Книги в жанре «Мелодрама»
— Это системная ошибка, Маргарита. Твое пребывание в моей квартире нелогично, а твой кот — это ходячий вирус-шифровальщик, — чеканит мой новый сосед.
Денис — гений кода и магистр чистоты. У него всё по полочкам, а я… я просто ввалилась в его стерильный мир с огромным мейн-куном Люцифером и планом «выжить любой ценой».
Я думала, мы просто соседи. Но после одного «тактического» поцелуя Ден объявил, что это была техническая ошибка и нам нужно обнулить кэш.
Ну уж нет, Касперский! Раз я — твоя главная ошибка, то готовься к полной переустановке системы. Потому что твоя новая «невеста» не нажимает кнопку «Delete»!
Денис — гений кода и магистр чистоты. У него всё по полочкам, а я… я просто ввалилась в его стерильный мир с огромным мейн-куном Люцифером и планом «выжить любой ценой».
Я думала, мы просто соседи. Но после одного «тактического» поцелуя Ден объявил, что это была техническая ошибка и нам нужно обнулить кэш.
Ну уж нет, Касперский! Раз я — твоя главная ошибка, то готовься к полной переустановке системы. Потому что твоя новая «невеста» не нажимает кнопку «Delete»!
Когда гаснут софиты, она перестаёт существовать. На сцене ресторана она — голос, ради которого замирает зал. Вне сцены — женщина, у которой нет ни будущего, ни права на ошибку.
Три года в её жизни есть только работа, дешёвая квартира да единственная подруга. И ещё — тяжёлый, неотступный взгляд из тёмной ложи.
Он приходит не ради ужина. Он смотрит на неё так, словно она — единственный свет в его мрачном мире. Но он не подходит, не заговаривает, не нарушает её одиночества.
Никто не знает, что её прошлое — это приговор. Никто не догадывается, что в зале каждый вечер сидит не просто зритель, а человек, который может всё разрушить.
Или — наконец-то спасти.
Три года в её жизни есть только работа, дешёвая квартира да единственная подруга. И ещё — тяжёлый, неотступный взгляд из тёмной ложи.
Он приходит не ради ужина. Он смотрит на неё так, словно она — единственный свет в его мрачном мире. Но он не подходит, не заговаривает, не нарушает её одиночества.
Никто не знает, что её прошлое — это приговор. Никто не догадывается, что в зале каждый вечер сидит не просто зритель, а человек, который может всё разрушить.
Или — наконец-то спасти.
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
— Папа, поймай меня! — заливисто хохочет кудрявый малыш, скатываясь с лестницы клиники.
Мой муж… Боже, это точно он!
Женя ловит его на руки и целует в обе щёчки. А следом подходит блондинка в светлом пальто и нежно целует его в губы.
МОЕГО МУЖА!
Того, что еще утром шептал мне нежности в спальне и говорил, как сильно он будет скучать по мне в командировке.
Десять лет брака, десять лет диагнозов, гормонов, ЭКО и слёз — десять лет я не могла подарить ему ребёнка.
А оказывается, у него уже есть сын.
Только не от меня…
— Папа, поймай меня! — заливисто хохочет кудрявый малыш, скатываясь с лестницы клиники.
Мой муж… Боже, это точно он!
Женя ловит его на руки и целует в обе щёчки. А следом подходит блондинка в светлом пальто и нежно целует его в губы.
МОЕГО МУЖА!
Того, что еще утром шептал мне нежности в спальне и говорил, как сильно он будет скучать по мне в командировке.
Десять лет брака, десять лет диагнозов, гормонов, ЭКО и слёз — десять лет я не могла подарить ему ребёнка.
А оказывается, у него уже есть сын.
Только не от меня…
– Лиля?.. – муж смотрел на меня с удивлением и читаемой паникой во взгляде.
Он был в расстёгнутой рубашке. Верхние пуговицы болтались свободно, одна вообще, кажется, держалась на честном слове. Волосы взъерошены. На шее – красные следы помады. На губах тоже.
Я смотрела именно туда. Не в глаза. Не на лицо. На следы.
Из квартиры донёсся женский голос. Ленивый, довольный, слегка капризный.
– Милый, это доставка так быстро приехала?
Я моргнула. Милый. Слово ударило неожиданно сильнее помады. Потом появилась она.
На секунду в коридоре стало так тихо, что я слышала странный гул в голове. Толя резко повернулся к ней.
– Кристина, уйди.
Любовница моего мужа. Кристина. Теперь я лично видела ту, которая оставила свое белье в кармане пиджака моего мужа.
Он был в расстёгнутой рубашке. Верхние пуговицы болтались свободно, одна вообще, кажется, держалась на честном слове. Волосы взъерошены. На шее – красные следы помады. На губах тоже.
Я смотрела именно туда. Не в глаза. Не на лицо. На следы.
Из квартиры донёсся женский голос. Ленивый, довольный, слегка капризный.
– Милый, это доставка так быстро приехала?
Я моргнула. Милый. Слово ударило неожиданно сильнее помады. Потом появилась она.
На секунду в коридоре стало так тихо, что я слышала странный гул в голове. Толя резко повернулся к ней.
– Кристина, уйди.
Любовница моего мужа. Кристина. Теперь я лично видела ту, которая оставила свое белье в кармане пиджака моего мужа.
— Вероник, слушай, тебе не кажется, что у нас немного угас огонь в паре?
— Что? — выдавливаю я.
Оборачиваться не спешу, сглатываю.
К чему приведет этот разговор?
— Искра там, страсть. Мы ж все не молодеем, Вероник. Особенно ты. Не обижайся, я же не со зла. Просто думал над одной штукой. Модной, прогрессивной.
— Стесняюсь спросить, какой?
— Открытый брак.
— Это как? — ощущение, словно Костя только что ударил меня по лицу грязной тряпкой.
— У каждого может быть партнер на стороне. Никаких чувств, никаких соплей. Только... Ну… Инстинкты, понимаешь? Чтобы ты снова почувствовала себя желанной, так яснее?
Мои брови ползут вверх.
Тогда я еще не знала, что мой муж уже давно в “открытом браке”.
Его любовница пришла к нам домой:
— Вы Вероника? Я Мила. Людмила то есть. Нам с вами нужно поговорить. Дело в том, что ваш муж вам изменяет. О, вы в шоке, понимаю, но дослушайте. Со мной ладно, но мне он теперь тоже изменяет. Ваш муж изменяет НАМ, понимаете?
— Что? — выдавливаю я.
Оборачиваться не спешу, сглатываю.
К чему приведет этот разговор?
— Искра там, страсть. Мы ж все не молодеем, Вероник. Особенно ты. Не обижайся, я же не со зла. Просто думал над одной штукой. Модной, прогрессивной.
— Стесняюсь спросить, какой?
— Открытый брак.
— Это как? — ощущение, словно Костя только что ударил меня по лицу грязной тряпкой.
— У каждого может быть партнер на стороне. Никаких чувств, никаких соплей. Только... Ну… Инстинкты, понимаешь? Чтобы ты снова почувствовала себя желанной, так яснее?
Мои брови ползут вверх.
Тогда я еще не знала, что мой муж уже давно в “открытом браке”.
Его любовница пришла к нам домой:
— Вы Вероника? Я Мила. Людмила то есть. Нам с вами нужно поговорить. Дело в том, что ваш муж вам изменяет. О, вы в шоке, понимаю, но дослушайте. Со мной ладно, но мне он теперь тоже изменяет. Ваш муж изменяет НАМ, понимаете?
Двухтомник в одной книге. Студентка-медик Василиса привыкла решать всё сама. Однажды в клубе она встречает Платона Корсака — опасного наследника империи.
Вспышка страсти перерастает в нечто большее, но за красивой сказкой скрывается тьма. Василисе приходится сделать невозможный выбор и исчезнуть.
Спустя пять лет судьба сводит их снова. Сможет ли она довериться прошлому и дать шанс тому, кто однажды разрушил их любовь?
Вспышка страсти перерастает в нечто большее, но за красивой сказкой скрывается тьма. Василисе приходится сделать невозможный выбор и исчезнуть.
Спустя пять лет судьба сводит их снова. Сможет ли она довериться прошлому и дать шанс тому, кто однажды разрушил их любовь?
– Вы что творите? - мой голос звучит глухо, сдавленно. - Рисовать больше негде? Машина - это вам не раскраска!
Мальчик смотрит мне прямо в глаза. Серьёзно, по-взрослому. И говорит:
– А мы специально.
Без страха. Без попытки соврать.
– Что? - я сжимаю ключи в руке. - Специально?
– Да, - кивает девочка. - Это мы написали. И написали правду.
– Да кто вас так воспитывает?! - вырывается у меня. - Чтобы портить чужое, ещё и хамить?!
Мальчик поднимает подбородок. Его глаза карие, твёрдые, как у взрослого, встречаются с моими.
– Мама, - говорит он.
– И где же ваша мама, которая так хорошо вас воспитала? - цежу я сквозь зубы.
– В больнице, - тихо говорит она. - Из-за вас.
Мальчик смотрит мне прямо в глаза. Серьёзно, по-взрослому. И говорит:
– А мы специально.
Без страха. Без попытки соврать.
– Что? - я сжимаю ключи в руке. - Специально?
– Да, - кивает девочка. - Это мы написали. И написали правду.
– Да кто вас так воспитывает?! - вырывается у меня. - Чтобы портить чужое, ещё и хамить?!
Мальчик поднимает подбородок. Его глаза карие, твёрдые, как у взрослого, встречаются с моими.
– Мама, - говорит он.
– И где же ваша мама, которая так хорошо вас воспитала? - цежу я сквозь зубы.
– В больнице, - тихо говорит она. - Из-за вас.
МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
— Чья это дочь, Ника? — над ухом раздается требовательный голос бывшего мужа. Он же — мой босс.
— Моя, — невозмутимо отвечаю я.
— Ника, не играй со мной, — предупреждающе произносит он. — Кто ее отец?
— А сам как думаешь, Шабанов?
Мы развелись пять лет назад. И в тот момент, когда, как мне казалось, я навсегда вычеркнула бывшего мужа из головы и из сердца, он снова ворвался в мою жизнь. В качестве моего босса. Он собирается меня уволить, а я воспитываю его дочь, о существовании которой он даже не подозревает.
— Чья это дочь, Ника? — над ухом раздается требовательный голос бывшего мужа. Он же — мой босс.
— Моя, — невозмутимо отвечаю я.
— Ника, не играй со мной, — предупреждающе произносит он. — Кто ее отец?
— А сам как думаешь, Шабанов?
Мы развелись пять лет назад. И в тот момент, когда, как мне казалось, я навсегда вычеркнула бывшего мужа из головы и из сердца, он снова ворвался в мою жизнь. В качестве моего босса. Он собирается меня уволить, а я воспитываю его дочь, о существовании которой он даже не подозревает.
Полумрак. Приглушённый свет ночника. Разобранная постель. И две фигуры на ней.
Мужская. И женская. Вот только мужчина в этом «фильме» для взрослых, был моим мужем.
– С годовщиной нас. – произнесла, глядя на мужа не моргая, с трудом протолкнув ком в горле.
– …Алина? – произнёс он, и в голосе не было ни вины, ни страха. Только раздражение.
– Да. Я. – кивнула я медленно, скрестив руки на груди. – Решила сделать тебе сюрприз. Всё-таки годовщина. Праздник. Правда праздник наш, а отмечаешь ты его не со мной.
Я кивнула в сторону кровати.
Мужская. И женская. Вот только мужчина в этом «фильме» для взрослых, был моим мужем.
– С годовщиной нас. – произнесла, глядя на мужа не моргая, с трудом протолкнув ком в горле.
– …Алина? – произнёс он, и в голосе не было ни вины, ни страха. Только раздражение.
– Да. Я. – кивнула я медленно, скрестив руки на груди. – Решила сделать тебе сюрприз. Всё-таки годовщина. Праздник. Правда праздник наш, а отмечаешь ты его не со мной.
Я кивнула в сторону кровати.
ПЕРВЫЕ ДВА ДНЯ МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА НА НОВИНКУ!
Яна всегда знала, что не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Так ее воспитывали – женщина должна быть скромной, а уж Яна с ее нестандартной фигурой 2XL тем более.
И долгое время она так и жила. Была покладистой, послушной и домашней. И даже ради своего будущего жениха отказалась от своих планов получить диплом и устроиться на работу по специальности. Он настаивал, что женщина должна быть хранительницей домашнего очага.
Но потом все рухнуло. И Яне пришлось заново строить свою жизнь. Она решила перестать быть удобной для других.
Теперь у нее новые цели и мечта попасть на стажировку в крупную компанию.
Первый день стажировки в компании «Вау!Мяу!» обещал быть спокойным. Пока Яна не узнала, что ее боссом оказался тот самый мужчина из прошлого, о котором она старалась не вспоминать.
Яна всегда знала, что не стоит привлекать к себе лишнего внимания. Так ее воспитывали – женщина должна быть скромной, а уж Яна с ее нестандартной фигурой 2XL тем более.
И долгое время она так и жила. Была покладистой, послушной и домашней. И даже ради своего будущего жениха отказалась от своих планов получить диплом и устроиться на работу по специальности. Он настаивал, что женщина должна быть хранительницей домашнего очага.
Но потом все рухнуло. И Яне пришлось заново строить свою жизнь. Она решила перестать быть удобной для других.
Теперь у нее новые цели и мечта попасть на стажировку в крупную компанию.
Первый день стажировки в компании «Вау!Мяу!» обещал быть спокойным. Пока Яна не узнала, что ее боссом оказался тот самый мужчина из прошлого, о котором она старалась не вспоминать.
Выберите полку для книги