Читать и слушать книги
🩺 Меня зовут Регина Мозгоедова, я невролог, и за два года я составила идеальный анамнез своей новой жизни: дорогие сумки вместо отношений, мартини вместо слёз и контакт «НИКОГДА НЕ БРАТЬ ТРУБКУ» в телефоне — на случай, если бывший вдруг воскреснет из небытия.
📞 Воскрес. Прямо в конце смены с тремя полуголыми друзьями в банных простынях и одним без сознания.
⚡ Рецепт второго шанса: один бывший, две таблетки гордости и непредсказуемая дозировка искренности. Побочные эффекты? А кто ж их знает...
📞 Воскрес. Прямо в конце смены с тремя полуголыми друзьями в банных простынях и одним без сознания.
⚡ Рецепт второго шанса: один бывший, две таблетки гордости и непредсказуемая дозировка искренности. Побочные эффекты? А кто ж их знает...
- Мне нужна фиктивная семья на Новый год, чтобы отец сделал владельцем фирмы, и снова уехал из страны, - говорит Фирсов.
- А я тут при чем?
- Ты выйдешь за меня, Даша, - он хмурится. – Если откажешься – лишишься работы. Вряд ли это приемлемо для той, кто грабит офисы по заказу босса.
- Я ничего не взяла! Ты не дал.
- Я все сказал, - отрезает Фирсов.
Согласилась на авантюру по просьбе директора – выкрасть договор из кабинета его партнера, но попалась. И теперь – либо изображу супругу перед его отцом, либо лишусь работы.
- А я тут при чем?
- Ты выйдешь за меня, Даша, - он хмурится. – Если откажешься – лишишься работы. Вряд ли это приемлемо для той, кто грабит офисы по заказу босса.
- Я ничего не взяла! Ты не дал.
- Я все сказал, - отрезает Фирсов.
Согласилась на авантюру по просьбе директора – выкрасть договор из кабинета его партнера, но попалась. И теперь – либо изображу супругу перед его отцом, либо лишусь работы.
– Ты всерьёз решил меня шантажировать? Думаешь, если подогнал бульдозеры к моему дому, то я соглашусь выйти за тебя?
– Садись в машину, – рявкнул он. Лицо изменилось, мягкость и сдержанность исчезли, уступив место жёсткости. Ноздри стали раздуваться, а губы сжались в ниточку.
– Пошёл ты!
– Ну, смотри. Я предлагал тебе решить вопрос по-хорошему. Упрямая! Но ты всё равно подпишешь всё, что скажу, и станешь моей женой.
– Ты забираешь год моей жизни!
– Но взамен я дарю тебе свой….
Я просто хотела спасти свой посёлок от сноса, поэтому и вышла замуж за красавца блондина, подписав договор, первым пунктом которого был запрет на любовь! Но разве я знала, что жизнь моя понесётся, словно на «американских горках», лишая возможности на малейшее ощущение контроля? Эх… Договор на «нелюбовь»? Поздно, Блондинчик…
– Садись в машину, – рявкнул он. Лицо изменилось, мягкость и сдержанность исчезли, уступив место жёсткости. Ноздри стали раздуваться, а губы сжались в ниточку.
– Пошёл ты!
– Ну, смотри. Я предлагал тебе решить вопрос по-хорошему. Упрямая! Но ты всё равно подпишешь всё, что скажу, и станешь моей женой.
– Ты забираешь год моей жизни!
– Но взамен я дарю тебе свой….
Я просто хотела спасти свой посёлок от сноса, поэтому и вышла замуж за красавца блондина, подписав договор, первым пунктом которого был запрет на любовь! Но разве я знала, что жизнь моя понесётся, словно на «американских горках», лишая возможности на малейшее ощущение контроля? Эх… Договор на «нелюбовь»? Поздно, Блондинчик…
💥МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА НА БЕСТСЕЛЛЕР ПРОДАЖ💥
— Ты беременна, — босс не спрашивает. Утверждает. Словно этими словами выносит мне приговор.
— Это не ваш ребёнок, Станислав Викторович, — шепчу чуть слышно. Пытаюсь вырваться, но он держит меня слишком крепко.
— Здесь написано “срок 3-4 недели”. Примерно столько же времени прошло с ночи, которую ты провела в моей постели. Учитывая, что я был твоим первым и последним мужчиной, этот ребёнок принадлежит мне, Диана. А значит и ты теперь тоже.
_______________
В ночь своего восемнадцатилетия я совершила самую большую ошибку в своей жизни, в результате которой проснулась в постели с совершенно незнакомым мужчиной.
Сбегая от него я думала, что мы никогда больше не встретимся.
Тогда я ещё не знала, что спустя две недели он окажется моим новым боссом.
Тогда я ещё не знала, что тест с двумя полосками свяжет нас навечно.
— Ты беременна, — босс не спрашивает. Утверждает. Словно этими словами выносит мне приговор.
— Это не ваш ребёнок, Станислав Викторович, — шепчу чуть слышно. Пытаюсь вырваться, но он держит меня слишком крепко.
— Здесь написано “срок 3-4 недели”. Примерно столько же времени прошло с ночи, которую ты провела в моей постели. Учитывая, что я был твоим первым и последним мужчиной, этот ребёнок принадлежит мне, Диана. А значит и ты теперь тоже.
_______________
В ночь своего восемнадцатилетия я совершила самую большую ошибку в своей жизни, в результате которой проснулась в постели с совершенно незнакомым мужчиной.
Сбегая от него я думала, что мы никогда больше не встретимся.
Тогда я ещё не знала, что спустя две недели он окажется моим новым боссом.
Тогда я ещё не знала, что тест с двумя полосками свяжет нас навечно.
– А вы в Омске всегда так делаете? – с усмешкой спрашиваю я. – Притаскиваете насильно домой, кого ни попадя, а потом жениться обещаете?
– Конечно, – смеётся Глеб. – Это многовековая традиция. Именно так омичи и размножаются. Омск – бедный город. У мужиков нет денег. А раз денег нет, то и любви нет. Притаскиваешь бабу домой, "любишь" её хорошенько. Потом медведь её охраняет, пока ты на работе. А там глядишь, уже семеро по лавкам, куда ей потом деваться?
Этот тип сумасшедший! Бешеный! Маньяк! Нужно валить отсюда, да подальше!
– Хорошо, что у тебя нет медведя, – говорю я.
Глеб снова улыбается. Только уже хитро. Да нет... Быть того не может! Он точно издевается!
– Смирись, Алёна! – уже серьёзно говорит он. – Ты теперь моя! Когда мы окажемся в спальне, только вопрос времени.
– Конечно, – смеётся Глеб. – Это многовековая традиция. Именно так омичи и размножаются. Омск – бедный город. У мужиков нет денег. А раз денег нет, то и любви нет. Притаскиваешь бабу домой, "любишь" её хорошенько. Потом медведь её охраняет, пока ты на работе. А там глядишь, уже семеро по лавкам, куда ей потом деваться?
Этот тип сумасшедший! Бешеный! Маньяк! Нужно валить отсюда, да подальше!
– Хорошо, что у тебя нет медведя, – говорю я.
Глеб снова улыбается. Только уже хитро. Да нет... Быть того не может! Он точно издевается!
– Смирись, Алёна! – уже серьёзно говорит он. – Ты теперь моя! Когда мы окажемся в спальне, только вопрос времени.
— Это что, шутка какая-то? — гаркнул я в трубку.
— Прошу прощения… Не могли бы вы конкретизировать вопрос? — раздалось мне в ответ автоматическим голосом.
— Только что мне пришло письмо от вашей клиники. В нём говорится, что вчера в список ДНК-совпадений добавлены две моих потенциальные родственницы. Совпадение с каждой из них примерно по 50%. Вы ничего не хотите мне объяснить?
— Совпадение 50% говорит о том, что предположительно, это ваши дети либо ваши родители, — безэмоционально протараторил тупой автоответчик женским голосом.
Взорвавшись, я сбросил вызов. Толку с роботом разговаривать? Теона и Фиона (кто вообще мог дать такие имена дочкам?) двух или менее лет от роду никак не могли быть моими родителями. Как и детьми, в принципе.
— Прошу прощения… Не могли бы вы конкретизировать вопрос? — раздалось мне в ответ автоматическим голосом.
— Только что мне пришло письмо от вашей клиники. В нём говорится, что вчера в список ДНК-совпадений добавлены две моих потенциальные родственницы. Совпадение с каждой из них примерно по 50%. Вы ничего не хотите мне объяснить?
— Совпадение 50% говорит о том, что предположительно, это ваши дети либо ваши родители, — безэмоционально протараторил тупой автоответчик женским голосом.
Взорвавшись, я сбросил вызов. Толку с роботом разговаривать? Теона и Фиона (кто вообще мог дать такие имена дочкам?) двух или менее лет от роду никак не могли быть моими родителями. Как и детьми, в принципе.
- Ты издеваешься, Щеглова?! – прошипел босс, подходя все ближе, а я продолжала делать маленькие шажки назад.
- Что не так?! – я старалась не пищать тоненьким голосом, хотя волнение сказывалось.
- Я тебя что просил? Организовать мне нормальный отпуск! У моря!!!
- Так в Абхазии тоже есть море.
Показалось, что Тимур Шафирович сейчас зарычит как медведь, от злости:
- Отменяй все сейчас же!
- Не могу.
- Значит так, - угрожающе произнес босс. – Сейчас ты делаешь все, чтобы отменить эту поездку и в кратчайшие сроки организовать мне НОРМАЛЬНЫЙ отдых. Приступай.
______________________________
Ну что, дорогой, любимый босс. Хотели отпуск? Будет вам отпуск. Только он абсолютно точно пойдет не по плану.
- Что не так?! – я старалась не пищать тоненьким голосом, хотя волнение сказывалось.
- Я тебя что просил? Организовать мне нормальный отпуск! У моря!!!
- Так в Абхазии тоже есть море.
Показалось, что Тимур Шафирович сейчас зарычит как медведь, от злости:
- Отменяй все сейчас же!
- Не могу.
- Значит так, - угрожающе произнес босс. – Сейчас ты делаешь все, чтобы отменить эту поездку и в кратчайшие сроки организовать мне НОРМАЛЬНЫЙ отдых. Приступай.
______________________________
Ну что, дорогой, любимый босс. Хотели отпуск? Будет вам отпуск. Только он абсолютно точно пойдет не по плану.
— Оставишь ее ночевать? Пожалуйста.
— Миша, это незнакомая нам тетя…
— Пап, она же городская, — голос мальчика становится совсем жалобным. — Такая хорошая… И я мечтаю, — шепчет Миша с отчаянной надеждой, — чтобы она навсегда у нас осталась!
Тишина. Я не дышу. Теперь я точно уверена. Никакой мамы в этом доме нет и, видимо, не было очень давно. И этот маленький мальчик только что, видимо, озвучил самое сокровенное желание своего сердца. Хочет, чтобы я навсегда осталась… А я… я просто хотела переждать здесь дождь!
— Миша, это незнакомая нам тетя…
— Пап, она же городская, — голос мальчика становится совсем жалобным. — Такая хорошая… И я мечтаю, — шепчет Миша с отчаянной надеждой, — чтобы она навсегда у нас осталась!
Тишина. Я не дышу. Теперь я точно уверена. Никакой мамы в этом доме нет и, видимо, не было очень давно. И этот маленький мальчик только что, видимо, озвучил самое сокровенное желание своего сердца. Хочет, чтобы я навсегда осталась… А я… я просто хотела переждать здесь дождь!
— Мама, можешь больше не переживать. Я всё решил! — заявляет сынок, садясь на мою кровать.
Глаз дергается. Что он решил? Очередной пример, сложность которых с каждым днем всё сильнее пугает?
— Я нашёл себе защитника. Чтобы в школе меня не дразнили очкариком и малышом. С такой защитой не посмеют. Я уже ему позвонил, договорился. Нам надо только приехать в три в офис.
— К кому? — растерянно спрашиваю я.
— К моему папе, конечно! Кто же может защитить лучше?! — говорит Мирон, а я теряю дар речи.
К папе? Откуда он знает кто его отец? Никуда я ехать не хочу. Макс последний, кого бы я хотела видеть.
Глаз дергается. Что он решил? Очередной пример, сложность которых с каждым днем всё сильнее пугает?
— Я нашёл себе защитника. Чтобы в школе меня не дразнили очкариком и малышом. С такой защитой не посмеют. Я уже ему позвонил, договорился. Нам надо только приехать в три в офис.
— К кому? — растерянно спрашиваю я.
— К моему папе, конечно! Кто же может защитить лучше?! — говорит Мирон, а я теряю дар речи.
К папе? Откуда он знает кто его отец? Никуда я ехать не хочу. Макс последний, кого бы я хотела видеть.
— Вить! — кричу я в трубку. — Ты где?
— Кто это? — спрашивает ледяной баритон.
— Яна Никольская. Забыл?
— Э-э… — томительная пауза. Сердце бешено колотится. — И?
— Бросай все! Через полчаса жду тебя в ЗАГСе на Зеленой, в костюме!
— С какой стати?
— Твой шанс жениться на мне взлетел до небес. Детали потом.
Чтобы получить служебную квартиру, мне нужен муж. Любой ценой. Жених предал перед свадьбой, я позвонила бывшему однокласснику. Наш договор прост: год под одной крышей, а потом — свобода. Но как жить с фиктивным мужем, который из влюбленного ботаника в очках превратился в неотразимого мужчину?
Еще и коллеги завидуют, мечтают отобрать квартиру. К тому же бывший жених жаждет мести, твердит об афере.
Эх! Выжить бы…
— Кто это? — спрашивает ледяной баритон.
— Яна Никольская. Забыл?
— Э-э… — томительная пауза. Сердце бешено колотится. — И?
— Бросай все! Через полчаса жду тебя в ЗАГСе на Зеленой, в костюме!
— С какой стати?
— Твой шанс жениться на мне взлетел до небес. Детали потом.
Чтобы получить служебную квартиру, мне нужен муж. Любой ценой. Жених предал перед свадьбой, я позвонила бывшему однокласснику. Наш договор прост: год под одной крышей, а потом — свобода. Но как жить с фиктивным мужем, который из влюбленного ботаника в очках превратился в неотразимого мужчину?
Еще и коллеги завидуют, мечтают отобрать квартиру. К тому же бывший жених жаждет мести, твердит об афере.
Эх! Выжить бы…
Выберите полку для книги