Книги в жанре «Женский роман»
💥ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ💥СКИДКА
— Ты обещал, что я никогда не буду чувствовать себя лишней в собственном браке.
Руслан смотрит на меня устало.
— Наш брак не настоящий.
Я киваю.
Вот оно.
Наконец-то вслух.
Четыре года я цеплялась за каждую мелочь. За его ревность. За внезапные звонки. За ночь, после которой он не отпускал меня до утра.
А он просто хорошо играл.
— Тогда развод будет логичным.
— Развода не будет.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
Я улыбаюсь сквозь слезы.
— Ты путаешь жену с собственностью.
Руслан подходит ближе.
— Нет, Лена. Собственность можно заменить. А тебя — нет.
На секунду я почти верю.
Пока не вспоминаю женщину, которую он целовал в машине.
— Поздно, Руслан.
— Для чего?
Я кладу перед ним заявление о разводе.
— Для нас.
Он смотрит на документы и вдруг произносит:
— Если ты уйдёшь сейчас, завтра твоя мать узнает, кто виноват в смерти её сына.
А вот теперь больно по-настоящему.
— Ты обещал, что я никогда не буду чувствовать себя лишней в собственном браке.
Руслан смотрит на меня устало.
— Наш брак не настоящий.
Я киваю.
Вот оно.
Наконец-то вслух.
Четыре года я цеплялась за каждую мелочь. За его ревность. За внезапные звонки. За ночь, после которой он не отпускал меня до утра.
А он просто хорошо играл.
— Тогда развод будет логичным.
— Развода не будет.
— Почему?
— Потому что я так сказал.
Я улыбаюсь сквозь слезы.
— Ты путаешь жену с собственностью.
Руслан подходит ближе.
— Нет, Лена. Собственность можно заменить. А тебя — нет.
На секунду я почти верю.
Пока не вспоминаю женщину, которую он целовал в машине.
— Поздно, Руслан.
— Для чего?
Я кладу перед ним заявление о разводе.
— Для нас.
Он смотрит на документы и вдруг произносит:
— Если ты уйдёшь сейчас, завтра твоя мать узнает, кто виноват в смерти её сына.
А вот теперь больно по-настоящему.
-Я же сказал — НЕТ. Мой ответ не изменится, даже если ты спляшешь. И калитку за собой закрой.
Я не закрываю.
Я, наоборот, вхожу во двор.
- Вы даже не знаете, что я хочу предложить! — я стараюсь не отставать.
Он широкими шагами направляется к крыльцу, оставляя на влажной земле глубокие следы резиновых сапог.
Вот бы и мне сейчас такие? Промелькивает в голове.
- А мне и не надо знать, — мужчина,, останавливается.
Его взгляд скользит по мне, задерживаясь на растрёпанных волосах, мокром подоле и грязных туфлях.
В его глазах нет ни капли узнавания, только холодное любопытство.
- Выглядишь как городская финтифлюшка, — констатирует он с убийственной прямотой. — Таким, как ты, здесь не место.
Я вспыхиваю.
Финтифлюшка? Серьёзно?
Я проделала путь в тысячи километров, тонула в грязи, промокла до нитки, а он? Он смеет меня судить? И обзывать какой-то финтифлюшкой!
- А вы выглядите как... как... таёжный медведь! — выпаливаю я первое, что приходит в голову.- Этот… Как его… Шатун!
Я не закрываю.
Я, наоборот, вхожу во двор.
- Вы даже не знаете, что я хочу предложить! — я стараюсь не отставать.
Он широкими шагами направляется к крыльцу, оставляя на влажной земле глубокие следы резиновых сапог.
Вот бы и мне сейчас такие? Промелькивает в голове.
- А мне и не надо знать, — мужчина,, останавливается.
Его взгляд скользит по мне, задерживаясь на растрёпанных волосах, мокром подоле и грязных туфлях.
В его глазах нет ни капли узнавания, только холодное любопытство.
- Выглядишь как городская финтифлюшка, — констатирует он с убийственной прямотой. — Таким, как ты, здесь не место.
Я вспыхиваю.
Финтифлюшка? Серьёзно?
Я проделала путь в тысячи километров, тонула в грязи, промокла до нитки, а он? Он смеет меня судить? И обзывать какой-то финтифлюшкой!
- А вы выглядите как... как... таёжный медведь! — выпаливаю я первое, что приходит в голову.- Этот… Как его… Шатун!
— Я насчёт работы.
— Отлично. Дети там.
— Дети?
— Девочки. Две. Очень активные. Вы же хотели работать без поблажек? Вот и работайте. Задача минимум: к вечеру обе должны остаться физически и психически здоровы.
— Простите, но я вообще-то…
— Если случится ядерный взрыв — я в кабинете. Хотя нет. Даже при ядерном взрыве туда лучше не входить.
Дверь хлопнула.
Полковник Соколов медленно посмотрел на двух девочек.
Две девочки так же медленно посмотрели на полковника.
Кажется, всем троим предстоял очень интересный день.
— Отлично. Дети там.
— Дети?
— Девочки. Две. Очень активные. Вы же хотели работать без поблажек? Вот и работайте. Задача минимум: к вечеру обе должны остаться физически и психически здоровы.
— Простите, но я вообще-то…
— Если случится ядерный взрыв — я в кабинете. Хотя нет. Даже при ядерном взрыве туда лучше не входить.
Дверь хлопнула.
Полковник Соколов медленно посмотрел на двух девочек.
Две девочки так же медленно посмотрели на полковника.
Кажется, всем троим предстоял очень интересный день.
— Анютка, — шепчу хрипло, глядя на жену. — Я вернулся...
Она оборачивается смотрит на меня, как на привидение.
— Ты что здесь делаешь?
— В смысле? — не такого приема я ждал, вернувшись из госпиталя. — Родная, ты чего? Это я, твой муж.
— Какой муж? Мы развелись, Миша, — огорошивает жена. — Два года назад.
Я не помню никакого развода. В моей голове мы счастливая пара, а жена говорит, что я отпустил ее два года назад. Это невозможно! Но свидетельство о разводе в моей руке говорит обратное.
Теперь между нами два года, которых нет в моей памяти и что-то, что разрушило нас. Я должен выяснить, что именно натворил и сделать все, чтобы вернуть любовь жены. Но что, если правда окажется страшнее и уничтожит нас снова?
Она оборачивается смотрит на меня, как на привидение.
— Ты что здесь делаешь?
— В смысле? — не такого приема я ждал, вернувшись из госпиталя. — Родная, ты чего? Это я, твой муж.
— Какой муж? Мы развелись, Миша, — огорошивает жена. — Два года назад.
Я не помню никакого развода. В моей голове мы счастливая пара, а жена говорит, что я отпустил ее два года назад. Это невозможно! Но свидетельство о разводе в моей руке говорит обратное.
Теперь между нами два года, которых нет в моей памяти и что-то, что разрушило нас. Я должен выяснить, что именно натворил и сделать все, чтобы вернуть любовь жены. Но что, если правда окажется страшнее и уничтожит нас снова?
После того, как я узнала об измене своего жениха, я предлагаю лучшей подруге уехать на девичник в Сочи.
Но в самолёте Саша устраивает панику на весь салон своими рассказами.
Пассажиры бледнеют, требуют выпустить из самолёта, я истерично хохочу, а потом дверь кабины открывается, и из неё выходит капитан экипажа.
Человек, из-за которого моё сердце было разбито вдребезги. Мужчина, которого я любила так сильно, что после расставания пришлось буквально собирать себя по частям. Тот, после кого я долго не могла никому доверять. И вот он стоит здесь, в десяти метрах от меня, и прожигает меня взглядом.
Я думала, что научилась жить без него. Но почему тогда моё сердце замирает от одного его взгляда?
Но в самолёте Саша устраивает панику на весь салон своими рассказами.
Пассажиры бледнеют, требуют выпустить из самолёта, я истерично хохочу, а потом дверь кабины открывается, и из неё выходит капитан экипажа.
Человек, из-за которого моё сердце было разбито вдребезги. Мужчина, которого я любила так сильно, что после расставания пришлось буквально собирать себя по частям. Тот, после кого я долго не могла никому доверять. И вот он стоит здесь, в десяти метрах от меня, и прожигает меня взглядом.
Я думала, что научилась жить без него. Но почему тогда моё сердце замирает от одного его взгляда?
«Сегодня самый лучший день в моей жизни».
Сообщение от Стаса, моего мужа.
Я моргаю. Перечитываю. Сердце делает болезненный толчок и замирает.
Что?
Сегодня лучший день?
Он издевается?
Я стою посреди спальни с фотографией погибшего сына в руках, и не понимаю, что происходит.
Сегодня – годовщина смерти Паши.
Стас же не мог забыть. Это невозможно.
Новое сообщение:
«Потому что в этот день я встретил тебя».
Много ума не нужно, чтобы понять – у мужа появилась другая. Скандалить не хочу. Сил нет. Просто требую, чтобы он забрал вещи и ушёл, на что получаю ответ:
- Я никуда не уйду. Мы взрослые люди, у нас дети. Как мы им будем это объяснять? Ну, подумаешь, завёл бабу на стороне. Да миллионы мужиков так делают, а жёны терпят, и ничего страшного не случилось.
Сообщение от Стаса, моего мужа.
Я моргаю. Перечитываю. Сердце делает болезненный толчок и замирает.
Что?
Сегодня лучший день?
Он издевается?
Я стою посреди спальни с фотографией погибшего сына в руках, и не понимаю, что происходит.
Сегодня – годовщина смерти Паши.
Стас же не мог забыть. Это невозможно.
Новое сообщение:
«Потому что в этот день я встретил тебя».
Много ума не нужно, чтобы понять – у мужа появилась другая. Скандалить не хочу. Сил нет. Просто требую, чтобы он забрал вещи и ушёл, на что получаю ответ:
- Я никуда не уйду. Мы взрослые люди, у нас дети. Как мы им будем это объяснять? Ну, подумаешь, завёл бабу на стороне. Да миллионы мужиков так делают, а жёны терпят, и ничего страшного не случилось.
– Зачем ты это сделал? За что? Это работа всей моей жизни.
– Ты глупая девочка, – муж даже не оборачивается, говорит в пространство, – которая влезла не в свои сани. – Чуть поворачивает голову, улыбается уголком губ. – А сейчас ты свободна. Мы разводимся. А вот и твои вещи.
Из соседней аудитории выходит красивая блондинка с идеальным пучком и длинными ногами. В руках у неё – зеленый чемоданчик на колёсиках и картонная коробка. Я узнаю её. Ева. Студентка второго курса.
Она останавливается рядом с Володей, прижимается к его плечу так естественно, будто делала это всегда.
– Вот, – говорит и подаёт мне картонную коробку. Сверху торчит моя кружка с котом, тетради, пара книг. – Владимир Александрович сказал что это ваше.
____
Муж не просто бросил меня, он растоптал мою карьеру и украл мою научную работу.
– Ты глупая девочка, – муж даже не оборачивается, говорит в пространство, – которая влезла не в свои сани. – Чуть поворачивает голову, улыбается уголком губ. – А сейчас ты свободна. Мы разводимся. А вот и твои вещи.
Из соседней аудитории выходит красивая блондинка с идеальным пучком и длинными ногами. В руках у неё – зеленый чемоданчик на колёсиках и картонная коробка. Я узнаю её. Ева. Студентка второго курса.
Она останавливается рядом с Володей, прижимается к его плечу так естественно, будто делала это всегда.
– Вот, – говорит и подаёт мне картонную коробку. Сверху торчит моя кружка с котом, тетради, пара книг. – Владимир Александрович сказал что это ваше.
____
Муж не просто бросил меня, он растоптал мою карьеру и украл мою научную работу.
— Я влюбился.
Услышав голос мужа, я останавливаюсь и теперь не могу идти дальше.
— В смысле? Как ты мог влюбиться? Ты же…
— Что? Женат? Ну да, женат. И что? Штамп мне как-то мешает? — цинично заявляет муж с раздражением.
— Ну и кто она? — спрашивает его друг, которому он доверил секрет.
— Не поверишь… Ее сестра.
— Ты серьезно? Которая с вами сейчас живет?
— Других сестер у моей жены нет.
— Так она же… Ей лет-то сколько?
— Ей девятнадцать. Молодая и свежая. Просто мечта. Пахнет от нее… от того одного запаха голова кружится. Сам понимаешь…
— Ну ты даешь… И что, у вас что-то уже было?
— Пока нет. Но планирую. Она и сама хочет. Глазки мне строит. В одном полотенце после душа крутится передо мной. Так и ждет, когда я сделаю первый шаг.
— Как же Ада?..
— Ада — моя жена. У нас дети. И она ничего не узнает.
Услышав голос мужа, я останавливаюсь и теперь не могу идти дальше.
— В смысле? Как ты мог влюбиться? Ты же…
— Что? Женат? Ну да, женат. И что? Штамп мне как-то мешает? — цинично заявляет муж с раздражением.
— Ну и кто она? — спрашивает его друг, которому он доверил секрет.
— Не поверишь… Ее сестра.
— Ты серьезно? Которая с вами сейчас живет?
— Других сестер у моей жены нет.
— Так она же… Ей лет-то сколько?
— Ей девятнадцать. Молодая и свежая. Просто мечта. Пахнет от нее… от того одного запаха голова кружится. Сам понимаешь…
— Ну ты даешь… И что, у вас что-то уже было?
— Пока нет. Но планирую. Она и сама хочет. Глазки мне строит. В одном полотенце после душа крутится передо мной. Так и ждет, когда я сделаю первый шаг.
— Как же Ада?..
— Ада — моя жена. У нас дети. И она ничего не узнает.
— Ты действительно думала, что я не пришёл?
Двадцать лет Виктория считала Андрея предателем и строила жизнь рядом с другим мужчиной. Но одна случайная встреча открывает страшную правду: они оба были на вокзале. Их разлучила чужая ложь.
Теперь прошлое возвращается вместе со старыми письмами, семейными тайнами и признаниями, которые могут разрушить сразу несколько судеб.
Но можно ли начать сначала, если между вами двадцать потерянных лет?
Двадцать лет Виктория считала Андрея предателем и строила жизнь рядом с другим мужчиной. Но одна случайная встреча открывает страшную правду: они оба были на вокзале. Их разлучила чужая ложь.
Теперь прошлое возвращается вместе со старыми письмами, семейными тайнами и признаниями, которые могут разрушить сразу несколько судеб.
Но можно ли начать сначала, если между вами двадцать потерянных лет?
– Значит, изменяешь, – констатирую я. Не спрашиваю.
– Изменяю, – кивает Ян. – Месяца два, наверное. Или три.
Я потерла лоб, пытаясь сложить в голове пазл.
– А дети? – хватаюсь за последний аргумент. – Как они это воспримут?
– Давай только без причитаний и поиска причин, – муж поднимает руку, останавливая меня. – Я такой. Постоянные встречи с партнерами располагают ко встрече… с девушками. Но ты не переживай, все равно люблю я только тебя. Так что давай спать, завтра новые встречи ожидаются…
После заявлений мужа я подала на развод.
Ян отпустил меня. Но не сразу.
Только никто из нас не знал, чем все это обернется.
– Изменяю, – кивает Ян. – Месяца два, наверное. Или три.
Я потерла лоб, пытаясь сложить в голове пазл.
– А дети? – хватаюсь за последний аргумент. – Как они это воспримут?
– Давай только без причитаний и поиска причин, – муж поднимает руку, останавливая меня. – Я такой. Постоянные встречи с партнерами располагают ко встрече… с девушками. Но ты не переживай, все равно люблю я только тебя. Так что давай спать, завтра новые встречи ожидаются…
После заявлений мужа я подала на развод.
Ян отпустил меня. Но не сразу.
Только никто из нас не знал, чем все это обернется.
Выберите полку для книги