Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
Она была удобной женой. Он — успешным мужем, который выбрал командировку вместо выступления сына. Но когда Денис в очередной раз хлопнул дверью, Аня не стала плакать в подушку. В ней проснулась та самая «злая» женщина, которую боятся мужчины. Разбитое сердце и слезы она меняет на красную помаду, математический гений и работу у опасного начальника. Денис думал, что она никуда не денется. Аня докажет, что формула ее новой любви к себе сильнее любых старых обид.
- Мам, а можно мы Игоря с его мамой к нам на день рождения позовём? – мои хорошие, праздник только через неделю, а у них подготовка полным ходом.
- Ну, я думаю, можно… а кто это? У вас в классе Игоря вроде же нет.
- Папа сказал, что он теперь наш брат! – без задней мысли выкладывает мне Тимофей.
- Ну ты чего, это тайна! – одёргивает его Богдан. – Теперь папа с тёть Ирой нас никуда не возьмут!
Вот так я узнала, что бывшая любовь моего мужа снова появилась на его горизонте…
- Я давно хотел тебе рассказать, - Сергей собирал вещи в чемодан, запихивая всё как попало. – Я честно пробовал тебя полюбить, Валь, но ты не она, понимаешь? На развод сам подам, а ты ищи себе что-нибудь поменьше, я всё делить буду!
Не плачу! Слезинки моей он не увидит! Как и имущества, забыл, наверное, что всё у нас на моей родне… иди к своей любушке с голым задом, дорогой!
- Ну, я думаю, можно… а кто это? У вас в классе Игоря вроде же нет.
- Папа сказал, что он теперь наш брат! – без задней мысли выкладывает мне Тимофей.
- Ну ты чего, это тайна! – одёргивает его Богдан. – Теперь папа с тёть Ирой нас никуда не возьмут!
Вот так я узнала, что бывшая любовь моего мужа снова появилась на его горизонте…
- Я давно хотел тебе рассказать, - Сергей собирал вещи в чемодан, запихивая всё как попало. – Я честно пробовал тебя полюбить, Валь, но ты не она, понимаешь? На развод сам подам, а ты ищи себе что-нибудь поменьше, я всё делить буду!
Не плачу! Слезинки моей он не увидит! Как и имущества, забыл, наверное, что всё у нас на моей родне… иди к своей любушке с голым задом, дорогой!
— Поздно, — процедил сквозь зубы. — Ты уже здесь. Теперь придется ответить за любопытство.
— Что? — я дернулась. — Отпусти!
— Хочешь увидеть, что там? Я покажу.
Он — король университета. Наследник империи. Его боятся даже преподаватели. В его мире не задают вопросов. В его Подвале дерутся до крови.
Я случайно спустилась туда. Случайно сняла на телефон то, чего не должна была видеть.
Теперь он не отпускает меня.
Говорит — ради моей же безопасности. Но его глаза и руки — говорят другое. Его одержимость становится моей клеткой.
Он — зверь. А я — его добыча.
И самое страшное: мне это нравится.
— Что? — я дернулась. — Отпусти!
— Хочешь увидеть, что там? Я покажу.
Он — король университета. Наследник империи. Его боятся даже преподаватели. В его мире не задают вопросов. В его Подвале дерутся до крови.
Я случайно спустилась туда. Случайно сняла на телефон то, чего не должна была видеть.
Теперь он не отпускает меня.
Говорит — ради моей же безопасности. Но его глаза и руки — говорят другое. Его одержимость становится моей клеткой.
Он — зверь. А я — его добыча.
И самое страшное: мне это нравится.
Не верю своим глазам!
Мой муж на ходу заправляет рубашку в брюки, приглаживает волосы и оглядывается по сторонам.
Следом появляется Катя, румяная и растрепанная. На губах размазанная помада, волосы всклокочены.
Я не слепая и не дура. Нет сомнений, чем эти двое занимались в уборной.
В моей голове воет сирена, но вокруг все остается прежним. Люди, музыка, смех.
На голову предателю не рухнул потолок, его не пронзило молнией, и вообще мир поразительно безразличен к моей трагедии.
Было бы приятно, если бы кто-нибудь хотя бы завопил что-то вроде: «Внимание! Здесь только что умер один брак! Просим всех сохранять спокойствие».
Ты заигрался, милый. И ты пожалеешь.
Мой муж на ходу заправляет рубашку в брюки, приглаживает волосы и оглядывается по сторонам.
Следом появляется Катя, румяная и растрепанная. На губах размазанная помада, волосы всклокочены.
Я не слепая и не дура. Нет сомнений, чем эти двое занимались в уборной.
В моей голове воет сирена, но вокруг все остается прежним. Люди, музыка, смех.
На голову предателю не рухнул потолок, его не пронзило молнией, и вообще мир поразительно безразличен к моей трагедии.
Было бы приятно, если бы кто-нибудь хотя бы завопил что-то вроде: «Внимание! Здесь только что умер один брак! Просим всех сохранять спокойствие».
Ты заигрался, милый. И ты пожалеешь.
Я иду по коридору. Дежурный свет – половина ламп выключена, и клиника в этой полутьме выглядит просторнее, чем днём.
Его кабинет – второй поворот налево. Из-под двери темно.
Я останавливаюсь.
И тут вижу: у кабинета Леры – полоска света под дверью.
Это ничего не значит. Они сто лет дружат. Лера часто задерживается. Он мог зайти к ней – обсудить что-то рабочее, выпить кофе. Я это знаю.
Пакет с шоколадными фигурками шуршит в руке.
Открываю дверь.
Первое, что я вижу – кресло у окна.
Потом – Глеба в этом кресле.
Потом – Леру.
Она сидит на нём, обхватив коленями, спиной ко мне. Блузка приспущена с плеча. Его рука у неё на спине. Они целуются.
Пакет падает из моих рук.
Шоколад ломается об пол и хрустит – коротко, отчётливо, как точка.
Они оборачиваются…
Его кабинет – второй поворот налево. Из-под двери темно.
Я останавливаюсь.
И тут вижу: у кабинета Леры – полоска света под дверью.
Это ничего не значит. Они сто лет дружат. Лера часто задерживается. Он мог зайти к ней – обсудить что-то рабочее, выпить кофе. Я это знаю.
Пакет с шоколадными фигурками шуршит в руке.
Открываю дверь.
Первое, что я вижу – кресло у окна.
Потом – Глеба в этом кресле.
Потом – Леру.
Она сидит на нём, обхватив коленями, спиной ко мне. Блузка приспущена с плеча. Его рука у неё на спине. Они целуются.
Пакет падает из моих рук.
Шоколад ломается об пол и хрустит – коротко, отчётливо, как точка.
Они оборачиваются…
— Оля, я всё объясню. Это не то, чем кажется, — говорит мой муж, сидя на кровати и прикрывая собой кучерявую блондинку.
— Серьёзно? А я думаю, что именно то.
— Димась, что происходит? Кто это такая? — лепечет блондинка.
— Я его жена. Приятно познакомиться.
— Жена? — её глаза округляются, как у мопса. — Димася, ты же сказал, что вы на грани развода и не живёте вместе. Что ваши чувства давно остыли.
— Конечно, остыли. Только что. Прямо как трупы в морге. И скоро ещё кто-нибудь остынет, если немедленно не покинет мою квартиру, так ведь, Димася?
Звонок соседки с криком "потоп" заставил меня сорваться с дежурства и рвануть домой сломя голову. Но приехав, я увидела куда более интересную картину.
— Серьёзно? А я думаю, что именно то.
— Димась, что происходит? Кто это такая? — лепечет блондинка.
— Я его жена. Приятно познакомиться.
— Жена? — её глаза округляются, как у мопса. — Димася, ты же сказал, что вы на грани развода и не живёте вместе. Что ваши чувства давно остыли.
— Конечно, остыли. Только что. Прямо как трупы в морге. И скоро ещё кто-нибудь остынет, если немедленно не покинет мою квартиру, так ведь, Димася?
Звонок соседки с криком "потоп" заставил меня сорваться с дежурства и рвануть домой сломя голову. Но приехав, я увидела куда более интересную картину.
— Скажи мне, Равиль, чьё это УЗИ? – протянула бумажку мужу.
— Зачем ты роешься в моих карманах? — спокойно спросил он, — это наше.
— Нет, — почти выкрикнула я, — там дата в день, когда я ЭКО делала, это не может быть наше…
Муж зло хмыкнул.
Мне пока не верилось, но муж молчал, тем самым подтверждая своё предательство...
— Зачем ты роешься в моих карманах? — спокойно спросил он, — это наше.
— Нет, — почти выкрикнула я, — там дата в день, когда я ЭКО делала, это не может быть наше…
Муж зло хмыкнул.
Мне пока не верилось, но муж молчал, тем самым подтверждая своё предательство...
— Мне нужна чистая девка. На роль инкубатора. Ты вполне сгодишься…
— Что, простите?
В ответ мужчина бросает на меня раздевающий взгляд.
— Родишь мне. Сделаешь, что хочу, свалишь на все четыре стороны.
Моему шоку нет предела.
Не такой подарок я хотела получить на свое девятнадцатилетие.
Но мне не оставили выбора.
***
Давний враг моего отца использовал меня как орудие мести.
Я возненавидела его так сильно, как только могла.
Но, кажется, мы оба забыли, что от любви до ненависти всего один шаг…
— Что, простите?
В ответ мужчина бросает на меня раздевающий взгляд.
— Родишь мне. Сделаешь, что хочу, свалишь на все четыре стороны.
Моему шоку нет предела.
Не такой подарок я хотела получить на свое девятнадцатилетие.
Но мне не оставили выбора.
***
Давний враг моего отца использовал меня как орудие мести.
Я возненавидела его так сильно, как только могла.
Но, кажется, мы оба забыли, что от любви до ненависти всего один шаг…
– Покажите мне фотографии помещения которое надо переделать под ваш вкус.
Клиент поворачивает планшет ко мне и показывает фотографии интерьера, который сейчас…
Следующее фото… спальня. И тут мой взгляд цепляется за прикроватную тумбочку.
Там часы. Мужские часы на кожаном ремешке…. очень знакомые… Очень дорогие.
Я наклоняюсь ближе к экрану, щурюсь. Сердце начинает биться как сумасшедшее. Нет. Это не может быть правдой. Это же…
На циферблате гравировка: "Моему любимому М. Вместе навсегда. А."
***
Я продала свою первую коммерческую недвижимость – маленький офис на Цветном, который купила еще до замужества. Весь гонорар ушел на эти часы, чтоб удивить мужа… А он…
Клиент поворачивает планшет ко мне и показывает фотографии интерьера, который сейчас…
Следующее фото… спальня. И тут мой взгляд цепляется за прикроватную тумбочку.
Там часы. Мужские часы на кожаном ремешке…. очень знакомые… Очень дорогие.
Я наклоняюсь ближе к экрану, щурюсь. Сердце начинает биться как сумасшедшее. Нет. Это не может быть правдой. Это же…
На циферблате гравировка: "Моему любимому М. Вместе навсегда. А."
***
Я продала свою первую коммерческую недвижимость – маленький офис на Цветном, который купила еще до замужества. Весь гонорар ушел на эти часы, чтоб удивить мужа… А он…
Поздний вечер, дома меня не ждут, ведь я должна лежать на сохранении. Замираю у спальни, услышав знакомые голоса.
— Любимый, ты ведь хотел наследника, я тебе его подарю…, — голос Дарины.
Эта гадина — жена старшего брата моего мужа, и беременна вроде как от Виктора.
Я не дышу, слушаю.
— Даря, я тебя тоже люблю, — отвечает мой муж. — Но ты же понимаешь, как все сложно… Я не хочу скандала с братом. Давай оставим все как есть. Никто не узнает, что твой ребеночек от меня. А Аня…
Врываюсь в комнату.
— Что Аня? Говори! — хриплю я, рассматривая эту обнаженную парочку в нашей кровати.
Скандал в семье все же случился! Потому что я молчать не стала!
Два года после развода Сергей не вспоминал ни обо мне, ни о дочке.
Было тяжело, но я выстояла, вот только однажды бывший муж появился на пороге.
— Аня, ты не справляешься с ребенком, — заявил он. — Я хочу забрать дочь. У нас случилось несчастье, наш мальчик долго болел, и недавно его не стало. И теперь Дарине нужна замена.
— Любимый, ты ведь хотел наследника, я тебе его подарю…, — голос Дарины.
Эта гадина — жена старшего брата моего мужа, и беременна вроде как от Виктора.
Я не дышу, слушаю.
— Даря, я тебя тоже люблю, — отвечает мой муж. — Но ты же понимаешь, как все сложно… Я не хочу скандала с братом. Давай оставим все как есть. Никто не узнает, что твой ребеночек от меня. А Аня…
Врываюсь в комнату.
— Что Аня? Говори! — хриплю я, рассматривая эту обнаженную парочку в нашей кровати.
Скандал в семье все же случился! Потому что я молчать не стала!
Два года после развода Сергей не вспоминал ни обо мне, ни о дочке.
Было тяжело, но я выстояла, вот только однажды бывший муж появился на пороге.
— Аня, ты не справляешься с ребенком, — заявил он. — Я хочу забрать дочь. У нас случилось несчастье, наш мальчик долго болел, и недавно его не стало. И теперь Дарине нужна замена.
Выберите полку для книги