Читать и слушать книги
— Я считаю, Игорь Васильевич… — Роман Иванович повернулся к декану. — Что для такой яркой натуры, выговор в личное дело, недостойное наказание. Ей нужен урок, который она запомнит надолго и который научит ее смирению и уважению.
Декан медленно поднялся из-за стола, он был еще крупнее, чем казался сидящим и подошел ко мне сзади. Я вздрогнула, почувствовав его тепло и власть.
— Я с вами согласен, Роман Иванович. — пророкотал он у меня над самым ухом. — Дерзость нужно искоренять, а зазнаек лично ставить на место.
Декан медленно поднялся из-за стола, он был еще крупнее, чем казался сидящим и подошел ко мне сзади. Я вздрогнула, почувствовав его тепло и власть.
— Я с вами согласен, Роман Иванович. — пророкотал он у меня над самым ухом. — Дерзость нужно искоренять, а зазнаек лично ставить на место.
— Станешь моей женой! — отрывисто чеканит этот варвар и сжимает пальцами мой подбородок.
В глазах плещется власть и похоть!
— Нет! Никогда! Мой отец...
— ... Твой отец продал тебя! — жестко впечатывает меня в свою каменную грудь.
Вскрикиваю и задыхаюсь от терпкости его парфюма.
— Мне. — Большим пальцем обводит мои приоткрытые губы.
— Я никогда. За. Тебя. Не выйду. — Вся трясусь от злости и клокочущего страха перед этим мужчиной.
— Значит, я сделаю тебя послушной! По-плохому!
В глазах плещется власть и похоть!
— Нет! Никогда! Мой отец...
— ... Твой отец продал тебя! — жестко впечатывает меня в свою каменную грудь.
Вскрикиваю и задыхаюсь от терпкости его парфюма.
— Мне. — Большим пальцем обводит мои приоткрытые губы.
— Я никогда. За. Тебя. Не выйду. — Вся трясусь от злости и клокочущего страха перед этим мужчиной.
— Значит, я сделаю тебя послушной! По-плохому!
Красавец по имени Тан уехал из Кореи, чтобы начать новую жизнь в чужой стране. И вот однажды он встречает таинственную незнакомку, которая рушит все планы.
Случайная встреча с двумя кавказскими братьями-близнецами переворачивает жизнь Зины. Сначала они кажутся ей слишком напористыми и властными, но вскоре она понимает, что за их брутальным фасадом скрывается глубокая чувственность. Втянутая в их мир страсти и интриг, Зина открывает в себе новые грани любви, и братья становятся для неё опорой, которую она искала всю жизнь.
— Все равно ты никуда не денешься. Кому ты нужна кроме меня? Я ведь тебя взял замуж из жалости. И предполагал, что ты от меня не уйдешь.
— С чего такая уверенность?
— С того. Я был у тебя первым мужиком в твои двадцать три года. И других ценителей твоей красоты я не встречал. Вот и делай вывод, что ты никому не сдалась, кроме меня. Тебе надо мне пятки целовать, чтобы я от тебя не ушел. А то останешься одна никому не нужная и будешь в подушку слезы лить.
Муж наговорил мне гадостей. Сказал, что я никому не нужна, кроме него. Я обиделась. А тут приезжают к нам в баню трое мужчин, которых мне приходиться парить. И они явно на меня положили глаз. Отказаться или отдохнуть с ними в хорошей компании? А что меня останавливает? Мне ведь так хочется доказать себе и мужу, что я могу кому-то нравиться еще помимо него. Так что выбор тут очевиден.
— С чего такая уверенность?
— С того. Я был у тебя первым мужиком в твои двадцать три года. И других ценителей твоей красоты я не встречал. Вот и делай вывод, что ты никому не сдалась, кроме меня. Тебе надо мне пятки целовать, чтобы я от тебя не ушел. А то останешься одна никому не нужная и будешь в подушку слезы лить.
Муж наговорил мне гадостей. Сказал, что я никому не нужна, кроме него. Я обиделась. А тут приезжают к нам в баню трое мужчин, которых мне приходиться парить. И они явно на меня положили глаз. Отказаться или отдохнуть с ними в хорошей компании? А что меня останавливает? Мне ведь так хочется доказать себе и мужу, что я могу кому-то нравиться еще помимо него. Так что выбор тут очевиден.
Клэр: Очнувшись в больнице, я не услышала маминого голоса, лишь шевеление её губ. Врачи сказали, что мой слух потерян навсегда.
Эрик: Меня считают мразью из-за того, как я умело нахожу компроматы на людей и подминаю их фирмы под себя.
Эрик: Меня считают мразью из-за того, как я умело нахожу компроматы на людей и подминаю их фирмы под себя.
Я думала, что мой мир — это любящий муж и любимая работа в частной клинике. Но в один миг всё рухнуло, когда я застала его с другой. Боль, предательство, унижение... Казалось, это конец. Но именно в этот момент мой начальник, Руслан Маратович, протянул мне руку помощи. И его помощь оказалась куда более страстной и неожиданной, чем я могла представить. Чувствую, что после сегодняшнего дня моя жизнь уже не будет прежней. Готова ли я к такому повороту или всё-таки отступлю?
Я сбежала из родного дома, мечтая скрыться и больше никогда не возвращаться обратно. Оставить в прошлом все, что у меня было. Я почти смогла, но нелепая авария ставит под удар весь мой план. Я оказываюсь на грани провала или смерти. В заснеженном ночном лесу, наедине с дикими животными и... людьми. И только Лютый может меня спасти. Или окончательно погубить.
— Шпионишь за мной? — низкий, бархатный голос прозвучал прямо над ухом.
Я резко обернулась и чуть не вскрикнула.
— Я… нет… я просто мимо проходила, — выдохнула я.
— Ну да. Я так и поверил, — он легко, почти без усилий, втянул меня в комнату. — Весь вечер за мной следишь, — заметил он, склонив голову так, что его губы оказались в сантиметре от моей щеки. Его дыхание обожгло кожу.
— Я, конечно, привык к женскому вниманию. Но чтобы так… фанатка у меня впервые.
Мозг лихорадочно искал хоть какое-то правдоподобное оправдание, но находил лишь обрывки той дурацкой дискуссии из-за чего и случилось это пари: «У кавказцев с этим всегда всё в порядке!»
Господи, Зоя, ты идиотка!
Я резко обернулась и чуть не вскрикнула.
— Я… нет… я просто мимо проходила, — выдохнула я.
— Ну да. Я так и поверил, — он легко, почти без усилий, втянул меня в комнату. — Весь вечер за мной следишь, — заметил он, склонив голову так, что его губы оказались в сантиметре от моей щеки. Его дыхание обожгло кожу.
— Я, конечно, привык к женскому вниманию. Но чтобы так… фанатка у меня впервые.
Мозг лихорадочно искал хоть какое-то правдоподобное оправдание, но находил лишь обрывки той дурацкой дискуссии из-за чего и случилось это пари: «У кавказцев с этим всегда всё в порядке!»
Господи, Зоя, ты идиотка!
Вернувшись в родной город, я вместо спокойного отдыха получаю сводного брата. Молодого, дерзкого и до неприличия сексуального автомеханика, в чьих глазах я с первой же секунды вижу пороховую бочку страсти. Он — харизматичный бабник с репутацией мастера на все руки. Я — уверенная в себе женщина, которая знает себе цену и не ведется на мальчиков.
Но что будет, когда тайное станет явным? Сможет ли наше безумное влечение перерасти во что-то большее, или этот запретный роман разобьет всё вдребезги?
Но что будет, когда тайное станет явным? Сможет ли наше безумное влечение перерасти во что-то большее, или этот запретный роман разобьет всё вдребезги?
Выберите полку для книги