Читать и слушать книги
— Я женюсь через неделю, — объявляет мне муж. — Наготовишь на сто человек. Плов, шашлык, салаты. Всё как положено.
Я замираю:
— Твоя... свадьба?
В комнату входит роскошная девушка. Он притягивает её к себе, целует. А потом его рука накрывает её округлившийся живот.
— Моя невеста.
— Но мы же женаты…
— И останемся женаты, — усмехается. — Развод не дам! Твой паспорт у меня. Будешь готовить, убирать, нянчить нашего с Мадиной сына.
Я чувствую такую адскую боль, что не хочется жить.
Ведь он обещал. Клялся, что я всегда буду его единственной!
Свекровь добавляет:
— Вот тебе платье на свадьбу! Чёрное, траурное. Стой в углу и молчи. Мадина теперь хозяйка дома, а ты — просто тень.
***
“Тень? Как же вы ошиблись!”
По ночам я шью другое платье — красное, расшитое золотом, сияющее.
И когда войду в зал, когда сброшу с себя чёрную накидку, все ахнут.
Мой танец — огонь. Мои слова — приговор. Мой уход — триумф.
А он будет смотреть и жалеть о том, какую женщину он посмел предать…
Я замираю:
— Твоя... свадьба?
В комнату входит роскошная девушка. Он притягивает её к себе, целует. А потом его рука накрывает её округлившийся живот.
— Моя невеста.
— Но мы же женаты…
— И останемся женаты, — усмехается. — Развод не дам! Твой паспорт у меня. Будешь готовить, убирать, нянчить нашего с Мадиной сына.
Я чувствую такую адскую боль, что не хочется жить.
Ведь он обещал. Клялся, что я всегда буду его единственной!
Свекровь добавляет:
— Вот тебе платье на свадьбу! Чёрное, траурное. Стой в углу и молчи. Мадина теперь хозяйка дома, а ты — просто тень.
***
“Тень? Как же вы ошиблись!”
По ночам я шью другое платье — красное, расшитое золотом, сияющее.
И когда войду в зал, когда сброшу с себя чёрную накидку, все ахнут.
Мой танец — огонь. Мои слова — приговор. Мой уход — триумф.
А он будет смотреть и жалеть о том, какую женщину он посмел предать…
- Я все сказал, - муж придвигается еще ближе, буквально припечатывая меня к стене всем телом. - Ты не уедешь. Мы - семья. Ты моя жена... Моя. Слышишь?
- Ты надо мной издеваешься?! - рычу я, и этот звук не похож на мой голос.
- Нет, Ник, не издеваюсь, ты моя жена. И точка. Ты еще родишь... Я все для этого сделаю. Все, понимаешь? Мы попробуем снова. Мы...
- Чертов ублюдок! - вырывается из меня с такой силой, что голос срывается в крик.
Я упираюсь ладонями ему в грудь и толкаю.
- Я из-за твоей шлюхи потеряла ребенка! ИЗ-ЗА ТЕБЯ! Ты понимаешь?! Я потеряла нашего ребенка, потому что ты не мог держать ширинку на замке!
- Ты надо мной издеваешься?! - рычу я, и этот звук не похож на мой голос.
- Нет, Ник, не издеваюсь, ты моя жена. И точка. Ты еще родишь... Я все для этого сделаю. Все, понимаешь? Мы попробуем снова. Мы...
- Чертов ублюдок! - вырывается из меня с такой силой, что голос срывается в крик.
Я упираюсь ладонями ему в грудь и толкаю.
- Я из-за твоей шлюхи потеряла ребенка! ИЗ-ЗА ТЕБЯ! Ты понимаешь?! Я потеряла нашего ребенка, потому что ты не мог держать ширинку на замке!
– Я так скучала, – женский голос доносится из кабинета моего мужа, главного врача.
– И я скучал, – шепчет в ответ супруг.
Кто там? С кем разговаривает мой любимый? Без стука захожу в кабинет. Рядом с моим мужем стоит незнакомая девушка.
– Кто это?!
Вместо мужа отвечает рыжая незнакомка.
– У нас долгая история. Мы не были женаты, но когда у меня родился сын, я думала, что мы с Всеволодом поженимся. Но он выбрал карьеру. Я уехала на четыре года и оборвала все связи. Однако сейчас всё изменилось. Ты была лишь временным развлечением, недолговечной заменой. Сейчас вернулась я. Его настоящая любовь, мать его сына. Он – мой! – злорадствующе улыбается.
Мне больно это слышать! Не верю! Почему муж молчит?!
– Сева, скажи, что это неправда! – по щекам текут слёзы.
– Правда. Я не хочу, чтобы ты была моей женой. Документы о разводе придут по почте. На этом наши дороги расходятся. Прощай, – произносит мужчина, чьего ребёнка я ношу под сердцем.
– И я скучал, – шепчет в ответ супруг.
Кто там? С кем разговаривает мой любимый? Без стука захожу в кабинет. Рядом с моим мужем стоит незнакомая девушка.
– Кто это?!
Вместо мужа отвечает рыжая незнакомка.
– У нас долгая история. Мы не были женаты, но когда у меня родился сын, я думала, что мы с Всеволодом поженимся. Но он выбрал карьеру. Я уехала на четыре года и оборвала все связи. Однако сейчас всё изменилось. Ты была лишь временным развлечением, недолговечной заменой. Сейчас вернулась я. Его настоящая любовь, мать его сына. Он – мой! – злорадствующе улыбается.
Мне больно это слышать! Не верю! Почему муж молчит?!
– Сева, скажи, что это неправда! – по щекам текут слёзы.
– Правда. Я не хочу, чтобы ты была моей женой. Документы о разводе придут по почте. На этом наши дороги расходятся. Прощай, – произносит мужчина, чьего ребёнка я ношу под сердцем.
- И как долго ты собиралась скрывать от меня дочь, Алина?
- Ты не должен был узнать о ней. Никогда!
- Тебе не кажется, что это - жестоко?
- Жестоко поступил со мной ты, а это - твоя расплата.
Узнав о предательстве любимого жениха, я убежала в другой город с тайной под сердцем. Я была уверена, что Саша не будет меня искать, что он забыл меня, что я ему не нужна.
Но совершенно неожиданно мы встречаемся под Новый Год, и он заявляет, что вернёт меня. Да только этого не будет!
- Ты не должен был узнать о ней. Никогда!
- Тебе не кажется, что это - жестоко?
- Жестоко поступил со мной ты, а это - твоя расплата.
Узнав о предательстве любимого жениха, я убежала в другой город с тайной под сердцем. Я была уверена, что Саша не будет меня искать, что он забыл меня, что я ему не нужна.
Но совершенно неожиданно мы встречаемся под Новый Год, и он заявляет, что вернёт меня. Да только этого не будет!
– Я тебя никогда не любил.
Муж оглушает словами, а я… смотрю на него и чувствую, как сердце в груди разбивается на миллион осколков.
– Что ты такое говоришь?! Мы восемнадцать лет вместе.
Я прикусываю губу, сдерживаю себя изо всех сил, чтобы не разрыдаться, чтобы не показать предателю, насколько мне больно!
– Прости. Ты была временной.
– Я тебе дочь родила, Огнев! Мы с тобой с института вместе!
Качает головой, глаза холодные и взгляд пронизывающий, чужой, когда муж отвечает со всей уверенностью:
– Я всю жизнь люблю другую. И она… скоро родит мне сына. Прости, Оксана, на этом все…
Муж оглушает словами, а я… смотрю на него и чувствую, как сердце в груди разбивается на миллион осколков.
– Что ты такое говоришь?! Мы восемнадцать лет вместе.
Я прикусываю губу, сдерживаю себя изо всех сил, чтобы не разрыдаться, чтобы не показать предателю, насколько мне больно!
– Прости. Ты была временной.
– Я тебе дочь родила, Огнев! Мы с тобой с института вместе!
Качает головой, глаза холодные и взгляд пронизывающий, чужой, когда муж отвечает со всей уверенностью:
– Я всю жизнь люблю другую. И она… скоро родит мне сына. Прости, Оксана, на этом все…
Правило №1: Мы не семья.
Правило №2: В университете мы не знакомы.
Правило №3: Не влюбляться.
Это всё, что нужно знать о нас со сводным братом.
Правило №2: В университете мы не знакомы.
Правило №3: Не влюбляться.
Это всё, что нужно знать о нас со сводным братом.
— Лера? — Голос Юры удивлённый. — Ты ещё не спишь? Что случилось?
Он заходит в прихожую, останавливается.
— Что... — Пауза. Долгая. — Лер, что это за сумки?
Он идёт на кухню. Появляется в дверном проёме. Смотрит на меня.
На моё лицо. На стол. На телефон.
— Лера, что происходит? — В его голосе тревога. — Почему ты не спишь? Почему мои вещи... — Он не договаривает.
Я молча беру телефон. Нажимаю воспроизведение.
— Лера, дай мне объяснить...
— Объясняй, — говорю я жёстко. — Объясни, кто она. Объясни, почему я должна верить хоть одному твоему слову после этого.
Юра молчит секунду. Две. Три.
Потом садится на стул напротив меня. Кладёт руки на стол. Смотрит мне в глаза.
И начинает говорить.
***
Я ждала извинений. Оправданий. Чего угодно…
Но его слова изменили мой мир навсегда!
Он заходит в прихожую, останавливается.
— Что... — Пауза. Долгая. — Лер, что это за сумки?
Он идёт на кухню. Появляется в дверном проёме. Смотрит на меня.
На моё лицо. На стол. На телефон.
— Лера, что происходит? — В его голосе тревога. — Почему ты не спишь? Почему мои вещи... — Он не договаривает.
Я молча беру телефон. Нажимаю воспроизведение.
— Лера, дай мне объяснить...
— Объясняй, — говорю я жёстко. — Объясни, кто она. Объясни, почему я должна верить хоть одному твоему слову после этого.
Юра молчит секунду. Две. Три.
Потом садится на стул напротив меня. Кладёт руки на стол. Смотрит мне в глаза.
И начинает говорить.
***
Я ждала извинений. Оправданий. Чего угодно…
Но его слова изменили мой мир навсегда!
Что может связать грубого отставного спецназовца с тяжелым армейским прошлым и ранимую мечтательницу-блогера? Только пес-хулиган, который поставит обоих в безвыходную ситуацию.
У Вероники (она журналист) горят дедлайны по работе, а она теперь не может физически работать над статьями. Артура бесит сама мысль о том, что он будет помогать этой растяпе. Но чувство долга сильнее. Этой парочке приходится стать странными союзниками.
Она его постоянно бесит, он же напротив, заинтересовал ее, несмотря на то, что он груб и прямолинеен. Но когда в жизнь Вероники врывается реальная опасность, оказывается, что за маской «мужлана» скрывается чуткий и понимающий человек. И что он может спасти не только от негодяя, но и от одиночества.
У Вероники (она журналист) горят дедлайны по работе, а она теперь не может физически работать над статьями. Артура бесит сама мысль о том, что он будет помогать этой растяпе. Но чувство долга сильнее. Этой парочке приходится стать странными союзниками.
Она его постоянно бесит, он же напротив, заинтересовал ее, несмотря на то, что он груб и прямолинеен. Но когда в жизнь Вероники врывается реальная опасность, оказывается, что за маской «мужлана» скрывается чуткий и понимающий человек. И что он может спасти не только от негодяя, но и от одиночества.
Элитный отель — это не про роскошь. Это про контроль.
Здесь видят слишком много, слышат ещё больше и обязаны молчать.
«Номер люкс» — история о тех, кто живёт между чужими тайнами и собственной жизнью. И о том, что иногда самое опасное место — не улица, а хорошо освещённый холл.
Тамара — администратор гостиничного комплекса с многолетним стажем. Она знает, как улыбаться, когда в одном лифте едут бизнесмен, его законная жена и женщина, изображающая её за наличные. Она умеет закрывать двери, стирать следы и не задавать лишних вопросов. Главное правило — никаких личных связей на работе.
Её собственная жизнь давно напоминает номер после выезда: беспорядок, усталость и ощущение чужого присутствия. Но за фасадом роскоши скрываются вещи опаснее измен и интрижек. В этом отеле встречаются те, кому есть что скрывать. И иногда тайны не успевают выехать вместе с постояльцами.
Когда исчезновения и странные совпадения складываются в цепочку, Тамара оказывается внутри чужой игры.
Здесь видят слишком много, слышат ещё больше и обязаны молчать.
«Номер люкс» — история о тех, кто живёт между чужими тайнами и собственной жизнью. И о том, что иногда самое опасное место — не улица, а хорошо освещённый холл.
Тамара — администратор гостиничного комплекса с многолетним стажем. Она знает, как улыбаться, когда в одном лифте едут бизнесмен, его законная жена и женщина, изображающая её за наличные. Она умеет закрывать двери, стирать следы и не задавать лишних вопросов. Главное правило — никаких личных связей на работе.
Её собственная жизнь давно напоминает номер после выезда: беспорядок, усталость и ощущение чужого присутствия. Но за фасадом роскоши скрываются вещи опаснее измен и интрижек. В этом отеле встречаются те, кому есть что скрывать. И иногда тайны не успевают выехать вместе с постояльцами.
Когда исчезновения и странные совпадения складываются в цепочку, Тамара оказывается внутри чужой игры.
— Даша?.. — выдавил он. — Ты… ты здесь?
— Сюрприз. Внезапная встреча с последствиями.
Женщина рядом с ним посмотрела на меня с интересом. Не с испугом. Интерес — хуже. Он означает, что человек считает себя участником, а не причиной.
— Ты что здесь делаешь? — Костя попытался взять меня за локоть. Нежно. Как будто нежность может отменить географию.
Я убрала руку. Тоже нежно. Без резкости. Резкость — это когда ты хочешь, чтобы было больно. Я не хотела делать ему больно. Я хотела, чтобы он понял: он больше не управляет сценой.
— Работаю, — сказала я. — Представь. Люди ещё иногда работают допоздна. Не все же проводят время… в культурной программе.
— Сюрприз. Внезапная встреча с последствиями.
Женщина рядом с ним посмотрела на меня с интересом. Не с испугом. Интерес — хуже. Он означает, что человек считает себя участником, а не причиной.
— Ты что здесь делаешь? — Костя попытался взять меня за локоть. Нежно. Как будто нежность может отменить географию.
Я убрала руку. Тоже нежно. Без резкости. Резкость — это когда ты хочешь, чтобы было больно. Я не хотела делать ему больно. Я хотела, чтобы он понял: он больше не управляет сценой.
— Работаю, — сказала я. — Представь. Люди ещё иногда работают допоздна. Не все же проводят время… в культурной программе.
Выберите полку для книги