Читать и слушать книги
— Я не искал бабу, но не отказался, когда подвернулась! Я хотел развеяться. Встряхнуться. Думал, это поможет перестать злиться. Ты раздражаешь меня, Машка. Бесишь. Я не хочу развода. Я изменил не для того, чтобы строить отношения с кем-то другим. Но честно говорю, что между нами что-то сломалось. Я устал от такого брака. Я хочу рядом ту женщину, на которой женился, а не эту...
— Да пошел ты! — Машка бросилась к выходу, но я поймал. — Пусти! — едва спас глаза от ногтей, когда вырываться начала, дубасить, куда попадет. — Пусти, сказала!
Я подчинился, но был готов, что снова сорвется. Так и вышло. Только бросилась ни к выходу, а к столу. И схватила мой пистолет…
— Не наводи оружие на человека, если не собираешься стрелять.
— Уходи.
— Так ты убить меня хочешь? — изумленно изогнул бровь. — Тогда сними с предохранителя...
— Да пошел ты! — Машка бросилась к выходу, но я поймал. — Пусти! — едва спас глаза от ногтей, когда вырываться начала, дубасить, куда попадет. — Пусти, сказала!
Я подчинился, но был готов, что снова сорвется. Так и вышло. Только бросилась ни к выходу, а к столу. И схватила мой пистолет…
— Не наводи оружие на человека, если не собираешься стрелять.
— Уходи.
— Так ты убить меня хочешь? — изумленно изогнул бровь. — Тогда сними с предохранителя...
Я поклялся… Богу пообещал – если она очнется, я перекрою кислород гневу внутри себя, переступлю всех и вся, но приведу ее в свой дом. Как законную жену, которой она еще официально являлась.
Бог услышал мои слова – Мари очнулась. Только открыв глаза, посмотрела на меня, как на чужака, которого в жизни не видела.
***
Когда я пришла в себя после нескольких месяцев комы, не узнала даже матери. Абсолютно чистый лист в голове и отчаянная надежда, что я вспомню все в родном доме. Но когда наступил день выписки, в палату вошли двое грозных мужчин в черных пиджаках и сообщили, что я должна ехать с ними.
Маме пришлось рассказать то, что она надежно скрывала от меня все это время…
Бог услышал мои слова – Мари очнулась. Только открыв глаза, посмотрела на меня, как на чужака, которого в жизни не видела.
***
Когда я пришла в себя после нескольких месяцев комы, не узнала даже матери. Абсолютно чистый лист в голове и отчаянная надежда, что я вспомню все в родном доме. Но когда наступил день выписки, в палату вошли двое грозных мужчин в черных пиджаках и сообщили, что я должна ехать с ними.
Маме пришлось рассказать то, что она надежно скрывала от меня все это время…
— Выпустите меня!
Я тщетно пыталась скрыть страх.
Молотов небрежным движением распустил галстук и, вытянув, бросил поверх пиджака. В каждом его движении сквозила угроза.
— До выборов месяц, Кира, и ты не выйдешь отсюда, пока я их не выиграю. Что будет после, зависит исключительно от тебя, — он многозначительно замолчал.
— Вы не имеете права меня тут держать! Это противозаконно! Это похищение!
— Закон здесь — я, маленькая дрянь, — прищурился он.
— Отпустите меня, пожалуйста…
Получилось жалобно и тихо, со слезами и мольбой.
Молотов усмехнулся.
— За свои поступки нужно отвечать, Кира. Запомни это.
Макар Молотов – мерзавец, в чьих руках оказалась власть. Я перешла ему дорогу и могу испортить его репутацию перед выборами главы города. Теперь я — его пленница на месяц, а потом… Уверена, что он меня не отпустит. И что будет дальше, я не знаю, ведь он способен на всё.
Я тщетно пыталась скрыть страх.
Молотов небрежным движением распустил галстук и, вытянув, бросил поверх пиджака. В каждом его движении сквозила угроза.
— До выборов месяц, Кира, и ты не выйдешь отсюда, пока я их не выиграю. Что будет после, зависит исключительно от тебя, — он многозначительно замолчал.
— Вы не имеете права меня тут держать! Это противозаконно! Это похищение!
— Закон здесь — я, маленькая дрянь, — прищурился он.
— Отпустите меня, пожалуйста…
Получилось жалобно и тихо, со слезами и мольбой.
Молотов усмехнулся.
— За свои поступки нужно отвечать, Кира. Запомни это.
Макар Молотов – мерзавец, в чьих руках оказалась власть. Я перешла ему дорогу и могу испортить его репутацию перед выборами главы города. Теперь я — его пленница на месяц, а потом… Уверена, что он меня не отпустит. И что будет дальше, я не знаю, ведь он способен на всё.
Я целый год упорно трудилась на того, кого ненавижу всем сердцем. На мерзкого, беспринципного, тираничного Артема Гадаева. Я могла стерпеть все, но не то, что он себе позволил. Ни его настойчивых рук на моих бедрах, ни его горячих губ на моей шее. Я кинула заявление ему на стол, вот только у босса оказались совсем другие планы. В них входила я. Целиком. И желательно без одежды.
– Вы не должны видеть невесту до свадьбы.
– Моя невеста сбежала, а ты всего лишь замена, – бьет словами наотмашь. – Но свадьба у нас будет настоящая, как и брачная ночь.
Я расплачиваюсь за проступок своей сестры. Меня ему отдали, словно я вещь. Он жестокий, красивый, опасный. И я должна стать его покорной женой.
Я этого не хочу! Ненавижу его!
Но каждую ночь, когда он приходит в мою спальню и учит меня быть покорной, я подчиняюсь его воле…
– Моя невеста сбежала, а ты всего лишь замена, – бьет словами наотмашь. – Но свадьба у нас будет настоящая, как и брачная ночь.
Я расплачиваюсь за проступок своей сестры. Меня ему отдали, словно я вещь. Он жестокий, красивый, опасный. И я должна стать его покорной женой.
Я этого не хочу! Ненавижу его!
Но каждую ночь, когда он приходит в мою спальню и учит меня быть покорной, я подчиняюсь его воле…
— Подожди, куколка. Тебе заказали приват, — владелец клуба останавливает меня.
— Что?! — округляю глаза, — я же просила дать мне отгул сегодня.
— Знаю. Но эти клиенты ждать не будут.
— Пусть пойдёт Венни. Она согласилась сменить меня.
— Нет, Карина, — босс называет меня полным именем, а значит, он предельно серьезен, — эти мужчины не шутят. И они хотят именно тебя.
— Что?! — округляю глаза, — я же просила дать мне отгул сегодня.
— Знаю. Но эти клиенты ждать не будут.
— Пусть пойдёт Венни. Она согласилась сменить меня.
— Нет, Карина, — босс называет меня полным именем, а значит, он предельно серьезен, — эти мужчины не шутят. И они хотят именно тебя.
Дина, работая секретаршей в строительной компании, нагрубила гостю и теперь он требует у ее босса компенсации - недельная командировка в его особняке.
Выдержит ли девушка сексуальные пристрастия Чудовища?
Выдержит ли девушка сексуальные пристрастия Чудовища?
Шейх хочет овладеть моим сердцем. Его страсть пронзительна и невыносима одновременно.
Я пережила самый тяжелый выбор в своей жизни. Я разделила свою жизнь на "до" и "после"...
Я пережила самый тяжелый выбор в своей жизни. Я разделила свою жизнь на "до" и "после"...
Для него она маленькая дурочка. С ней забавно, волнительно, свежо. И не более.
Для нее он... место силы, безграничная вера, необъятный мир, любовь... И жестокая реальность, о которую разбилось сердце.
В трубке слышу сдавленный плач. Явно прикрывает динамик, но не до конца. Стараюсь понять, где девочка сейчас, но, кроме шума ветра, ничего не слышу. На улице? Ночью? С ума сошла?
— Малыш… — зову осторожно.
— Малыш оказался нежизнеспособен. Увы, — смеется надрывно, выламывая мне нутро. Резко замолкает и добивает: — Спасибо, Юр. За все. Как-то так…
Щелчок, короткие гудки и тишина.
Держу сотик у уха, надеясь, что она скажет еще что-то. Пустота заполняет липким страхом сознание.
Набираю ей сам.
“Абонент временно недоступен. Перезвоните позднее”.
Для нее он... место силы, безграничная вера, необъятный мир, любовь... И жестокая реальность, о которую разбилось сердце.
В трубке слышу сдавленный плач. Явно прикрывает динамик, но не до конца. Стараюсь понять, где девочка сейчас, но, кроме шума ветра, ничего не слышу. На улице? Ночью? С ума сошла?
— Малыш… — зову осторожно.
— Малыш оказался нежизнеспособен. Увы, — смеется надрывно, выламывая мне нутро. Резко замолкает и добивает: — Спасибо, Юр. За все. Как-то так…
Щелчок, короткие гудки и тишина.
Держу сотик у уха, надеясь, что она скажет еще что-то. Пустота заполняет липким страхом сознание.
Набираю ей сам.
“Абонент временно недоступен. Перезвоните позднее”.
— Зря ты мне доверилась.
— Почему? — прошептала еле слышно.
— Теперь твоя жизнь в моих руках. И я решаю, как распоряжаться ей дальше.
— Нет, ты не такой…
— Такой и даже хуже. Ты полностью в моей власти, и никто, ни одна живая душа, не найдет тебя без моего на то желания.
— Я в плену?
— Называй это так. И молись, Пуговка. Проклинай тот день, когда решила, будто я спасу тебя. Потому что я тот, кто тебя уничтожит.
Я влюбилась в незнакомца, а ему отдан приказ отомстить моему отцу. Папа хотел убрать с пути конкурента, подставил семью, и теперь за его жадность придется расплачиваться мне.
Я в полной власти похитителя и не знаю, что ждет меня дальше.
Знаю одно, когда незнакомец заходит в мою комнату и закрывает за собой дверь, я теряю себя… и не знаю, будет ли среди нас проигравший.
— Почему? — прошептала еле слышно.
— Теперь твоя жизнь в моих руках. И я решаю, как распоряжаться ей дальше.
— Нет, ты не такой…
— Такой и даже хуже. Ты полностью в моей власти, и никто, ни одна живая душа, не найдет тебя без моего на то желания.
— Я в плену?
— Называй это так. И молись, Пуговка. Проклинай тот день, когда решила, будто я спасу тебя. Потому что я тот, кто тебя уничтожит.
Я влюбилась в незнакомца, а ему отдан приказ отомстить моему отцу. Папа хотел убрать с пути конкурента, подставил семью, и теперь за его жадность придется расплачиваться мне.
Я в полной власти похитителя и не знаю, что ждет меня дальше.
Знаю одно, когда незнакомец заходит в мою комнату и закрывает за собой дверь, я теряю себя… и не знаю, будет ли среди нас проигравший.
Выберите полку для книги