Книги в жанре «Романы о неверности»
— Ты стоишь передо мной в расстегнутой рубашке, от тебя пахнет ее духами, и ты говоришь мне, что это — ради нас?
— Без истерик, ладно? На ваши бабские глупости сейчас нет сил.
— Ты мне изменяешь три года! И говоришь, что это для нас?!
Терпение у мужа заканчивается.
Я вижу, как ходят желваки, как глаза наливаются кровью.
— Хватит! Замолчи! Да, ради нас! И ты должна быть мне за это благодарна, ясно? Я делал для семьи все, что мог! Я нашел выход! И если ты сейчас будешь меня отчитывать как второклассника, итог тебе не понравится!
— Да? И что ты сделаешь? — отступаю на шаг назад. — Скажешь, что она у тебя не первая? Что до нее ты спал с кем-то еще ради семьи?
— С тех пор, как бизнес наладился, ты можешь ни в чем себе не отказывать. В чем твоя претензия?
— Может быть в том, что ты спишь с чужой бабой, Степа? Может, в том, что это жена твоего партнера, который тебе доверяет? Может в том, что твоя жена тебя любит, пока ты развлекаешься с Кирой?!
— Без истерик, ладно? На ваши бабские глупости сейчас нет сил.
— Ты мне изменяешь три года! И говоришь, что это для нас?!
Терпение у мужа заканчивается.
Я вижу, как ходят желваки, как глаза наливаются кровью.
— Хватит! Замолчи! Да, ради нас! И ты должна быть мне за это благодарна, ясно? Я делал для семьи все, что мог! Я нашел выход! И если ты сейчас будешь меня отчитывать как второклассника, итог тебе не понравится!
— Да? И что ты сделаешь? — отступаю на шаг назад. — Скажешь, что она у тебя не первая? Что до нее ты спал с кем-то еще ради семьи?
— С тех пор, как бизнес наладился, ты можешь ни в чем себе не отказывать. В чем твоя претензия?
— Может быть в том, что ты спишь с чужой бабой, Степа? Может, в том, что это жена твоего партнера, который тебе доверяет? Может в том, что твоя жена тебя любит, пока ты развлекаешься с Кирой?!
– Стой, Аля, не дури… Там же… За порогом начнется другая жизнь – реальная! Ни тебе роскоши, ни прислуги, ни… Да постой ты! – хватает он меня за рукав.
– Я подала на развод, Эмир! И ни минуты больше не останусь в этом доме! Ты мне омерзителен… Ты…
– И что ты будешь делать? Кому ты нужна? Ты и делать-то ничего не умеешь. Я, конечно, могу дать тебе номерок одного заведения, куда частенько захаживал… Хотя… Тебе почти сорок, ты и на это неспособна, женушка. Хозяйка может предложить тебе работу уборщицы, подойдет?
– Все лучше, чем жить с тобой!
После предательства мужа мне ничего не оставалось, как вернуться на родину, в родительский дом.
А там я встретила человека из прошлого, неожиданно протянувшего мне руку помощи…
– Я подала на развод, Эмир! И ни минуты больше не останусь в этом доме! Ты мне омерзителен… Ты…
– И что ты будешь делать? Кому ты нужна? Ты и делать-то ничего не умеешь. Я, конечно, могу дать тебе номерок одного заведения, куда частенько захаживал… Хотя… Тебе почти сорок, ты и на это неспособна, женушка. Хозяйка может предложить тебе работу уборщицы, подойдет?
– Все лучше, чем жить с тобой!
После предательства мужа мне ничего не оставалось, как вернуться на родину, в родительский дом.
А там я встретила человека из прошлого, неожиданно протянувшего мне руку помощи…
Книга 2 Лада, идеальная жена успешного бизнесмена, привыкла к роскоши и молчанию мужа. Однажды ночью на темной трассе она принимает роды у незнакомки — и с ужасом понимает, что держит на руках долгожданного сына своего мужа Рената от другой женщины. С этого мгновения идеальный брак рушится, обнажая ложь, манипуляции и жестокость. Война за детей, наследство и собственную свободу превращает бывшую жену в опасного противника. Но в эпицентре этой схватки Лада находит не только врага, но и неожиданного союзника — человека, который рискует всем, чтобы помочь ей выжить.
— Вадим. Началось. — Голос мой дрожал, и я ненавидела себя за эту дрожь, ненавидела свои связки, что не подчинялись мне. — Воды отошли. Схватки. Часто. Очень часто, Вадим, я считала — каждые пять минут.
В трубке повисла пауза, и в этой паузе я отчетливо услышала то, что слышать была не должна: где-то на том конце тихо, мелодично рассмеялась женщина. Серебряный, незнакомый, чужой смех. Звякнул хрусталь о хрусталь. И что-то внутри меня, еще не понимая умом, уже поняло нутром – поняло и сжалось в комок.
— И? — произнес он наконец, и в этом коротком звуке было столько скуки, что им можно было бы усыпить целую больничную палату. — Оля. Ты взрослая баба. Тебе тридцать четыре. Ты что, сама в роддом доехать не способна? Это, по-твоему, мужская работа — отвозить тебя рожать, как будто я тебе акушерка на полставки?
— Мне страшно, — выдохнула я, и слезы покатились сами, обжигая щеки. — Я одна, Вадим. Я совсем одна. Я не могу одна, понимаешь? Это твои дети. Наши дети.
В трубке повисла пауза, и в этой паузе я отчетливо услышала то, что слышать была не должна: где-то на том конце тихо, мелодично рассмеялась женщина. Серебряный, незнакомый, чужой смех. Звякнул хрусталь о хрусталь. И что-то внутри меня, еще не понимая умом, уже поняло нутром – поняло и сжалось в комок.
— И? — произнес он наконец, и в этом коротком звуке было столько скуки, что им можно было бы усыпить целую больничную палату. — Оля. Ты взрослая баба. Тебе тридцать четыре. Ты что, сама в роддом доехать не способна? Это, по-твоему, мужская работа — отвозить тебя рожать, как будто я тебе акушерка на полставки?
— Мне страшно, — выдохнула я, и слезы покатились сами, обжигая щеки. — Я одна, Вадим. Я совсем одна. Я не могу одна, понимаешь? Это твои дети. Наши дети.
Муж изменил мне.
Я могла бы пережить это. Развод, любовницу, даже ее беременность.
Но потом я случайно услышала, как он обсуждает кое-что похуже: меня нужно выставить ненормальной. Не обязательно навсегда. Достаточно, чтобы мне перестали верить.
Врач, родственники, «заботливый» муж — все уже почти готово.
Только Артем не знает, что я услышала его план.
И теперь я сделаю все, чтобы защитить себя.
А поможет мне человек, которого бывший боится больше всего.
Я могла бы пережить это. Развод, любовницу, даже ее беременность.
Но потом я случайно услышала, как он обсуждает кое-что похуже: меня нужно выставить ненормальной. Не обязательно навсегда. Достаточно, чтобы мне перестали верить.
Врач, родственники, «заботливый» муж — все уже почти готово.
Только Артем не знает, что я услышала его план.
И теперь я сделаю все, чтобы защитить себя.
А поможет мне человек, которого бывший боится больше всего.
Муж изменял мне семнадцать лет. У него другая семья.
Я думала, это конец. Но всё изменил Артур Витанов. Генеральный директор холдинга. Мой босс. Мужчина, который привык брать свое и не отступит, пока не получит желаемое.
Он заставил меня вспомнить, что значит любить. В его объятиях нет места лжи. Вот только наш союз — идеальная мишень для его врагов. Они готовы разорвать Витанова, ударив по мне.
Теперь я могу стать либо его спасением, либо его гибелью.
Пути назад нет. Но я не хочу назад.
Я хочу идти вперед — даже если придётся сгореть в объятиях босса.
***
В тексте есть: измена, предательство, развод, властный герой, миллиардер, сильная героиня, служебный роман, современный любовный роман, очень эмоционально, откровенно, сильные чувства, сильные чувства и любовь
Однотомник.
Я думала, это конец. Но всё изменил Артур Витанов. Генеральный директор холдинга. Мой босс. Мужчина, который привык брать свое и не отступит, пока не получит желаемое.
Он заставил меня вспомнить, что значит любить. В его объятиях нет места лжи. Вот только наш союз — идеальная мишень для его врагов. Они готовы разорвать Витанова, ударив по мне.
Теперь я могу стать либо его спасением, либо его гибелью.
Пути назад нет. Но я не хочу назад.
Я хочу идти вперед — даже если придётся сгореть в объятиях босса.
***
В тексте есть: измена, предательство, развод, властный герой, миллиардер, сильная героиня, служебный роман, современный любовный роман, очень эмоционально, откровенно, сильные чувства, сильные чувства и любовь
Однотомник.
Я пустила младшую сестру в свой дом, а на самом деле она оказалась змеей, которую я пригрела на груди. Точнее на своей кровати, на которой я их застаю.
Мой муж лежит на спине. Он что-то шепчет ей в ухо и ведет ладонями по ее спине.
Я распахиваю дверь в спальню.
— Лин, это не то, что ты думаешь. Я спал, клянусь! Она сама запрыгнула.
Таня хватает простыню и говорит с вызовом:
— Да, я легла с ним. И что? Ты посмотри на себя. Ты выглядишь на десять лет старше. Неудивительно, что он искал кого-то помоложе.
— Собирай вещи.
— Да пошла ты! Я просто красивее, моложе, а ты свое уже отжила. Ты пресная, как вчерашняя каша.
Моя рука взлетает. Пощечина получается звонкой, хлесткой. Голова Тани дергается в сторону, она вскрикивает и хватается за щеку, но это еще не вся месть, уготовленная предателям! Они пожалеют, а я научусь дышать после предательства!
Мой муж лежит на спине. Он что-то шепчет ей в ухо и ведет ладонями по ее спине.
Я распахиваю дверь в спальню.
— Лин, это не то, что ты думаешь. Я спал, клянусь! Она сама запрыгнула.
Таня хватает простыню и говорит с вызовом:
— Да, я легла с ним. И что? Ты посмотри на себя. Ты выглядишь на десять лет старше. Неудивительно, что он искал кого-то помоложе.
— Собирай вещи.
— Да пошла ты! Я просто красивее, моложе, а ты свое уже отжила. Ты пресная, как вчерашняя каша.
Моя рука взлетает. Пощечина получается звонкой, хлесткой. Голова Тани дергается в сторону, она вскрикивает и хватается за щеку, но это еще не вся месть, уготовленная предателям! Они пожалеют, а я научусь дышать после предательства!
— Ты приводил её сюда. В нашу кровать. Пока я была у родителей и думала, что ты просто устал на работе.
Он издаёт короткий, резкий смешок, но в нём сквозит паника.
— И что теперь? Будешь разыгрывать жертву? Все наши общие друзья посмеются. Родители скажут, что ты сама виновата — не удержала. Ты же всегда всё прощала. А теперь вдруг решила стать гордой? Без меня ты никто, Кира. Никто. Кто тебя возьмёт? С твоей работой на удалёнке и страхом сказать лишнее слово?
***
Восемь лет я была идеальной женой. Пока не увидела сообщение от его секретарши: «Скучаю по твоим рукам».
С одним чемоданом я ухожу из дома. В ночном аэропорту встречаю Даниила — командира воздушного судна. Мужчину, который смотрит на меня так, будто я — целый мир.
Он шепчет: «Не возвращайся к тому, кто научил тебя бояться высоты. Полетим вместе?»
Но Павел не отпускает. Манипуляции, давление, «ты без меня никто».
Я выбираю себя. И учусь летать.
Он издаёт короткий, резкий смешок, но в нём сквозит паника.
— И что теперь? Будешь разыгрывать жертву? Все наши общие друзья посмеются. Родители скажут, что ты сама виновата — не удержала. Ты же всегда всё прощала. А теперь вдруг решила стать гордой? Без меня ты никто, Кира. Никто. Кто тебя возьмёт? С твоей работой на удалёнке и страхом сказать лишнее слово?
***
Восемь лет я была идеальной женой. Пока не увидела сообщение от его секретарши: «Скучаю по твоим рукам».
С одним чемоданом я ухожу из дома. В ночном аэропорту встречаю Даниила — командира воздушного судна. Мужчину, который смотрит на меня так, будто я — целый мир.
Он шепчет: «Не возвращайся к тому, кто научил тебя бояться высоты. Полетим вместе?»
Но Павел не отпускает. Манипуляции, давление, «ты без меня никто».
Я выбираю себя. И учусь летать.
– Полина, давай обойдемся без скандала, хорошо? Это не надо ни мне, ни тебе, – спокойным, даже каким-то будничным тоном произнес Андрей, нагло смотря мне в глаза.
– А что мне делать? Тихо собрать вещи и освободить квартиру для вас с Машей? Может, мне еще и блинчиков к ее приходу нажарить, и порядок навести, чтобы она чувствовала себя как дома?
– Перестань драматизировать. Все-таки я не выгоняю тебя из квартиры на ночь глядя. У тебя будет время спокойно собрать вещи и найти жилье.
– Вот так милость! Ждешь в ответ благодарности?
– Знаешь, а ты и правда могла бы проявить чуть больше благодарности!
– И за что мне тебя благодарить? За несколько лет лжи? Ты же начал встречаться с Машей еще когда я была беременна Витей!
– А что мне делать? Тихо собрать вещи и освободить квартиру для вас с Машей? Может, мне еще и блинчиков к ее приходу нажарить, и порядок навести, чтобы она чувствовала себя как дома?
– Перестань драматизировать. Все-таки я не выгоняю тебя из квартиры на ночь глядя. У тебя будет время спокойно собрать вещи и найти жилье.
– Вот так милость! Ждешь в ответ благодарности?
– Знаешь, а ты и правда могла бы проявить чуть больше благодарности!
– И за что мне тебя благодарить? За несколько лет лжи? Ты же начал встречаться с Машей еще когда я была беременна Витей!
– Ира, – произносит муж, и в его голосе нет ни капли вины. – Какого черта ты здесь делаешь?!
– Ты решил дать эксклюзивное интервью прямо в постели?! – говорю с иронией. – Прости, что помешала!
– Прекрати сейчас же! – рычит он. – Нам нужно поговорить. Спокойно. Вечером дома, – говорит муж.
– Ты платишь ей из семейного бюджета, – тут же парирую. – Три месяца назад ты начал снимать наличные: по сорок-пятьдесят тысяч раз в две недели. – Аренда квартиры, рестораны, ювелирные магазины.
– Ира, не нужно делать из этого... – произносит Андрей.
– Я уже сделала, – перебиваю его. – Три дня назад.
***
Несколько мгновений разрушили одиннадцать лет счастливого брака. Но муж даже не подозревает, что три дня назад я не просто сделала выводы – я подписала ему приговор. Осталось лишь привести его в исполнение.
– Ты решил дать эксклюзивное интервью прямо в постели?! – говорю с иронией. – Прости, что помешала!
– Прекрати сейчас же! – рычит он. – Нам нужно поговорить. Спокойно. Вечером дома, – говорит муж.
– Ты платишь ей из семейного бюджета, – тут же парирую. – Три месяца назад ты начал снимать наличные: по сорок-пятьдесят тысяч раз в две недели. – Аренда квартиры, рестораны, ювелирные магазины.
– Ира, не нужно делать из этого... – произносит Андрей.
– Я уже сделала, – перебиваю его. – Три дня назад.
***
Несколько мгновений разрушили одиннадцать лет счастливого брака. Но муж даже не подозревает, что три дня назад я не просто сделала выводы – я подписала ему приговор. Осталось лишь привести его в исполнение.
Выберите полку для книги