Читать и слушать книги

ХЭ.

Его пальцы коснулись моей шеи, и я тут же вздрогнула.
Я всё помнила. Я никогда не забывала. Наш первый раз в клубе. То, как он зажимал меня в раздевалке. И всё, что было после… Это никогда не забудется.
— В-Вова… — еле выдавила я. — Не-не надо… это неправильно…
Я видела, как дрожали его колени. Как он облизывал губы.
— Я знаю, — прорычал он. — Но я ничего не могу с собой поделать.
Я тоже! Я тоже не могла! Но я должна была, ведь я люблю своего мужа! Но эти воспоминания…
Вдруг Вова рванул вперед и поцеловал меня. И весь мир застыл.

Много лет прошло с момента выпуска из «Элит». Я вышла замуж за Женю, как и мечтала. Я родила сына, как и мечтала. Но однажды призрак из прошлого вновь ворвался в мою жизнь… И оказалось, что мечтала я совсем о другом.

— Он с тобой только из жалости, — убеждала меня его бывшая. — Ему нужна настоящая, полноценная женщина, которая еще сможет ему родить, понимаешь? А на прошлой неделе… Он не сдержался. Его поцелуй кричал громче любых признаний. С тобой он в ловушке собственного благородства. Отпусти его, Саша.
И я отпустила. Болезнь отняла у меня часть тела, а я сама отняла у себя мужа.
— Давай разведемся, — сказала, глядя в его так любимые мною глаза.
— Я полтора года пытался достучаться до тебя. Я терпел твои закрытые двери, твои спрятанные глаза, твое ледяное отчуждение. — во взгляде Андрея только холодная, звенящая пустота, — Невозможно спасти того, кто с таким остервенением сам прыгает в пропасть.
Муж ушел. Из нашего дома, но не из моей жизни.
Вечерний звонок в дверь ломает тишину. На пороге сосед. Красивый, обходительный…и пугающе настойчивый.
— Привет, — говорит он своим низким, бархатным голосом. — Раз ты сама не приглашаешь, я решил проявить инициативу. Пустишь меня?

У входа в метро я остановилась.
— Антон.
— Да?
— Я не знаю, что делать с тем, что происходит.
Он посмотрел на меня серьёзно.
— А нужно что-то делать?
— Наверное, нет. — Я помолчала. — Или нужно остановить, пока не поздно.
— Поздно, — сказал он тихо. — По-моему, уже поздно.

Меня зовут Амелия, и я профессиональная неудачница.
Работу меняю как перчатки, деньги считать не умею, а влюблена в соседа.

Всё летит в тартарары в тот день, когда я проливаю кофе на идеальный белый костюм самого опасного человека в городе.

Алессандро Витали. Мафиози и хозяин жизни. Человек, которого все боятся до дрожи. Он говорит, что я теперь его должница. Он преследует меня, как сталкер с безлимитным бюджетом.

Жаль, что я люблю другого.
Но кого волнует моё мнение, когда мафиози решил, что я — его новая цель?

Я стояла за кулисами и смотрела, как мой муж помогает беременной любовнице подняться на сцену моего фонда.
— Многие из вас знают Веру как лицо нашего проекта, — продолжил он, и у меня внутри что-то обрушилось от этого “знают Веру”, будто я была уже не жена, а чужая сотрудница. — Но время перемен приходит даже в самые устойчивые системы. Люба — женщина, которая вдохновила меня начать жизнь честно. Без лжи.
— И с сегодняшнего дня, — закончил Глеб, — именно Любовь Миронова станет новым публичным куратором фонда.

Двадцать лет брака рушатся за один вечер — прямо на сцене благотворительного фонда, который я строила своими руками. Предательство, унижение и попытка вычеркнуть меня из собственной жизни становятся точкой невозврата. Но вместо того чтобы исчезнуть, я начну борьбу — за своё имя, своё дело и право больше никогда не быть чьей-то тенью.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🔥

Почему я на это все смотрю?
Дверь открывается, и выходит мой муж, а следом за ним его любовница.
Она тянется к нему и целует моего мужа так, как целуют того, кто принадлежит тебе.
Но это еще не все.
Ребенок тянется к нему на руки, и он берет его. Ребенок смеется обнимает и целует его.
Я иду и вижу, как его лицо меняется, увидев меня.
Сначала — удивление.
И только потом, слишком поздно, — понимание.
— Ева?..
Он произносит мое имя тихо, почти не веря.
— Ты… что ты здесь делаешь?
— Я? — я тихо усмехаюсь, чувствуя, как по телу проходит волна холода. — Я приехала к своему мужу.
А потом я перевожу взгляд на нее.
— Дима… — тихо говорит она, переводя взгляд на него. — Что происходит?
Я перевожу взгляд на него — на мужчину, которого любила.
— Здесь происходит вторая семья, — отвечаю я.
Он смотрит на нее.
Потом на меня.
— И это еще не все, — добавляю я, глядя прямо на него. — Я беременна.

— Тот черный комплект с прорезью... надела? До отеля еще пара часов...
Голос моего мужа звучал приглушенно, но каждое слово впечатывалось в мозг раскаленным клеймом. Он изменял мне. С моей бывшей подругой.
Я прилюдно отвесила ей пощечину, хотела швырнуть ему в лицо обручальное кольцо, растоптать лживую иллюзию нашей идеальной семьи, но один звонок из больницы перечеркнул все.
Наш сын болен.
Спасти его может лишь один телефонный звонок.
Но этот контакт есть только у одной женщины — любовницы моего мужа.
— Ох, как ты запела, Весточка, — торжествующе скалится она, глядя на мое отчаяние. — Его номер телефона стоит гораздо больше, чем твое жалкое «извини». Что угодно сделаешь ради сыночка?
— Что угодно... — шепчу я, сжимая в кармане кулаки до боли в костяшках.
Какой бы непомерной не была цена, я заплачу любую.
Как и много лет назад. Когда я даже не знала, что своим разбитым сердцем расплатилась за чужие грехи.

— Отличная работа, — говорит мой ассистент, молодой хирург Денис. — Вы как всегда безупречны.
Я снимаю перчатки и вдруг чувствую, как подступают слезы. Безупречна на работе. Полный провал дома.
— Мария Сергеевна! — В ординаторскую влетает санитар. — Срочно! Поступают пострадавшие после аварии. Тяжелые!
Двери распахиваются, и каталки с пострадавшими вкатывают в травматологическую. Мужчина, без сознания и женщина. Фельдшер на ходу выкрикивает показатели.
Я подхожу ближе, чтобы осмотреть пациентов, и мир вокруг меня останавливается.
***
Я была готова ко всему, но то, что мне придётся оперировать любовницу моего мужа, повергло меня в шок.

— Меня зовут Алина, я работаю с вашим мужем, и мне нужно вам кое-что сказать. Это важно, и я прошу вас выслушать меня до конца, — произносит она на одном дыхании.
Веду её на кухню, ставлю чайник.

— Говорите, — прошу я, оборачиваясь к ней. — Что случилось у Вити на работе?

Она садится, не снимая пальто, смотрит в стол секунду потом поднимает глаза, и во взгляде нет ни озабоченности, ни служебной серьёзности, только холодная, спокойная решимость, и я понимаю в эту секунду, ещё до её слов, что пришла она совсем не по рабочему делу.
— Я беременна от Виктора, — говорит она ровно, без предисловий. — Четыре месяца. Он знает.

Жила-жила себе спокойненько. Наново отстраивала свою, с подростком-сыном, жизнь. Никого не трогала, всем нравилась и была приятной... А потом - бабах! И тебе на голову - озверевшее чудовище, без страха и упрёка.
И ведь так интенсивно, так часто это самое "бабах"! И вот что делать интеллигентной и, так-то, неконфликтной даме? Кинуться воевать с чудовищем? Как-то попытаться минимизировать раздражающее "бабах"?
Жил-жил себе спокойненько. Вёл, требующий полного сосредоточения, бизнес. А потом - бабах! И ты - уже не солидный и порядочный ты, а не понятно, что. Какой-то бешеный зверь, в которого, через прутья, постоянно тычут отвратительной палкой. Естественно, ты забываешь про всё и звереешь. И естественно, подмывает раздражитель, с особой жестокостью, прикончить.
А что надо для воплощения в жизнь возмущения? Правильно! Почаще нападать, чтобы измотать противника до состояния выжатой тряпки.
Другое дело, что враг подл, бессовестен и коварен. Значит, вопрос: измотать, спрашивается, как?