Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
7 братьев. 7 историй любви. И одна цель - найти отца, который пропал слишком давно, чтобы можно было взять след. Каждый из мужчин найдет свое счастье, пусть и придется постараться для этого. Но смогут ли они унять старую боль и открыть все семейные тайны?
Три года я была для мужа лишь строчкой в контракте, принесшей ему богатые земли. Он откровенно презирал меня, называя меня неподходящей для столичного двора, и держал взаперти в дальнем поместье. Я привыкла к своему одиночеству и ледяной клетке.
Но всё рухнуло в один миг, когда на императорском балу меня заметил Он.
Владыка Империи. Жестокий, бескомпромиссный Король-Дракон.
Один его взгляд заставил мою спящую магию пробудиться. Связь истинных — приговор, от которого не сбежать.
Но всё рухнуло в один миг, когда на императорском балу меня заметил Он.
Владыка Империи. Жестокий, бескомпромиссный Король-Дракон.
Один его взгляд заставил мою спящую магию пробудиться. Связь истинных — приговор, от которого не сбежать.
— Она не мой формат, — бросает Клим.
— Это ты не мой формат, Воронов, — огрызаюсь я. — Такие как ты меня вообще не интересуют.
— Это какие же, Пупс?
— Такие, у кого язык длиннее мужского достоинства, — сузив глаза, выплёвываю я. — А у тебя в штанах явно недостача. Иди лечись, мажор.
Я Анфиса Стройнова. Отличница, принципиальная, с формами, которые в универе считают «неформатными». Я мечтаю о стажировке в престижной компании, но на пути стоят мажоры во главе с Климом Вороновым.
Он травил меня два года, называл Пупсом и Стройняшкой. А когда я влепила ему пощёчину за унижение подруги, он решил отомстить.
Но его месть оказалась странной: фиктивный брак, чтобы избавиться от навязанной невесты. Взамен — моя мечта.
Я думала, что вытерплю его насмешки и получу своё. Но искры между нами превращаются в пламя, а фиктивный брак становится настоящим испытанием.
Вот только я не собираюсь влюбляться в мажора, который считает, что я — не его формат.
— Это ты не мой формат, Воронов, — огрызаюсь я. — Такие как ты меня вообще не интересуют.
— Это какие же, Пупс?
— Такие, у кого язык длиннее мужского достоинства, — сузив глаза, выплёвываю я. — А у тебя в штанах явно недостача. Иди лечись, мажор.
Я Анфиса Стройнова. Отличница, принципиальная, с формами, которые в универе считают «неформатными». Я мечтаю о стажировке в престижной компании, но на пути стоят мажоры во главе с Климом Вороновым.
Он травил меня два года, называл Пупсом и Стройняшкой. А когда я влепила ему пощёчину за унижение подруги, он решил отомстить.
Но его месть оказалась странной: фиктивный брак, чтобы избавиться от навязанной невесты. Взамен — моя мечта.
Я думала, что вытерплю его насмешки и получу своё. Но искры между нами превращаются в пламя, а фиктивный брак становится настоящим испытанием.
Вот только я не собираюсь влюбляться в мажора, который считает, что я — не его формат.
- Что вы сказали?
- Я сказал, что хочу купить твою девственность. Хорошие деньги, между прочим, предлагаю.
Он смотрит на меня не как на человека, а как на товар.
- Простите, но вы бред сейчас говорите, кажется.
- Бред – это отказываться от моего предложения, Иветта. – на полном серьёзе отвечает мне босс. – Тебе в твои годы уже нечего терять, а так подъёмные деньги будут.
В мои годы? Мои годы принялся считать какой-то старпёр. Жутко сексуальный, горячий, но старпёр! Ещё надоумился денег за мой первый секс предложить…
Какой отвратительный, самовлюблённый, но… желанный ГАД!
- Я сказал, что хочу купить твою девственность. Хорошие деньги, между прочим, предлагаю.
Он смотрит на меня не как на человека, а как на товар.
- Простите, но вы бред сейчас говорите, кажется.
- Бред – это отказываться от моего предложения, Иветта. – на полном серьёзе отвечает мне босс. – Тебе в твои годы уже нечего терять, а так подъёмные деньги будут.
В мои годы? Мои годы принялся считать какой-то старпёр. Жутко сексуальный, горячий, но старпёр! Ещё надоумился денег за мой первый секс предложить…
Какой отвратительный, самовлюблённый, но… желанный ГАД!
Я - наследница алмазной империи и сирота. Мачеха выставила меня, как лот на продажу. Вчерашние «друзья» отца уже пилят корпорацию и моё наследство.
Единственный, кто смотрит на меня без жалости и фальшивого сожаления – циничный и угрюмый Данила Шустов.
И он мой телохранитель!
— У тебя два варианта, Оливия. Либо ты доверишься мне, либо полетишь к купившему тебя жениху. А если со мной, то запоминай: я – твой бог, а мое слово – закон.
Эти слова были сказаны у распахнутой двери опасно снижающегося над тайгой вертолета, а дальше Данила добавил:
— Закрой глаза и доверься…
Он грубый и резкий солдафон с аллергией на богатых глупых девчонок. Он презирает благородство, не замечая его в своих поступках. И клянется, что далеко не рыцарь. Но он неправ…
Он мой тёмный рыцарь.
И я доверилась… А после мы прыгнули вниз, навстречу холодной и враждебной тайге, уютным ночам в заброшенных охотничьих хижинах и армии наёмников, готовых выкрасть меня любой ценой!
Единственный, кто смотрит на меня без жалости и фальшивого сожаления – циничный и угрюмый Данила Шустов.
И он мой телохранитель!
— У тебя два варианта, Оливия. Либо ты доверишься мне, либо полетишь к купившему тебя жениху. А если со мной, то запоминай: я – твой бог, а мое слово – закон.
Эти слова были сказаны у распахнутой двери опасно снижающегося над тайгой вертолета, а дальше Данила добавил:
— Закрой глаза и доверься…
Он грубый и резкий солдафон с аллергией на богатых глупых девчонок. Он презирает благородство, не замечая его в своих поступках. И клянется, что далеко не рыцарь. Но он неправ…
Он мой тёмный рыцарь.
И я доверилась… А после мы прыгнули вниз, навстречу холодной и враждебной тайге, уютным ночам в заброшенных охотничьих хижинах и армии наёмников, готовых выкрасть меня любой ценой!
Она пришла к нему сломанной — не только ногой, но и душой. Её мир сузился до боли, страха и стерильной больничной тишины.
Он вошёл в эту тишину не как врач, а как стихия. Михаил Сергеевич. Человек, чей взгляд видел не диагноз, а бездну её боли. Его профессиональные, защищённые перчатками руки стали первым якорем в её свободном падении, а молчаливое понимание — началом исцеления.
Но там, где заканчивается терапия, начинается нечто большее. Запретное. Опасное. Между доверием пациента и долгом врача вспыхивает искра, способная спасти — или испепелить обоих. Когда границы стираются, а «стоп-слово» становится единственным правилом в игре с огнём, им предстоит понять: что это — падение или спасение? Профессиональная ошибка или единственный шанс на жизнь?
Он вошёл в эту тишину не как врач, а как стихия. Михаил Сергеевич. Человек, чей взгляд видел не диагноз, а бездну её боли. Его профессиональные, защищённые перчатками руки стали первым якорем в её свободном падении, а молчаливое понимание — началом исцеления.
Но там, где заканчивается терапия, начинается нечто большее. Запретное. Опасное. Между доверием пациента и долгом врача вспыхивает искра, способная спасти — или испепелить обоих. Когда границы стираются, а «стоп-слово» становится единственным правилом в игре с огнём, им предстоит понять: что это — падение или спасение? Профессиональная ошибка или единственный шанс на жизнь?
— Связь необратима, — говорит САЙРЕН, и браслет на моём запястье вспыхивает. — Подтвердите своё согласие, леди Вересова.
Я смотрю на двоих мужчин по бокам — серебристая кожа, хищные зрачки, руки, которые держат меня так, будто отпустить — значит умереть.
— Оба? — выдыхаю я.
— Оба, — отвечает тот, что слева, голосом, от которого по спине бегут мурашки.
Тот, что справа, наклоняется ближе. Его дыхание обжигает шею.
— Скажи «да», — шепчет он. — Или мы оба сойдём с ума прямо здесь.
Я смотрю на двоих мужчин по бокам — серебристая кожа, хищные зрачки, руки, которые держат меня так, будто отпустить — значит умереть.
— Оба? — выдыхаю я.
— Оба, — отвечает тот, что слева, голосом, от которого по спине бегут мурашки.
Тот, что справа, наклоняется ближе. Его дыхание обжигает шею.
— Скажи «да», — шепчет он. — Или мы оба сойдём с ума прямо здесь.
— Ты зашла не в ту дверь, Лина. И услышала то, что должно было остаться тайной, — голос Марка звучит как приговор, а его взгляд обещает мне персональный ад.
— У тебя два варианта, — Ян лениво перебирает прядь моих волос, прижимая меня к холодной стене. — Либо полиция и срок за шпионаж... либо ты подписываешь этот контракт и принадлежишь нам. 24 часа в сутки.
Я — обычная девушка с кучей комплексов, привыкшая прятать фигуру под мешковатой одеждой. Они — два безжалостных владельца корпорации, которые привыкли брать всё, что захотят.
Я думала, что стала их пленницей из-за случайности. Я не знала, что они искали меня четыре долгих года. И теперь, когда я в их власти, они не просто не отпустят... они заставят меня забыть, как дышать без них.
В тексте вас ждут:
#МЖМ (двое властных мужчин и одна героиня)
#Шантаж_и_одержимость
#От_ненависти_до_любви
#Пышная_героиня (герой, который обожает её изгибы)
#Очень_горячо (строго 18+)
#Хэппи_Энд
— У тебя два варианта, — Ян лениво перебирает прядь моих волос, прижимая меня к холодной стене. — Либо полиция и срок за шпионаж... либо ты подписываешь этот контракт и принадлежишь нам. 24 часа в сутки.
Я — обычная девушка с кучей комплексов, привыкшая прятать фигуру под мешковатой одеждой. Они — два безжалостных владельца корпорации, которые привыкли брать всё, что захотят.
Я думала, что стала их пленницей из-за случайности. Я не знала, что они искали меня четыре долгих года. И теперь, когда я в их власти, они не просто не отпустят... они заставят меня забыть, как дышать без них.
В тексте вас ждут:
#МЖМ (двое властных мужчин и одна героиня)
#Шантаж_и_одержимость
#От_ненависти_до_любви
#Пышная_героиня (герой, который обожает её изгибы)
#Очень_горячо (строго 18+)
#Хэппи_Энд
Мой первый день в интернатуре обернулся тотальной катастрофой. Я умудрилась опоздать, устроить погром в коридоре и влететь прямо в грудь своему новому строгому куратору. Гениальный хирург, гроза всей клиники и... мой бывший отчим, по которому я тайно сохла пять лет назад.
С момента их развода с мамой он стал только жёстче, горячее, и опаснее. Я думала, что наши пути больше никогда не пересекутся, но оказалось, что он лично добился моего перевода в своё отделение.
Но как сохранить субординацию, когда от одного его взгляда подкашиваются ноги, а за закрытыми дверями ординаторской строгий начальник начинает нарушать все мыслимые запреты?
С момента их развода с мамой он стал только жёстче, горячее, и опаснее. Я думала, что наши пути больше никогда не пересекутся, но оказалось, что он лично добился моего перевода в своё отделение.
Но как сохранить субординацию, когда от одного его взгляда подкашиваются ноги, а за закрытыми дверями ординаторской строгий начальник начинает нарушать все мыслимые запреты?
Пережив в мыслях снова тот страх и ужас, который пережила дома, я вернулась в свой, как мне казалось до последнего времени, безопасный кабинет.
Амирхан пожирал меня глазами.
- Или ты мне скажешь сейчас, и мы сэкономим кучу времени в решении твоего вопроса…
- У меня нет вопросов!! – быстро проговариваю я. Похоже, я сейчас как никогда близка к тому, чтобы моему мучителю отомстили, но я снова прячу голову в песок.
Что там эти кавказцы любят? Кровная месть?! Если я стану его женщиной он отомстит за меня со всей жестокостью?
На этот раз шумно вдыхаю воздух уже я, прикрываю глаза от предвкушения чего-то нового. Словно хищница почуяла запах крови. Я готова это произнести вслух.
- Муж моей родной сестры.
Амирхан пожирал меня глазами.
- Или ты мне скажешь сейчас, и мы сэкономим кучу времени в решении твоего вопроса…
- У меня нет вопросов!! – быстро проговариваю я. Похоже, я сейчас как никогда близка к тому, чтобы моему мучителю отомстили, но я снова прячу голову в песок.
Что там эти кавказцы любят? Кровная месть?! Если я стану его женщиной он отомстит за меня со всей жестокостью?
На этот раз шумно вдыхаю воздух уже я, прикрываю глаза от предвкушения чего-то нового. Словно хищница почуяла запах крови. Я готова это произнести вслух.
- Муж моей родной сестры.
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги