Читать и слушать книги
“Чужая женщина возникла так внезапно…”или “Ах, какая женщина…”. При виде Ирины эти слова всплывали сами собой, а он, Александр Давыдов, лучший адвокат города, становился восторженным подростком. Только вот и муж у Ирины имеется и даже верный друг, и оба, кстати, тоже не последние люди в их городе. Ирина жена, мать, верный друг. Она красива, успешна, богата. Только вот счастлива ли? Руслан и Антон - два верных друга, прошедших вместе и службу в горячей точке, и лихие года после. Доверяющие друг другу и знающие друг о друге всё. Или не всё? Руслан - её муж, Антон - лучший друг. Или не только друг? Руслан почти четверть века счастливо женат, но разве это повод не замечать других женщин? А его жена Ирина тоже счастлива в браке? Почему не женат Антон, несмотря на все его положительные стороны? И действительно ли Руслан и Ирина всё знают о своем сыне Максе?
Право выбора – не доступная мне роскошь. Я должна выйти замуж за жестокого, разбалованного сына богача и настолько боюсь этого, что готова на все! Даже опозорить себя…
Впервые в жизни это мой выбор и я знала, к какому мужчине идти. Всякий раз в его глазах я вижу лишь ненависть и презрение, причину чего мне не суждено выяснить. Для него я – недостойная, а значит, он будет только рад разрушить мою жизнь и очернить честь!
Но я ошиблась... И недооценила пределы его ненависти.
Впервые в жизни это мой выбор и я знала, к какому мужчине идти. Всякий раз в его глазах я вижу лишь ненависть и презрение, причину чего мне не суждено выяснить. Для него я – недостойная, а значит, он будет только рад разрушить мою жизнь и очернить честь!
Но я ошиблась... И недооценила пределы его ненависти.
В свете потухающего костра она показалась ему Афродитой, хотя больше в ней было от Сирин – птицы, поющей о вечном блаженстве. И приносящей своим пением всяческие несчастья.
«Это сказки для дураков, – мрачно подумал Женя, глядя вслед удаляющейся Громовой, которая совершенно бесцеремонно вихляла бёдрами и тащила по сухой земле гитару с красной лентой на грифе. – Но поёт она действительно неплохо».
Почувствовав его взгляд, Громова обернулась. Её большие карие глаза отразили последние искорки пламени, а потом она отвернулась и скрылась за насыпью.
Невыносимая девчонка. Когда-нибудь она точно получит.
Он – циничный палеонтолог, на которого повесили отряд практикантов.
Она – своенравная студентка, которой палец в рот не клади.
Между ними вспыхивает искра, но судьба разводит в разные стороны.
Возможен ли второй шанс через двадцать лет?
«Это сказки для дураков, – мрачно подумал Женя, глядя вслед удаляющейся Громовой, которая совершенно бесцеремонно вихляла бёдрами и тащила по сухой земле гитару с красной лентой на грифе. – Но поёт она действительно неплохо».
Почувствовав его взгляд, Громова обернулась. Её большие карие глаза отразили последние искорки пламени, а потом она отвернулась и скрылась за насыпью.
Невыносимая девчонка. Когда-нибудь она точно получит.
Он – циничный палеонтолог, на которого повесили отряд практикантов.
Она – своенравная студентка, которой палец в рот не клади.
Между ними вспыхивает искра, но судьба разводит в разные стороны.
Возможен ли второй шанс через двадцать лет?
– Он так похож на отца, – тихо произнесла мама, пока Ульяна сгребла сына в охапку и отправилась умываться.
– Да. Давай пока не надо об этом.
– Уля, я же вижу, как тебе тяжело. И за квартиру платить дорого. Вениамин мог себе такое позволить, но ты... Может быть, переедешь к нам?
– Мам, не начинай. Мы уже говорили об этом много раз.
– Знаю, доча, – примирительно произнесла мама, отправляя Алёшу в гостиную и обнимая Ульяну за плечи. – Наверное, просто так говорю, по глупости. Извини. Но, прими мой совет: тебе нужно выбираться из этого состояния. Мы же не в Индии. Эдак ты себя заживо похоронишь!
Два года назад Ульяна потеряла любимого мужа и до сих пор винит себя в его гибели.
Удастся ли случайному знакомому исцелить её сердце и стать настоящим папой для маленького сына Ульяны?
А ещё обоим как снег на голову сваливается проблемная подруга, которая хочет сбежать из золотой клетки от старого мужа...
– Да. Давай пока не надо об этом.
– Уля, я же вижу, как тебе тяжело. И за квартиру платить дорого. Вениамин мог себе такое позволить, но ты... Может быть, переедешь к нам?
– Мам, не начинай. Мы уже говорили об этом много раз.
– Знаю, доча, – примирительно произнесла мама, отправляя Алёшу в гостиную и обнимая Ульяну за плечи. – Наверное, просто так говорю, по глупости. Извини. Но, прими мой совет: тебе нужно выбираться из этого состояния. Мы же не в Индии. Эдак ты себя заживо похоронишь!
Два года назад Ульяна потеряла любимого мужа и до сих пор винит себя в его гибели.
Удастся ли случайному знакомому исцелить её сердце и стать настоящим папой для маленького сына Ульяны?
А ещё обоим как снег на голову сваливается проблемная подруга, которая хочет сбежать из золотой клетки от старого мужа...
— Кто впустил сюда это недоразумение? — услышав раскатистый рык, я вздрогнула. — Какого чёрта она делает на моей кухне?!
Я замерла. Не могла даже моргнуть — настолько испугалась.
— Лида, — прошипел су-шеф. — Пожалуйста, повернись и объяснись перед Марком Романовичем.
Игра в невидимку не вышла. Обречённо сморщив нос, я прикусила губу и выпалила:
— Извините! Официант сказал, что у гостя аллергия на цитрусовые. Если бы я знала…
Слова застряли в горле. Повернувшись, я увидела перед собой того, с кем провела незабываемую ночь на берегу океана… Отца моей дочери.
— Знаешь, что я ненавижу больше всего? — решив не дослушивать мои оправдания, процедил он. — Оправдания. Собирай манатки и проваливай с моей кухни. Ты уволена!
Он не узнал меня. И от этого стало невыносимо больно…
Я замерла. Не могла даже моргнуть — настолько испугалась.
— Лида, — прошипел су-шеф. — Пожалуйста, повернись и объяснись перед Марком Романовичем.
Игра в невидимку не вышла. Обречённо сморщив нос, я прикусила губу и выпалила:
— Извините! Официант сказал, что у гостя аллергия на цитрусовые. Если бы я знала…
Слова застряли в горле. Повернувшись, я увидела перед собой того, с кем провела незабываемую ночь на берегу океана… Отца моей дочери.
— Знаешь, что я ненавижу больше всего? — решив не дослушивать мои оправдания, процедил он. — Оправдания. Собирай манатки и проваливай с моей кухни. Ты уволена!
Он не узнал меня. И от этого стало невыносимо больно…
— Ты что следила за мной?
— Какая разница, ты спишь с другой женщиной! Ты мне изменяешь! Тут разве нужны подробности, как я это узнала? Пусти меня!
— Ника, — процедил Артур сквозь зубы, — езжай домой!
— То есть… ты что, продолжить собираешься?
— И продолжить, и закончить. Если бы я этого не хотел, разве был бы сейчас здесь?
— Ты серьезно?!
— А что ты ждала? Что я в колени тебе бухнусь или буду причитать, что это не то, что ты думаешь? Я мужчина, мне нужен секс, я занимаюсь им, когда захочу! А вот, что ты здесь делаешь? Да еще в таком виде? Ты моя жена! Хранительница очага, мать моих будущих детей! Езжай домой, слышишь? Иначе…
***
Я хотела уйти от мужа изменника, но это будет мне слишком дорого стоить. Он не собирается меня так просто отпускать.
Единственный, кто может мне помочь, это мужчина, которого я когда-то любила. Мой не прощенный бывший.
— Какая разница, ты спишь с другой женщиной! Ты мне изменяешь! Тут разве нужны подробности, как я это узнала? Пусти меня!
— Ника, — процедил Артур сквозь зубы, — езжай домой!
— То есть… ты что, продолжить собираешься?
— И продолжить, и закончить. Если бы я этого не хотел, разве был бы сейчас здесь?
— Ты серьезно?!
— А что ты ждала? Что я в колени тебе бухнусь или буду причитать, что это не то, что ты думаешь? Я мужчина, мне нужен секс, я занимаюсь им, когда захочу! А вот, что ты здесь делаешь? Да еще в таком виде? Ты моя жена! Хранительница очага, мать моих будущих детей! Езжай домой, слышишь? Иначе…
***
Я хотела уйти от мужа изменника, но это будет мне слишком дорого стоить. Он не собирается меня так просто отпускать.
Единственный, кто может мне помочь, это мужчина, которого я когда-то любила. Мой не прощенный бывший.
Дверь в туалет резко открылась. Я посмотрела назад через зеркало и замерла со спонжиком в руке. Это был никто иной, как мой партнёр Власов.
— Ты двери перепутал?
— В мужском ремонт, — в отличие от меня он говорил спокойно и разумеется, это была чистой воды ложь туалет работал. Взял какой-то предмет и подпёр им двери. А я следила в недоумении за его действиями через зеркало, оставаясь к нему спиной.
— Власов… ты… что делаешь?
Он повернулся с каменным выражением лица, подошёл ко мне и прижал к столешнице своим телом.
— Ты с ума сошёл? Убери руки от меня!
— Не уберу. Как же ты меня бесишь, Ковалёва, — моё платье поползло вверх.
— Аналогично! Что ты… не смей… не смей!
— Посмею.
— Ты двери перепутал?
— В мужском ремонт, — в отличие от меня он говорил спокойно и разумеется, это была чистой воды ложь туалет работал. Взял какой-то предмет и подпёр им двери. А я следила в недоумении за его действиями через зеркало, оставаясь к нему спиной.
— Власов… ты… что делаешь?
Он повернулся с каменным выражением лица, подошёл ко мне и прижал к столешнице своим телом.
— Ты с ума сошёл? Убери руки от меня!
— Не уберу. Как же ты меня бесишь, Ковалёва, — моё платье поползло вверх.
— Аналогично! Что ты… не смей… не смей!
— Посмею.
Измена мужа, как гром среди ясного неба. Вся жизнь, все планы покатились под откос. Но самое страшное, что он не собирается давать мне развод и грозит, что если это сделаю я, то очень пожалею. Но разве меня можно остановить угрозами?
– Развода не будет! – гремит муж на всю комнату.
– Это почему? – мгновенно завожусь я.
– Я не собираюсь отдавать тебе то, что заработал за все это время потом и кровью.
Потом и кровью? Мысленно закатываю глаза. Если только своих сотрудников.
– Значит, то, что я обслуживала, поддерживала и вдохновляла тебя семь лет, не в счет?
– Пф-ф
– Посчитай, во сколько тебе обошлись бы уборщица, повар, психолог и любовница!
Кривит губы:
– Психолог? Не много ли на себя берешь! Работа уборщицы стоит копейки, повар из тебя никудышный, такая же и любовница.
Вскипаю: это запрещенный прием, но я не собираюсь уподобляться ему и указывать на его недостатки.
– Можешь проваливать хоть на все четыре стороны, но если сама подашь на развод, сильно пожалеешь
– Развода не будет! – гремит муж на всю комнату.
– Это почему? – мгновенно завожусь я.
– Я не собираюсь отдавать тебе то, что заработал за все это время потом и кровью.
Потом и кровью? Мысленно закатываю глаза. Если только своих сотрудников.
– Значит, то, что я обслуживала, поддерживала и вдохновляла тебя семь лет, не в счет?
– Пф-ф
– Посчитай, во сколько тебе обошлись бы уборщица, повар, психолог и любовница!
Кривит губы:
– Психолог? Не много ли на себя берешь! Работа уборщицы стоит копейки, повар из тебя никудышный, такая же и любовница.
Вскипаю: это запрещенный прием, но я не собираюсь уподобляться ему и указывать на его недостатки.
– Можешь проваливать хоть на все четыре стороны, но если сама подашь на развод, сильно пожалеешь
- Давид... - зову негромко.
Ступаю в гостиную, где любимый беседует со своей сестрой, нерешительно. Хотя - честно, мне хочется сбежать. Чтобы не слышать. Чтобы не знать.
Но характер... Мой дурной характер не даёт мне этого сделать.
Он, услышав меня, резко встаёт с дивана. Лейла остаётся сидеть.
Давид бледнеет - а мои глупые надежды рассыпаются прахом.
Всё, что я только что услышала, всё - правда.
- Что ж ты мне раньше не сказал, что я на роль твоей жены не подхожу? - мой голос сочится болью и обидой.
Как он так может? После всего, что было между нами?!
Ступаю в гостиную, где любимый беседует со своей сестрой, нерешительно. Хотя - честно, мне хочется сбежать. Чтобы не слышать. Чтобы не знать.
Но характер... Мой дурной характер не даёт мне этого сделать.
Он, услышав меня, резко встаёт с дивана. Лейла остаётся сидеть.
Давид бледнеет - а мои глупые надежды рассыпаются прахом.
Всё, что я только что услышала, всё - правда.
- Что ж ты мне раньше не сказал, что я на роль твоей жены не подхожу? - мой голос сочится болью и обидой.
Как он так может? После всего, что было между нами?!
Стою у витрины детского магазина. Не верится, что я стану мамой. Немного страшно, ведь мы с Сашей ещё не женаты.
И тут я вижу его, за прозрачным стеклом магазина. Он вернулся из командировки? Он узнал, что я в положении? Поэтому тут?
Лечу к любимому, касаюсь его широкого плеча, на котором мне так нравилось оставлять собственнический росчерк в момент страсти.
Саша оборачивается, смотрит на меня удивлённо. Рядом звучит голос:
— Милый это кто?
Оборачиваюсь. Ухоженная брюнетка, держит на руках маленького мальчика.
— Девушка ошиблась. Мы не знакомы, — отвечает мой любимый и отворачивается от меня.
— Но как же…
— Девушка, оставьте моего мужа, — требует брюнетка.
А я так и стою, как громом поражённая. Саша мне изменяет? Или вернее сказать изменяет жене… со мной…
И тут я вижу его, за прозрачным стеклом магазина. Он вернулся из командировки? Он узнал, что я в положении? Поэтому тут?
Лечу к любимому, касаюсь его широкого плеча, на котором мне так нравилось оставлять собственнический росчерк в момент страсти.
Саша оборачивается, смотрит на меня удивлённо. Рядом звучит голос:
— Милый это кто?
Оборачиваюсь. Ухоженная брюнетка, держит на руках маленького мальчика.
— Девушка ошиблась. Мы не знакомы, — отвечает мой любимый и отворачивается от меня.
— Но как же…
— Девушка, оставьте моего мужа, — требует брюнетка.
А я так и стою, как громом поражённая. Саша мне изменяет? Или вернее сказать изменяет жене… со мной…
Выберите полку для книги