Читать и слушать книги
Пятнадцать лет назад он предал меня. Исчез из моей жизни сразу после выпускного, когда получил то, что хотел.
Я уехала из города, научилась жить одна, без него. Но с нашим общим сыном, о котором он не знал.
У меня почти получилось забыть о нем, но несчастье постучалось в двери моего дома. И единственный, кто может помочь мне спасти сына – он.
Тот, любовь к которому у меня не исчезла даже после стольких лет. Он, отец нашего ребенка. Майор Хмурый Роман Константинович.
ПОВЕСТЬ ЗАКОНЧЕНА.
Я уехала из города, научилась жить одна, без него. Но с нашим общим сыном, о котором он не знал.
У меня почти получилось забыть о нем, но несчастье постучалось в двери моего дома. И единственный, кто может помочь мне спасти сына – он.
Тот, любовь к которому у меня не исчезла даже после стольких лет. Он, отец нашего ребенка. Майор Хмурый Роман Константинович.
ПОВЕСТЬ ЗАКОНЧЕНА.
– Ты почему здесь? – спрашивает босс, заглядывая в ординаторскую. – Спишь? – удивляется, заметив, как натягиваю на себя плед.
– Я… – мямлю, не зная, что ответить.
Это не по правилам, я в курсе.
– Собирайся, поедешь ко мне, – припечатывает, меняя медицинский халат на рубашку.
Да он эгсгибиционист! Никуда я с ним не поеду!
– Спасибо, нет! – неуверенно качаю головой.
– Ты в моих словах услышала предложение? – подходит и резко сдёргивает с меня плед, будто пластырь с раны срывает.
Чётко, быстро, по врачебному не колеблясь.
– Ты едешь со мной. И это не обсуждается!
Когда я пришла устраиваться на работу, босс принял меня за пациентку и заставил раздеться для осмотра.
Об этом узнала моя сводная сестра и донесла родителям под выгодным ей «соусом». Как итог, мне пришлось уйти из дома.
И теперь я живу у него – у самого успешного кардиолога города и моего босса по совместительству.
– Я… – мямлю, не зная, что ответить.
Это не по правилам, я в курсе.
– Собирайся, поедешь ко мне, – припечатывает, меняя медицинский халат на рубашку.
Да он эгсгибиционист! Никуда я с ним не поеду!
– Спасибо, нет! – неуверенно качаю головой.
– Ты в моих словах услышала предложение? – подходит и резко сдёргивает с меня плед, будто пластырь с раны срывает.
Чётко, быстро, по врачебному не колеблясь.
– Ты едешь со мной. И это не обсуждается!
Когда я пришла устраиваться на работу, босс принял меня за пациентку и заставил раздеться для осмотра.
Об этом узнала моя сводная сестра и донесла родителям под выгодным ей «соусом». Как итог, мне пришлось уйти из дома.
И теперь я живу у него – у самого успешного кардиолога города и моего босса по совместительству.
Гармония – это сборник фантастических повестей, романтических рассказов о любви, новелл на социально-бытовые темы, лирических, грустных и трогательных историй из жизни, которые заставляют задуматься…
От фантастики до описания характеров и событий реального мира, где герои показаны в действиях и конфликтах…
Написанная в лёгкой форме, эта книга о размышлениях человека и его жизни в гармонии с природой…
Повествования проникнуты болью за судьбу России и одновременно гордостью за неё…
От фантастики до описания характеров и событий реального мира, где герои показаны в действиях и конфликтах…
Написанная в лёгкой форме, эта книга о размышлениях человека и его жизни в гармонии с природой…
Повествования проникнуты болью за судьбу России и одновременно гордостью за неё…
Виктория. Из пустыни — в бой. Из прошлого — в наш век.
Саблю — в толпу. Пистолет — в предателей. Сердце — настежь.
Она не стареет. Не сдаётся. Не прощает.
Беглянка из времени. Женщина, которая не боится крови и не верит на слово.
Её история — как выстрел: резко, честно, без права на промах.
Саблю — в толпу. Пистолет — в предателей. Сердце — настежь.
Она не стареет. Не сдаётся. Не прощает.
Беглянка из времени. Женщина, которая не боится крови и не верит на слово.
Её история — как выстрел: резко, честно, без права на промах.
— Надо было тогда продолжать тебе травки давать, может хоть я и избавила бы сыночка от такого позора! Ох, брать на душу не хотелось…
В голове вспыхнули воспоминания о тяжелейшей беременности, когда я едва не потеряла Платошу.
— Так это вы? Вы чуть не лишили меня ребёнка! — я обернулась на мужа. — Ты слышал это?
Витя медленно обошёл меня по дуге, остановился рядом со своей матерью и равнодушно произнёс, выбивая почву у меня из-под ног:
— Травки были для тебя безопасны, а ребёнка нам было рано.
Восемь лет брака, которые стали для меня полем боя, где противником стала… моя свекровь! Один-ноль, Нина Алексеевна, от души поздравляю. Забирайте своего сына обратно!
В голове вспыхнули воспоминания о тяжелейшей беременности, когда я едва не потеряла Платошу.
— Так это вы? Вы чуть не лишили меня ребёнка! — я обернулась на мужа. — Ты слышал это?
Витя медленно обошёл меня по дуге, остановился рядом со своей матерью и равнодушно произнёс, выбивая почву у меня из-под ног:
— Травки были для тебя безопасны, а ребёнка нам было рано.
Восемь лет брака, которые стали для меня полем боя, где противником стала… моя свекровь! Один-ноль, Нина Алексеевна, от души поздравляю. Забирайте своего сына обратно!
- Давно мечтал это сделать. - прошептал он ей в макушку и вдохнул запах волос. Катя развернулась и залепила звонкую пощёчину:
- Давно мечтала это сделать. - она оттолкнула Павла и прошла к своему креслу.
- Давно мечтала это сделать. - она оттолкнула Павла и прошла к своему креслу.
— Ты привела её сама. Значит, доверяла.
— Я привела её в семью. А не к тебе в постель.
— У каждого своя функция. Ты — жена. Она — для удовольствия.
— Да как ты смеешь?! Я — не вещь. Я человек. И ты предал меня дважды.
Мы были вместе почти всю жизнь. Дети, дом, уважение, статус — всё на мне держалось.
А он выбрал ту, что моложе. Удобнее. Тише.
Думал, я проглочу. Промолчу. Потерплю.
Но я собрала себя по кусочкам и ушла.
И да — он потом пожалел. Только было поздно.
— Я привела её в семью. А не к тебе в постель.
— У каждого своя функция. Ты — жена. Она — для удовольствия.
— Да как ты смеешь?! Я — не вещь. Я человек. И ты предал меня дважды.
Мы были вместе почти всю жизнь. Дети, дом, уважение, статус — всё на мне держалось.
А он выбрал ту, что моложе. Удобнее. Тише.
Думал, я проглочу. Промолчу. Потерплю.
Но я собрала себя по кусочкам и ушла.
И да — он потом пожалел. Только было поздно.
— Ты спишь с моей сестрой?
— Не начинай. Всё уже произошло.
— Ты хоть понимаешь, что это измена?
— Да брось. У вас одно лицо. Она — такая же, как ты. Только ярче.
Я прожила с ним почти тридцать лет. Родила двоих детей. Пожертвовала карьерой, молчала, терпела, верила.
А он выбрал мою копию.
Я ушла. Не сломалась. А потом поднялась — и вернулась. Чтобы нанести удар.
— Не начинай. Всё уже произошло.
— Ты хоть понимаешь, что это измена?
— Да брось. У вас одно лицо. Она — такая же, как ты. Только ярче.
Я прожила с ним почти тридцать лет. Родила двоих детей. Пожертвовала карьерой, молчала, терпела, верила.
А он выбрал мою копию.
Я ушла. Не сломалась. А потом поднялась — и вернулась. Чтобы нанести удар.
- Мама... - наконец решился он. - Папа сделал что-то плохое?
Я вцепилась в руль. Костяшки пальцев побелели.
- Да, солнышко. Очень плохое.
- Он целовался с тётей Мариной? - неожиданно спросил он.
Я чуть не выехала на встречную. Господи. Что он видел? Что понял?
- Я видел, как они целовались в машине, когда ты болела, - продолжил Денис. - Папа сказал, это секрет. Что маме будет плохо, если она узнает.
Арина издала странный звук - что-то среднее между всхлипом и смешком.
- Как будто мы все не знали, - пробормотала она.
Я вцепилась в руль. Костяшки пальцев побелели.
- Да, солнышко. Очень плохое.
- Он целовался с тётей Мариной? - неожиданно спросил он.
Я чуть не выехала на встречную. Господи. Что он видел? Что понял?
- Я видел, как они целовались в машине, когда ты болела, - продолжил Денис. - Папа сказал, это секрет. Что маме будет плохо, если она узнает.
Арина издала странный звук - что-то среднее между всхлипом и смешком.
- Как будто мы все не знали, - пробормотала она.
— Ты спишь с моей дочерью?
— И что? Она мне не родная.
— Ты мужчина, которому я доверила её судьбу.
— Не драматизируй. Мы взрослые. Всё произошло само.
— Нет. Не само. Ты предал. Нагло сделал ее своей любовницей.
Я не знала, как предательство может выглядеть вблизи. До тех пор, пока не увидела его руки на её талии. Моя дочь и муж. И тишина между нами, в которой было слишком много грязи.
А потом на пороге появился тот, кто отказался от неё ещё младенцем. Но он пришёл не за ней.
— И что? Она мне не родная.
— Ты мужчина, которому я доверила её судьбу.
— Не драматизируй. Мы взрослые. Всё произошло само.
— Нет. Не само. Ты предал. Нагло сделал ее своей любовницей.
Я не знала, как предательство может выглядеть вблизи. До тех пор, пока не увидела его руки на её талии. Моя дочь и муж. И тишина между нами, в которой было слишком много грязи.
А потом на пороге появился тот, кто отказался от неё ещё младенцем. Но он пришёл не за ней.
Выберите полку для книги