Книги в жанре «Современный любовный роман»
Прекрасный и любящий муж с одной стороны и идеальный и богатый любовник с другой. Мальдивы, дорогие подарки. Муки выбора могут завести совсем не туда, куда бы хотелось...
Каждое утро она заваривала ему кофе, исчезая в фоне его идеальной жизни. Пока однажды ночью не увидела на его секретном экране… свою квартиру в прямом эфире. Он следил за ней. А в папке на столе — девичья фамилия, о которой никто не знал, и фото пропавшей сестры. Теперь Виктория не сбегает, а подходит ближе. Потому что правда страшнее одержимости. Честно, дух захватывает, напряжение сдавливает горло, а химия между ужасом и нежностью — такая, что не оторваться до самого финала.
Бека – сироту, мальчика уйгурской национальности, воспитывает тетка Элина – проститутка, которая ненавидит всех мужчин и свою месть вымещает на Беке. За Беком с малолетства закрепляется кличка «Раб», которая преследует всю его жизнь. После трагической гибели Элины некоторое время Бека опекает старый бомж Егорович. Чувствуя свою скорую кончину, Егорович предлагает купить Бека бизнесмену Яну, который всегда подавал им милостыню. Пытаясь обуздать своего родного непутевого сына Сержа, Ян покупает Бека и усыновляет его. Но это никак не влияет на Сержа, а повзрослев, он начинает пьянствовать и вести беспутный образ жизни. Между Беком и Сержем с детства возникают неприязненные отношения. Бек занимается единоборствами, проявляет недюжинные способности к наукам, и Ян отправляет Бека учиться в Англию. При заключении сделки бандиты убивают Яна, и фирма, которой он управлял, становится банкротом. Бек тут же возвращается в Россию, а Серж продаёт Бека бандитам, как раба для отработки долгов.
— Я не выйду за него, только если перестану быть невинной, — говорю тихо.
Она застывает.
— Ты… ты окончательно рехнулась?
— Нет, — качаю головой. — Мне кажется, что я, наоборот, прозрела.
За дверью раздаётся приглушённый голос отца. Он что-то спрашивает у кого-то из домашних. Сабина вздрагивает.
— Ты не понимаешь… — шепчет она. — Это позор. Это смерть. Это еще хуже, чем побег!
— Ну и пусть, — психую я. — Уж лучше в земле, чем со стариком в постели.
Я встаю и подхожу к зеркалу. Смотрю на себя — молодая, напуганная и очень преочень злая.
— Если я лишусь невинности, — продолжаю, не оборачиваясь, — он меня сам не захочет.
Настоящее произведение является художественным вымыслом. Все персонажи, имена, диалоги и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными собы
Она застывает.
— Ты… ты окончательно рехнулась?
— Нет, — качаю головой. — Мне кажется, что я, наоборот, прозрела.
За дверью раздаётся приглушённый голос отца. Он что-то спрашивает у кого-то из домашних. Сабина вздрагивает.
— Ты не понимаешь… — шепчет она. — Это позор. Это смерть. Это еще хуже, чем побег!
— Ну и пусть, — психую я. — Уж лучше в земле, чем со стариком в постели.
Я встаю и подхожу к зеркалу. Смотрю на себя — молодая, напуганная и очень преочень злая.
— Если я лишусь невинности, — продолжаю, не оборачиваясь, — он меня сам не захочет.
Настоящее произведение является художественным вымыслом. Все персонажи, имена, диалоги и события вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, живыми или умершими, а также с реальными собы
Илона верила, что её брак — крепость. Пока в один обычный день эта крепость не пала без единого выстрела. Незнакомка по имени Алиса пришла не с угрозами, а с просьбой: «Отпустите его». И с доказательствами. Год встреч. Объятия на чужом балконе. Ракушка, привезённая из «командировки» как сувенир счастливого адюльтера.
Это не просто история об измене. Это история о крушении реальности. О том, как за секунду рушится всё, во что ты верил, а на месте любви остаётся ледяная пустота и единственный вопрос: кем был этот человек все эти годы? И что делать, когда земля уходит из-под ног, а перед тобой стоит живое доказательство твоего заблуждения?
Это не просто история об измене. Это история о крушении реальности. О том, как за секунду рушится всё, во что ты верил, а на месте любви остаётся ледяная пустота и единственный вопрос: кем был этот человек все эти годы? И что делать, когда земля уходит из-под ног, а перед тобой стоит живое доказательство твоего заблуждения?
Сильные люди тоже имеют право на счастье. Просто они забывают об этом первыми.
Благородству претит месть.
А чувство долга заставляет жертвовать собой.
Поэтому он собирается начать новую жизнь в чужой стране,
а она — продолжить старую, в которой для неё самой давно не осталось места.
Но снежная катастрофа под Новый год
не даёт им сбежать
и вынуждает переступить через главный страх —
ошибиться снова.
Потому что иногда ошибка
— единственно верный путь к счастью.
Благородству претит месть.
А чувство долга заставляет жертвовать собой.
Поэтому он собирается начать новую жизнь в чужой стране,
а она — продолжить старую, в которой для неё самой давно не осталось места.
Но снежная катастрофа под Новый год
не даёт им сбежать
и вынуждает переступить через главный страх —
ошибиться снова.
Потому что иногда ошибка
— единственно верный путь к счастью.
– Ну, привет, подруга, - в дверях стоит моя соседка по бывшей квартире.
– Клара! - восклицаю, разглядывая стоящую рядом с ней девочку, примерно одного возраста с нашим младшим сыном. - Какими судьбами?
– Да, вот Вику не с кем оставить. Мне срочно уехать надо, - огорошивает меня Клара.
– А чего не позвонила? - удивляюсь.
Такие ситуации обсуждаются сначала.
– Мама, - подает голос девочка, - где папа? Он здесь живет?
– Да, Вика, твой папа живет здесь. Познакомься с женой твоего отца. Это Лера, - затем обращается ко мне. - А это Вика - дочка твоего мужа.
– Клара! - восклицаю, разглядывая стоящую рядом с ней девочку, примерно одного возраста с нашим младшим сыном. - Какими судьбами?
– Да, вот Вику не с кем оставить. Мне срочно уехать надо, - огорошивает меня Клара.
– А чего не позвонила? - удивляюсь.
Такие ситуации обсуждаются сначала.
– Мама, - подает голос девочка, - где папа? Он здесь живет?
– Да, Вика, твой папа живет здесь. Познакомься с женой твоего отца. Это Лера, - затем обращается ко мне. - А это Вика - дочка твоего мужа.
Анна приезжает в приморский город всего на три месяца.
Её задача — восстановить старую усадьбу и собственную репутацию после болезненного развода и профессионального провала. Чёткий план, холодный разум, никакой личной жизни — только работа.
Но старый дом оказывается живым.
Он хранит память, дышит прошлым и медленно разрушает её привычный контроль.
А ещё в этом доме есть Михаил — плотник, который чувствует дерево так же тонко, как людей. Спокойный, надёжный, упрямый. Совсем не тот мужчина, которого Анна собиралась полюбить.
Между реставрацией стен и восстановлением утраченных деталей оживает не только усадьба, но и чувства, от которых невозможно спрятаться. Страсть вспыхивает внезапно, ломая правила, границы и страхи.
И теперь Анне предстоит сделать выбор:
вернуться к безопасной, привычной жизни
или рискнуть — и остаться там, где оживает память и начинается любовь.
Тёплый, чувственный роман о втором шансе, выборе сердцем и доме, который может стать судьбой.
18+
Её задача — восстановить старую усадьбу и собственную репутацию после болезненного развода и профессионального провала. Чёткий план, холодный разум, никакой личной жизни — только работа.
Но старый дом оказывается живым.
Он хранит память, дышит прошлым и медленно разрушает её привычный контроль.
А ещё в этом доме есть Михаил — плотник, который чувствует дерево так же тонко, как людей. Спокойный, надёжный, упрямый. Совсем не тот мужчина, которого Анна собиралась полюбить.
Между реставрацией стен и восстановлением утраченных деталей оживает не только усадьба, но и чувства, от которых невозможно спрятаться. Страсть вспыхивает внезапно, ломая правила, границы и страхи.
И теперь Анне предстоит сделать выбор:
вернуться к безопасной, привычной жизни
или рискнуть — и остаться там, где оживает память и начинается любовь.
Тёплый, чувственный роман о втором шансе, выборе сердцем и доме, который может стать судьбой.
18+
Может, это видео на телефоне.
Может, мне показалось.
Может…но нет.
Артём сделал шаг вперёд.
— Ева, я виноват. Я… я не оправдываюсь. Я просто… это случилось, я не заметил, как…
— Не заметил? — я подняла брови. — Ты сорок восемь лет живёшь на этой земле. Ты умеешь подписывать договоры, решать вопросы, строить планы, говорить “нет” всему, что тебе не выгодно. И ты не заметил, как полез к девчонке, которую мы практически воспитывали? Ты думаешь, я поверю в “не заметил”?
Он открыл рот — и закрыл. Как будто сам услышал, насколько это жалко.
Я почувствовала, как под кожей у меня поднимается дрожь. Мой организм пытался отключить эмоции, чтобы не умереть прямо сейчас.
— Пошла вон отсюда, — сказала девушке, которую считала семьёй.
Она шагнула в коридор, потом остановилась у входной двери.
— Я… — она снова заплакала. — Я правда… я не хотела, чтобы так…
— А как ты хотела, Катя? — спросила я. — Чтобы я вас не увидела? Чтобы я уехала, и вы продолжали? Скажи честно. Как ты хотела?
Может, мне показалось.
Может…но нет.
Артём сделал шаг вперёд.
— Ева, я виноват. Я… я не оправдываюсь. Я просто… это случилось, я не заметил, как…
— Не заметил? — я подняла брови. — Ты сорок восемь лет живёшь на этой земле. Ты умеешь подписывать договоры, решать вопросы, строить планы, говорить “нет” всему, что тебе не выгодно. И ты не заметил, как полез к девчонке, которую мы практически воспитывали? Ты думаешь, я поверю в “не заметил”?
Он открыл рот — и закрыл. Как будто сам услышал, насколько это жалко.
Я почувствовала, как под кожей у меня поднимается дрожь. Мой организм пытался отключить эмоции, чтобы не умереть прямо сейчас.
— Пошла вон отсюда, — сказала девушке, которую считала семьёй.
Она шагнула в коридор, потом остановилась у входной двери.
— Я… — она снова заплакала. — Я правда… я не хотела, чтобы так…
— А как ты хотела, Катя? — спросила я. — Чтобы я вас не увидела? Чтобы я уехала, и вы продолжали? Скажи честно. Как ты хотела?
—Я прекрасно понимаю, что изменам нет места в нашем браке,— произнес муж поздно вечером. Я напрягалась, не совсем понимая. —Я хотел бы быть тебе верным мужем, как и клялся однажды, но увы…
—К чему ты ведешь?— нахмурившись, уточнила, сглатывая подступивший ком к горлу.
—Изменил, предал, солгал. Считаю, что как порядочный и честный человек не имею права скрывать. Я тебя уважаю и ценю, как женщину и мать моих детей. Но…
—Не любишь,— договорила за него и глаза зажгло от боли и обиды.
Двенадцать лет брака. Двое детей. Как честный и порядочный человек, муж ушел из семьи тихо и мирно, забрав с собой дочь.
Я пыталась наладить с ней отношения, но все тщетно. Спустя год после развода мы встретились с бывшим на новогоднем утреннике сына.
—Мы с Оксаной решили, что Тимошу к себе заберем. Она хочет потренироваться быть мамой мальчика. Тебе так проще жизнь свою устраивать будет. А то пенсия не за горами, а ты все одна. У меня,кстати, есть кое-кто на примете для тебя…
—К чему ты ведешь?— нахмурившись, уточнила, сглатывая подступивший ком к горлу.
—Изменил, предал, солгал. Считаю, что как порядочный и честный человек не имею права скрывать. Я тебя уважаю и ценю, как женщину и мать моих детей. Но…
—Не любишь,— договорила за него и глаза зажгло от боли и обиды.
Двенадцать лет брака. Двое детей. Как честный и порядочный человек, муж ушел из семьи тихо и мирно, забрав с собой дочь.
Я пыталась наладить с ней отношения, но все тщетно. Спустя год после развода мы встретились с бывшим на новогоднем утреннике сына.
—Мы с Оксаной решили, что Тимошу к себе заберем. Она хочет потренироваться быть мамой мальчика. Тебе так проще жизнь свою устраивать будет. А то пенсия не за горами, а ты все одна. У меня,кстати, есть кое-кто на примете для тебя…
Выберите полку для книги