Читать и слушать книги

— Герман, я знаю всё. Видела тебя с ней…
— Ада, это не то, что ты думаешь…
— Не позорь себя ложью. Ты смешон. Я видела, как ты её целовал.
От моих слов Герман срывается и зло «выплевывает»:
— Да, у меня есть другая. И я счастлив. Мы вместе пол года. А ты… ты меня душишь собой...
— Тогда подпиши документы. Я подала на развод, — произношу спокойно, хотя внутри меня адский шторм.
— Развод? Ополоумела?! Ты не получишь ни рубля. Бизнес. Недвижимость. Все — мое. Останешься даже без трусов.
— Не тебе решать. Судья разберётся…Прощай, Герман.
— Ада, не дури… Ты без меня ничто...
После суда, я покупаю билет в один конец и, как свободная птица, лечу в неизвестность.
Мне немного страшно. Но… почему-то кажется, что именно там меня ждет что-то очень важное…

– Ты что здесь делаешь? – голос Жени, моего мужа, прозвучал резко. – Зачем ты приехала?
– А ты как думаешь? – ответила ему девушка. – Я не хочу, чтобы ты сделал ошибку, – сказала она тише, но твёрже. – Не хочу, чтобы ты привязал себя к ней ребёнком.
Я затаила дыхание. Слушая разговор мужа с… любовницей…
– Ты любишь меня. А её нет. Ты живёшь с ней из жалости.
У меня едва не подкосились ноги.
– Уходи, пока Таша не приехала, – ответил ей мой муж.
– Мне надоело ждать! – вдруг резко сказала она, и в её голосе прорвалась истерика. – Ты обещал, что уйдёшь. Два года! Обещал, что разведёшься с ней! А я всё еще никто! Любовница!
Что-то внутри меня оборвалось. Я оттолкнулась от стены и вышла из-за угла.
– Таша… Ты… ты давно здесь? – ошарашенно спросил Женя, делая шаг ко мне.
– Достаточно, чтобы всё услышать, – добавила я, глядя ему прямо в глаза. – Но, знаешь… слишком поздно, чтобы не быть обманутой два года.

Когда-то они расстались по недоразумению и думали, что никогда больше не увидятся. Внезапная встреча в больнице меняет все. Теперь он — детский хирург, а у нее маленькая дочь, которая срочно нуждается в помощи. Но, берясь за эту операцию, он не знает главного…

***
Я намыливал руки в предоперационной и в какой-то момент понял, что молча смотрю перед собой уже несколько минут, держа руки на весу над раковиной. Сильно зажмурился, приводя себя в чувство, и опять начал мыть.
Саша… я узнал ее сразу, как только бросил короткий взгляд на заплаканную мать ребенка с безумными от страха глазами. Сердце тяжело ухнуло в груди, а руки едва заметно задрожали, но я мигом собрался. Подозрение на аппендицит у ребенка не давало времени ни на раздумья, ни на разговоры. Поэтому я быстро включил профессиональный режим и поспешил покинуть приемное отделение.

В 46 лет Кира потеряла всё: мужа, деньги и сына, который предпочёл остаться с отцом‑изменником.

Её новый дом — раскладушка у лучшей подруги, а главное достижение — не разрыдаться в магазине. На свадьбе подруги она встречает Дениса — первую любовь, которая тридцать лет назад разбила ей сердце. Он успешный, свободный и, кажется, всё ещё помнит ту девчонку.

Но Кира больше не девчонка. Она женщина, которая научена больно падать. И теперь у неё есть только один вопрос: стоит ли рискнуть снова?

ОНА: Я не думала, что снова увижу его. Нервно трогаю сережки. Ловлю в отражении ошарашенный взгляд.
Вот вам и эффект попутчика. Не сработало: мы больше не встретимся! Боже, зачем я тогда натворила всякого! Как быть, если Воронцов уже сжигает меня взглядом. Узнал.
ОН: Шестьдесят дней назад моя жизнь перевернулась. В СВ я встретил незнакомку. Одна страстная ночь оставила только вопросы. На утро девушка сбежала. Я искал, потом пытался забыть, но внезапный виток судьбы изменил все.
Мы встретились.

Одно жаркое утро на Алтае, после которой Анна исчезла без следа. Она считала, что Алексей её забудет. Он искал — и нашёл. Но понял всё не так.
Прошло полтора года. То, что Анна унесла с собой тем утром, изменило три жизни. Но Алексей об этом ещё не знает.

Подруга, с которой мы раньше работали в агентстве праздников, заболела и попросила подменить ее на крупном заказе по случаю гендер-пати.
В сценарии жирным шрифтом Оля прописала: “Розовый дым, розовый торт”.
Будет девочка.
Вот и заказчики:
Брюнетка, длинные волосы уложены волной, аккуратный, но уже отчетливо проявляющийся живот. Мужчина стоявший ко мне спиной проходит в гардеробную.
— Вы уверены, что все под контролем? — спрашивает девица капризно. — Мы за это заплатили немалые деньги. Масик, оставь ей еще чай, лишь бы не угробила ничего.
Мужчина возвращается и я вижу его лицо.
Илья.
Мой Илья.
Мой муж.
— Агата?
— “Масик”?
— Илья, кто это?
— Алиса, заткнись, сейчас не время и не место для разборок.
— Нет, сейчас время! Это твоя жена? Ты же сказал, что вы уже все! Что вы чужие люди! Что она тебя не любит, что держит тебя только из-за раздела квартиры! Ты клялся, что у нее никогда не будет детей, что она болеет, и вообще пустоцвет, и поэтому вы расстались!

– Я любимая женщина Гены и хочу, чтобы ты оставила его в покое, – выдала молодая девица. – Из-за тебя он попал в больницу!
– Гена - мой муж, – отодвинув ее плечом, пошла я дальше. – А ему можешь передать, что он еще ответит за все!
– Отец поможет оставить тебя ни с чем! А Гена ничего тебе не отдаст, он тебя и так с помойки забрал!

Супруг изменил, его дочь меня ненавидит, а бывший решил помочь. Вот только я хочу отомстить мужу и сохранить в тайне от бывшего, кто отец моей младшей дочери!

На пороге стоял Дима. Мой муж. В квартире моей подруги…
В одном полотенце, небрежно обмотанном вокруг бёдер. Мокрые волосы прилипли ко лбу, по плечам стекали капли воды. Он держался за дверную ручку так, будто не знал, отпустить её или нет.
– Дима?.. – я запнулась, пытаясь найти хоть какую-то логическую ниточку, кроме той, что очевидна. – Что ты здесь делаешь?
Вопрос повис в воздухе. Глупый. Беспомощный. Нелепый… Ведь и так все очевидно…
В это мгновение из глубины квартиры раздался голос.
– Милый мой, кто там?
Я закрыла глаза на долю секунды. Ксюша. Моя лучшая подруга.
– Можете не отвечать, – сказала я, глядя поочередно на Ксюшу и Диму. – И так всё ясно, чем вы здесь были заняты.

– Я комнату здесь арендую, грубо пробурчал незнакомец.
- В смысле арендуете? В квартире живу я.
- Ну и живите, кто вам мешает. У вас одна комната, у меня – другая.
- Кажется, меня обманули аферисты… - пробормотала я тихо, чувствуя нарастающую тревогу.
- Владельцы квартир сдают комнаты разным людям, - откликнулся мой неожиданный сосед. - Ты из провинции что ли? Всерьез думала, что за такую цену получишь квартиру с видом на Неву?
Он схватил мой паспорт, который лежал в прихожей на тумбе, и, открыв его, присвистнул:
- О как. Синицына, значит. Плохо дело…
- Во-первых, отдайте паспорт. Во-вторых, почему это «плохо дело»?
- Вы Синицына, я – Беркутов. В живой природе беркуты на синиц охоту устраивают. Синицы для них самое желанное лакомство, между прочим.