Читать и слушать книги

— Анжелика. — голос доктора мгновенно изменился, став стальным и нетерпеливым. — Или вы будете делать то, что я вам говорю, или одевайтесь и идите к другому врачу. Мое время ограничено.
Сердце упало. Нет, только не это. Я столько готовилась, столько мечтала об этом.
— Я… я читала отзывы. Вы лучший. — прошептала я, сдаваясь. — Я буду слушаться.
Сзади раздался короткий смешок, полный превосходства.
— Тогда не будем терять время.

Мой выбор очевиден и я блокирую контакт с условием удалить всю переписку. Секунда, и вот передо мной пустой «лист». Забавный эмодзи предлагает мне что-нибудь написать, но я отключаю экран и закрыв глаза валюсь на кровать.

Я знаю, что всё сделала так, как будет лучше для меня. Но почему мне так плохо сейчас и я почти физически чувствую, как моя влюблённая душа разрывается на части от тоски, горя и сожаления, что я поступаю неправильно?

— Встань на колени.
— Что?
— На колени вставай! Проверим, из-за чего там всё болит. Или у тебя принципы?
Я сглотнула.
В его голосе не было ни намёка на шутку. Только сухая профессиональная дерзость и что-то ещё — почти хищное.
— Это... обязательно?

Я — девятнадцатилетняя студентка, которая впервые решилась пойти к врачу. Он — мужчина за тридцать, с телом бойца и взглядом хищника, который не знает слова «нет» и привык брать то, что захочет.
Этот врач смеётся над моей наивностью, провоцирует, заводит, ставит на колени и доводит до дрожи одним только прикосновением. И самое страшное — я хочу ещё.

Я возвращалась домой на электричке и попала в капкан между двух незнакомцев. То, что они вытворяли с моим телом, сводит меня с ума. Я не знала, что стала просто пешкой в их игре, которую такие парни называют: «Сэндвич». Теперь я прячусь от них, так как они меня не могут забыть и преследуют. А я всё больше понимаю, что желаю сдаться на милость победителей.

— Я твоя невестка! И я не люблю тебя, Алан!
— Не любишь? — он горько рассмеялся, и его пальцы обхватили мою руку, прижимая ладонь к своей груди. Под тонкой тканью рубашки я чувствовала бешеный стук его сердца. — Не ври себе. Ты ведь тоже помнишь тот поцелуй, Оксана? Он до сих пор жжёт мне губы.
— Алан, пожалуйста... — в моем голосе слышались и мольба, и отчаяние, и та самая запретная страсть, которую я тщетно пыталась задавить. — Мы не можем... Это безумие.
— Безумие? — он прошептал, и его губы почти коснулись моих. — Нет. Безумие — это отказываться от себя. От своих чувств. От того, что принадлежит тебе по праву...
Он перехватил мою руку и впился мне в запястье горячим поцелуем, от которого по телу побежали мурашки
— Ты — моя. С первого взгляда. И я заберу тебя. Рано или поздно.

Судьба распорядилась жестоко: на помолвке сестры её жених внезапно передумал и выбрал меня в жены. Теперь меня ожидает нежеланный брак, а внутри жжёт пламя запретной любви к его брату.

Эмили всегда была тихой и скромной студенткой, погруженной в учебу. Но однажды все кардинально меняется, когда она влюбляется в своего преподавателя истории. Только есть нюанс – он отец ее лучшей подруги.
Так чем же закончится эта история? Любовью или предательством?

— Дрожишь, малышка, — его голос хриплый, низкий, будто сам воздух в комнате становится гуще.
— Я… боюсь, — и сама слышу, как фальшиво это звучит. Мой страх слишком похож на желание.
— Не ври. Твоё тело орёт громче тебя, — пальцами едва касаются моей кожи, и я вздрагиваю, ненавидя себя за это.
— Сет, остановись…
— Скажи честно, ты хочешь, чтобы я ушёл? — шепчет на самое ушко, и по коже бежит пожар.
— Я ненавижу тебя, — срываюсь, проклиная этого парня всей душой и всем сердцем.
— А задыхаешься так, будто любишь, — его усмешка прожигает сильнее прикосновений.
— Чёрт… — губы предательски вырывают звук, ближе к крику, чем к слову.
— Признайся! — Сет влажно шипит мне в губы. — Признайся добровольно, что ты все ещё моя, — до боли сминает мои скулы и смотрит горящим, диким взглядом. — Иначе я заставлю!

Дарк-роман (dark romance, «тёмная романтика») 

— Может, потанцуем?

Она колебалась всего секунду.

— Угу

Его рука оказалась тёплой и казалось такой надежной.

Они вышли на небольшой танцпол, и Вячеслав притянул её чуть ближе, чем требовалось.

— Я рад, что сегодня оказался здесь.

Их взгляды встретились, и она почувствовала, как внутри разливается приятное тепло. Когда музыка закончилась, он не спешил отпускать её.

Он хотел раскрыть её. Она боялась своего же желания. Их брак могло спасти только одно — рискованное предложение мужа, которое стёрло грань между уроками любви и страстью.

— Ты всё ещё думаешь об этом, Лен? — спрашиваю я.
— Я не могу перестать думать. Это ведь неправильно, да, Егор? - жена кусает губки.
— Что именно? То, что мы делаем? Или то, что ты чувствуешь?
— И то, и другое. Я будто узнаю себя с новой стороны. Такой... чужой.
— Эта «чужая» — тоже ты. И она мне нравится. Очень.
— Коуч говорит такие вещи... Я бы никогда не решилась, — Лена отводит взгляд и краснеет.
— А теперь? Теперь решишься? — с надеждой
— Она говорит, что следующий урок будет сложнее.
— А я говорю, что ты справишься. И мы оба будем в восторге от результата, — проговорил я жене на ушко.

Я жила в черно-белом мире, где главными красками были пыль на книжных корешках и серый цвет панельных многоэтажек. Я давно перестала искать искру в глазах мужа, проживая жизнь по наитию. Но всё меняет один случайный поцелуй в тиши библиотечного зала. Он разбивает мою серую жизнь на осколки. И теперь четверо мужчин, о которых вздыхают все женщины в лицее, смотрят на меня голодными глазами. Они предлагают мне всё, чего мне так не хватало: страсть, безумие, потерю контроля. Сделаю ли я шаг навстречу? Или останусь в своем безопасном, таком тоскливом коконе?