котором он даже не догадывался.
Пережив предательство, я восемь лет и не помышляла о любви — растила сына, плыла по течению. Отправляясь на новую работу, вдруг оказалась между молотом и наковальней. Предатель, подаривший мне сына и мой новый начальник – темная лошадка с повадками хищника. Они заклятые враги, а я кто? Разменная монета в их играх, или все же ценный приз? Ни то, ни другое меня не устраивает!
В тексте, как обычно, много страсти и настоящих чувств.
В тексте, как обычно, много страсти и настоящих чувств.
- Лиль, ну ты мужа-то чего не покормила даже? Не боишься, что окончательно сбежит? - пробасил наш с Сергеем приятель, к которому нас угораздило приехать в гости за город.
- В смысле - не покормила? С ложечки? - не удержалась я от язвительного уточнения.
- Да хоть бы еды положила, вилку подала. В бокал подлила, - вступила тут же его жена. - Не зря он от тебя к Нинке похаживает… ох не зря. Та Сережку с ног до головы облизывает, в прямом смысле этого слова.
Они захохотали, а я вся сжалась, как перед ударом.
Куда-куда похаживает мой муж?
- В смысле - не покормила? С ложечки? - не удержалась я от язвительного уточнения.
- Да хоть бы еды положила, вилку подала. В бокал подлила, - вступила тут же его жена. - Не зря он от тебя к Нинке похаживает… ох не зря. Та Сережку с ног до головы облизывает, в прямом смысле этого слова.
Они захохотали, а я вся сжалась, как перед ударом.
Куда-куда похаживает мой муж?
— Ухожу от тебя. Надоело всё... Я тебя больше не люблю. Дочери сама всё объяснишь, она уже взрослая, поймёт, — спокойно произнёс Василий.
Слова дошли до Натальи не сразу. Она подумала, что это шутка, мол, он просто торопится, вот и злится.
— Хватит говорить ерунду, Вася. Я, между прочим, могу и обидеться... А полотенце почему не положил? — она всё ещё не верила происходящему.
— Наташа, ты не поняла? Убери своё полотенце! Я же сказал, что ухожу. К Лильке... сестре твоей.
Слова дошли до Натальи не сразу. Она подумала, что это шутка, мол, он просто торопится, вот и злится.
— Хватит говорить ерунду, Вася. Я, между прочим, могу и обидеться... А полотенце почему не положил? — она всё ещё не верила происходящему.
— Наташа, ты не поняла? Убери своё полотенце! Я же сказал, что ухожу. К Лильке... сестре твоей.
У вас был когда-нибудь секрет?
Такой, что дышать трудно, сердце бьётся в бешеном ритме, становится страшно. И просто невыносимо продолжать жить, как жила раньше.
Мой секрет под сердцем.
Я беременна от звезды тайного бойцовского клуба.
Он не знает о моём секрете.
А ведь это был просто спор, и я, проспорив, сама залезла к нему в постель.
Но теперь всё серьёзно.
Опасный и сексуальный Рэй Нортон по прозвищу «Бешеный» навсегда украл моё сердце.
И я не знаю, как мне ему сказать, что он скоро станет папой.
Такой, что дышать трудно, сердце бьётся в бешеном ритме, становится страшно. И просто невыносимо продолжать жить, как жила раньше.
Мой секрет под сердцем.
Я беременна от звезды тайного бойцовского клуба.
Он не знает о моём секрете.
А ведь это был просто спор, и я, проспорив, сама залезла к нему в постель.
Но теперь всё серьёзно.
Опасный и сексуальный Рэй Нортон по прозвищу «Бешеный» навсегда украл моё сердце.
И я не знаю, как мне ему сказать, что он скоро станет папой.
Мой Босс - Владислав, или как я робко назвала его "Владик", когда мы целовались в лифте... кажется оказался женат. Что ж... Быть драке?!?!
— Я не собираюсь воспитывать чужого выродка! — рычит в трубку муж.
— Ты о чем? Дима твой сын! — сиплю, горло схватило спазмом. Как он мог усомниться?
— У меня есть тест. И документам я привык верить. А твои слова… это слова лживой приживалки. И я знаю, кто отец, твоего сына!
Его слова бьют наотмашь. Хочется кричать. Доказывать, что это не так. Дима — сын Василия. Но в трубке уже тишина.
— Ты о чем? Дима твой сын! — сиплю, горло схватило спазмом. Как он мог усомниться?
— У меня есть тест. И документам я привык верить. А твои слова… это слова лживой приживалки. И я знаю, кто отец, твоего сына!
Его слова бьют наотмашь. Хочется кричать. Доказывать, что это не так. Дима — сын Василия. Но в трубке уже тишина.
– И… что ты собираешься делать? – осторожно поинтересовалась свекровь.
– Подам на развод, – уверенно ответила Ася.
Ясмина ахнула и побледнела.
– Развод? Да что ты такое говоришь! Из-за такой мелочи…
Ася сцепила руки в замок и помотала головой:
– Для меня это не мелочь, а предательство. Я этого никогда не забуду.
– Дорогая, – мягко сказала Ясмина. – Ты ещё слишком молода, поэтому судишь обо всём так категорично, видишь в мире только чёрное и белое. Но на самом деле не всё так однозначно… Поверь, в мужчине главное не верность, а то, что в конце концов он возвращается только к тебе. Несмотря на все свои увлечения.
– Подам на развод, – уверенно ответила Ася.
Ясмина ахнула и побледнела.
– Развод? Да что ты такое говоришь! Из-за такой мелочи…
Ася сцепила руки в замок и помотала головой:
– Для меня это не мелочь, а предательство. Я этого никогда не забуду.
– Дорогая, – мягко сказала Ясмина. – Ты ещё слишком молода, поэтому судишь обо всём так категорично, видишь в мире только чёрное и белое. Но на самом деле не всё так однозначно… Поверь, в мужчине главное не верность, а то, что в конце концов он возвращается только к тебе. Несмотря на все свои увлечения.
– Дамочка! – окликнул меня красивый строгий мужчина. – Вы кто такая?
– Я?! – возмутилась, готовая ткнуть ему в лицо своим контрактом и именем, но… тут же передумываю. – Я у… уборщица! А вы? Вы почему спрашиваете? Вы сами-то кто?
– А я тут… -- мужик приосанивается, поправляя очень дорогой пиджак, -- охранник!
Богатые тоже плачут! Особенно, когда всем вокруг нужны только их деньги. Но что если в этом мире фальши нужно еще раз обмануть, чтобы найти настоящие чувства?
– Я?! – возмутилась, готовая ткнуть ему в лицо своим контрактом и именем, но… тут же передумываю. – Я у… уборщица! А вы? Вы почему спрашиваете? Вы сами-то кто?
– А я тут… -- мужик приосанивается, поправляя очень дорогой пиджак, -- охранник!
Богатые тоже плачут! Особенно, когда всем вокруг нужны только их деньги. Но что если в этом мире фальши нужно еще раз обмануть, чтобы найти настоящие чувства?
Выберите полку для книги