Книги в жанре «Эротика» по тегу «vlastnyy-geroy»

— Послушайте, — говорю я, делая шаг к нему. Навстречу. — Я извинюсь, если вы скажете это нормальным тоном. А не так, как будто я бомбу сбросила на ваших предков.
Он смотрит на меня сверху вниз. Разница в росте приличная — сантиметров двадцать, не меньше. Я чувствую себя маленькой.
— Нормальным тоном? — переспрашивает он медленно. И вдруг его рука взлетает. Я думаю — удар. Но нет. Он хватает меня за запястье. Пальцы — стальные, горячие, шершавые — смыкаются вокруг моей руки, и он притягивает меня к себе. Так резко, что я теряю равновесие и упираюсь ладонями в его грудь. Она каменная. Твердая, упругая, и через тонкую ткань футболки я чувствую, как быстро бьется его сердце.
— Еще одно слово, — говорит он шепотом. Но это шепот громче крика. — Еще одно слово — и я выкину твою музыку в пропасть. Вместе с тобой.

Я решила отметить новоселье, но шум от нашей вечеринки привлёк внимание соседа. Огромного и вспыльчивого кавказца, от угроз которого подкашиваются ноги… и совсем не из-за страха

— Отойди... те, — выдыхаю почти шёпотом, не поднимая глаз. — Пожалуйста.

— А чего это? Боишься меня? — губы у него кривятся в лёгкой полуулыбке, но в глазах ни тени насмешки.

Ничего особенного он не делает, а у меня внизу живота будто лава разливается от одного его взгляда.

— Нет, конечно, — говорю торопливо и неправдиво. — Просто это неправильно. Не хочу...

— А глаза твои говорят другое, — перебивает он, чуть склоняя голову. Его взгляд скользит по мне спокойно, уверенно.

— Вы себе придумали... — шепчу, краснея и упрямо глядя в пол.

— Возможно. Тогда скажи мне, что больше не хочешь. И я уйду.

Но я молчу.

Он стоит слишком близко. От него пахнет дорогим парфюмом… и опасностью. Настоящей. Мужской. Перед которой у меня нет ни опыта, ни защиты.

Я не знала своего отца. Мама всегда говорила, что он давно умер. А потом выяснилось, что он богат, влиятелен. Один из тех, чьи фамилии звучат по телевизору и за закрытыми дверями.

— Я слушаю тебя, — сухо спрашивает он.
— Я пришла за помощью, — сжимаю пальцы, чтобы не выдать дрожь.
— Ты? — чуть вздергивает одну бровь. — Ко мне? — в ледяном взгляде вспыхивает едва заметный интерес. — Ты же понимаешь, какую ошибку совершаешь?
— У меня нет другого выхода, — опускаю глаза вниз на пару секунд и снова смотрю на мужчину, которого следует бояться не меньше. — Защити меня от него.
— Хорошо, — скользит по мне взглядом. — Я гарантирую тебе защиту.
— Спасибо!
— Не спеши благодарить, — разбивает в щепки мою тихую радость. — Для начала ознакомься с условиями сделки…
***
Я пришла к нему за помощью. Молила о защите. И он дал ее. Но взамен потребовал слишком огромную плату — меня.

Мой отчим – зверь, который разрывает все и вся на кусочки. Моя мать продала меня этому властному и взрослому мужчине. Теперь я не имею права сказать «нет» И самое страшное в том, что, кажется, я влюбляюсь в этого монстра.

В день свадьбы я поняла, что меня продали. Белое платье оказалось саваном, а вместо любимого Тимура рядом чужой мужчина, Мурат. Я выросла с мыслью, что Тимур мой суженый, но он исчез, оставив меня расплачиваться за долги отца. В доме мужа я готовилась к боли, но Мурат не прикоснулся ко мне.
— Я знаю, что ты любишь другого, не скажу что рад этому или что меня это не волнует, но я не беру силой. Если захочешь — придёшь сама.
Его странная забота и ночные отлучки сбивают меня с толку. Я пытаюсь ненавидеть его, но тело предаёт, а сердце начинает сомневаться. Однажды я не выдерживаю и кричу:
— Ты купил меня, почему не берёшь?
— Ты дрожишь в моих объятиях, но боишься признать, что я не чужой. Если уйдёшь то я отпущу. Но тогда ты никогда не узнаешь правду о том, кто тебя на самом деле предал.

Раут стоит вплотную. Я вынуждена задрать голову, чтобы видеть его лицо. Аромат кожи, металла и дорожной пыли врывается в лёгкие.

— Молоденькая жена Гриши собственной персоной?

Его широкая ладонь ложится на мою шею и медленно скользит вверх.

— Оглохла? — не услышав ответа, Раут резко сжимает пальцы.

Я хватаюсь за его запястье обеими руками — бесполезно, всё равно что пытаться расцепить стальные скобы.

— Д-да... жена... но мы только месяц назад...

Слёзы катятся по щекам. Слова путаются на языке. Во взгляде Раута скользит скука.

— Что же ты молчал, Григорий? У тебя такой симпатичный залог для меня имеется.

Я перестаю дышать.

Гриша поднимает голову с пола. Его губа разбита, на щеке краснеет след от ботинка.

— Лиза? — хрипит он.

— Да, — голос Раута перекрывает комнату. — Выбирай, что я заберу с собой сегодня: твою жену или твою руку.

Выбор очевиден. Меня запихивают в машину.

Мой муж подставляет не того человека. Расплата уже здесь.

Я встретила их в университете.
Красивого мачо и скромного ботана. Я им двоим нравлюсь, но меня они пугают.
Один из них попытается мной воспользоваться, а второй спасет. Вот только неизвестно, кто из них сделает мне больнее и... приятнее.
Внешность обманчива.

Аслан вжимает меня в стену… Рывок - и от моего корсета остаются одни перья.
- Не надо…
- Почему не надо, Лебедушка? Не прикидывайся, что не знала правил клуба, когда пришла сюда танцевать перед богатыми мужиками... Все честно. Ты предложила, я купил. Знаешь, что делают с красивыми лебедушками, чтобы они не улетели? Подрезают крылышки… Вот и я тебе подрежу…
Слезы застилают глаза…
- Я не знала про ваши жестокие игрища, Аслан… У тебя же есть девушка… Моя мама работает в доме твоих родителей… Как смотреть в глаза будем друг другу?
Он смеется.
- При чем здесь моя девушка?!. Будешь смотреть на меня и помнить свое место, Лида…
Он поддевает мой подбородок.
- «Ты птица не моего полета», так ты сказала, когда я предлагал, чтобы между нами было по-другому? Кстати, твоя корона с перышками мне нравится. Когда встанешь на колени передо мной, останешься в ней. Остальное придется снять…

Я уехала к бабушке в деревню, после предательства жениха и встретила его — загадочного соседа, который пугал меня свей хмуростью еще в детстве. Он повзрослел и стал еще мужественнее, а я реагирую на него совсем не так, как раньше. Сейчас я боюсь не его, а реакции своего тела на мужчину, которого должна избегать.
Но почему же он смотрит на меня так, будто я все, что он когда-либо желал? И как не поддаться этому желанию, если я знаю, что такие как он ломают девочек вроде меня как спички?

— Если ты не уснёшь... — он делает паузу. — Максимум месяц. Мозг перегреется. Откажет, как процессор без охлаждения. Сначала галлюцинации, потом потеря сознания, потом кома. И всё.
Я смотрю на него. Он смотрит на меня. Я не плачу. Я вою.
— Тихо, — говорит он. Не кричит. Голос низкий, жесткий, режущий. — Слезы здесь не помогут.
— Я... я умру? — шепчу я. — Дамир Рашидович, я правда умру?
Он наклоняется ко мне. Берёт моё лицо в ладони. Сильно. До боли. Заставляет смотреть в глаза.
— Ты умрёшь, — говорит он. — Если будешь сидеть и рыдать. Если не сделаешь то, что я скажу. Если будешь спорить. Но ты не будешь спорить. Поняла?
— Что я должна делать?
— Ко мне. Ты переезжаешь ко мне.