Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Моя мать – плохая женщина. Развратная. Она живет с тремя мужчинами. Также все трое мои преподаватели. Взрослые, респектабельные, но абсолютно испорченные и развратные.
Постепенно я становлюсь их игрушкой в стенах универа.
***
Читать на свой страх и риск.
Очень порочно.
Постепенно я становлюсь их игрушкой в стенах универа.
***
Читать на свой страх и риск.
Очень порочно.
Я согласилась на сделку, чтобы спасти семью от долгов мужа, а в итоге потеряла всё: брак, иллюзии, прежнюю жизнь. Но именно там, где, казалось, закончилась моя история, началась другая.
Мне пришлось переступить через стыд и собственную гордость. Но только на самом дне я узнала, кем была всё это время и кем могу стать рядом с тем, кто не просит, а приказывает.
Я думала, что продаю себя. А оказалось, впервые нашла себя.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Мне пришлось переступить через стыд и собственную гордость. Но только на самом дне я узнала, кем была всё это время и кем могу стать рядом с тем, кто не просит, а приказывает.
Я думала, что продаю себя. А оказалось, впервые нашла себя.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Я была серой тенью в пустой квартире, пока случайная встреча в кафе не превратила мою жизнь в огненный водоворот запретных желаний и полного подчинения. Двое мужчин открыли мне дверь в мир, где боль становится наслаждением, а границы реальности стираются под ритм их тел и шепот обещаний. Теперь я не просто женщина, пережившая измену, — я та, кто научилась принимать тьму и превращать её в свет, стоя на коленях перед теми, кто подарил мне новую жизнь.
Я была серой тенью в пустой квартире, пока случайная встреча в кафе не превратила мою жизнь в огненный водоворот запретных желаний и полного подчинения. Двое мужчин открыли мне дверь в мир, где боль становится наслаждением, а границы реальности стираются под ритм их тел и шепот обещаний. Теперь я не просто женщина, пережившая измену, — я та, кто научилась принимать тьму и превращать её в свет, стоя на коленях перед теми, кто подарил мне новую жизнь.
Двойная ошибка привела двоих демонов и обычную женщину, которая работала продавцом в "семерочке", к сложной жизненной ситуации. Теперь, чтобы избавиться от связи ритуала им надо выполнить условие ритуала. А для этого им придётся провести несколько ночей вместе. Смогут ли они отбросить все принципы и окунуться в пучину страсти? А смогут ли обрести любовь на троих?
Она родилась там, где нет ни магии, ни драконов. И вдруг очутилась в мире, где каждый вдох наполнен пламенем, а легенды оживают в буквальном смысле.
Она — чужая. И Королевство Драконов в ней нуждается.
Она — трофей, инструмент в политических играх.
Или она просто человек, что ищет любви и заботы? Как же хочется, чтобы рядом был тот, кто не торопит, не требует и не ломает…
В любви нет спасения, но есть опора, что поможет стать той, кем ей суждено стать.
Она — чужая. И Королевство Драконов в ней нуждается.
Она — трофей, инструмент в политических играх.
Или она просто человек, что ищет любви и заботы? Как же хочется, чтобы рядом был тот, кто не торопит, не требует и не ломает…
В любви нет спасения, но есть опора, что поможет стать той, кем ей суждено стать.
— Нет! Нет! — причитаю, в панике таращась на парня. — Ты не можешь... — все слова забываю.
Это караул!
Мой сводный брат — мой же сексолог!
— Мне передали, тебе помощь нужна, сестрёнка, — и так скалится, что хочется по губам ему треснуть или поцеловать.
Господи!
Какой ужас!
— Я требую другого врача! — истерично взвизгиваю.
— Поздно, я уже разработал практику для работы с твоей... неудовле... С твоими зажимами и блоками.
— Что? Какая ещё практика?
— Очень горячая. И сексуальная.
Это караул!
Мой сводный брат — мой же сексолог!
— Мне передали, тебе помощь нужна, сестрёнка, — и так скалится, что хочется по губам ему треснуть или поцеловать.
Господи!
Какой ужас!
— Я требую другого врача! — истерично взвизгиваю.
— Поздно, я уже разработал практику для работы с твоей... неудовле... С твоими зажимами и блоками.
— Что? Какая ещё практика?
— Очень горячая. И сексуальная.
— Ты думаешь, я не знаю, что ты спишь с ним? — Артём понижает голос, но от этого его слова звучат ещё отвратительнее. — Думаешь, я не понимаю, зачем ты ушла? Отомстить решила, да? Раздвигаешь ноги перед бывшим, чтобы насолить мне?
Внутри вспыхивает ярость такая ослепительная, что перед глазами на мгновение темнеет. Но я не успеваю ответить, потому что рядом раздаётся спокойный голос, который заставляет Артёма поперхнуться на полуслове:
— Я бы посоветовал тебе выбирать выражения, когда разговариваешь с моей женщиной.
Внутри вспыхивает ярость такая ослепительная, что перед глазами на мгновение темнеет. Но я не успеваю ответить, потому что рядом раздаётся спокойный голос, который заставляет Артёма поперхнуться на полуслове:
— Я бы посоветовал тебе выбирать выражения, когда разговариваешь с моей женщиной.
Семь лет я жила ненавистью и жаждой мести. Семь лет училась стрелять без промаху, ковать стрелы с железными наконечниками, чтобы в решающий момент не дрогнуть перед тьмой. И когда пришла та самая ночь, я вышла к лесу — с луком, с ножом, и с клятвой, которую шептала вместо молитвы.
Я должна была убить вожака фейри.
Но он обезоружил меня одним движением. Взглянул на меня серебряными глазами, в которых не было ни жалости, ни злости, назвал меня птичкой и... ушёл, даже не приняв бой всерьёз.
Я пошла за ним. Сама. В лес, куда не ступала нога живого человека. Чтобы довести дело до конца.
Только вот лес за моей спиной закрылся.
На семь лет.
Теперь я иду рядом с тем, кого поклялась убить. И с каждым шагом понимаю, что всё, что мне рассказывали о фейри, — лишь половина правды. Что мать, возможно, не была жертвой. Что в глазах моей одержимости прячется что-то, чему я не хочу давать имени, но от чего перехватывает дыхание.
Я должна была убить вожака фейри.
Но он обезоружил меня одним движением. Взглянул на меня серебряными глазами, в которых не было ни жалости, ни злости, назвал меня птичкой и... ушёл, даже не приняв бой всерьёз.
Я пошла за ним. Сама. В лес, куда не ступала нога живого человека. Чтобы довести дело до конца.
Только вот лес за моей спиной закрылся.
На семь лет.
Теперь я иду рядом с тем, кого поклялась убить. И с каждым шагом понимаю, что всё, что мне рассказывали о фейри, — лишь половина правды. Что мать, возможно, не была жертвой. Что в глазах моей одержимости прячется что-то, чему я не хочу давать имени, но от чего перехватывает дыхание.
Он говорил со мной цветами, потому что слова были слишком громкими.
— Почему не словами? — спросила я однажды.
— Слова требуют ответа. Цветы просто есть.
Он учил меня саду. Его руки накрывали мои, когда я пересаживала рассаду. Его дыхание касалось моей шеи, когда он наклонялся ближе. Я не могла думать ни о чём, кроме его пальцев.
Но за стенами поместья был другой мир. Лорд Морвен требовал ответа. Он дал мне две недели, чтобы согласиться на брак. Опекуны твердили, что это единственный способ спасти Линдвуд. Что дроу в моём саду — позор для рода.
— Он просто садовник, — говорили они.
— Нет, — ответила я. — Он единственный, кто видит.
Он появился на рынке с ростком в руках и сказал, что мой сад не мёртв — он просто спит. Теперь этот дроу-садовник говорит со мной языком цветов, который я не понимаю, но чувствую каждой клеткой. А лорд, которому я обещана против воли, дал мне две недели, чтобы выбрать: спасти поместье или отдать сердце тому, кто видит меня настоящую.
— Почему не словами? — спросила я однажды.
— Слова требуют ответа. Цветы просто есть.
Он учил меня саду. Его руки накрывали мои, когда я пересаживала рассаду. Его дыхание касалось моей шеи, когда он наклонялся ближе. Я не могла думать ни о чём, кроме его пальцев.
Но за стенами поместья был другой мир. Лорд Морвен требовал ответа. Он дал мне две недели, чтобы согласиться на брак. Опекуны твердили, что это единственный способ спасти Линдвуд. Что дроу в моём саду — позор для рода.
— Он просто садовник, — говорили они.
— Нет, — ответила я. — Он единственный, кто видит.
Он появился на рынке с ростком в руках и сказал, что мой сад не мёртв — он просто спит. Теперь этот дроу-садовник говорит со мной языком цветов, который я не понимаю, но чувствую каждой клеткой. А лорд, которому я обещана против воли, дал мне две недели, чтобы выбрать: спасти поместье или отдать сердце тому, кто видит меня настоящую.
Выберите полку для книги