Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»

— Клара Витальевна, сейчас всё лечится. Я понимаю, что вам страшно, что дети, но… Всё будет хорошо!
Врач вышел из кабинета, а в него, наоборот, зашёл мой муж Родион. Родион Гунченко, такой высокий, сильный, мужественный, красивый. Мой… А может, уже не мой.
— Ты как? — тихо спросил он меня.
Я сглотнула. Глупый вопрос, как я могу быть. Как человек, который знает, что умирает, что может быть рецидив и может не быть полного излечения. Это как игра в русскую рулетку. Выстрелит — не выстрелит.
— Как я могу… Ровно!
Родион сел рядом, он не смотрел мне в глаза, а мне так больно было. Пусто. Я не знала, что говорить. Просто пустота.
— Клара, послушай меня! Всё лечится, и это только первая стадия, всё будет хорошо!
— С раком? Лучше не бывает!
— Хватит, Клара, поедешь за границу! Я тебе обещаю, всё будет хорошо!

– Что ты здесь делаешь? – страх, который вызывает во мне Максим, пасует перед злостью.
Бросаюсь к нему, не обращая внимания на охрану и выхватываю из рук своего сына. Я успокаивающе глажу Лёшку по голове и целую в теплую, розовую щечку. Как он посмел заявиться ко мне, да еще и так бесцеремонно.
– У тебя очаровательный ребенок, – изображает некое подобие улыбки, дергая уголком губ.
– Ты не ответил на мой вопрос.
Ежусь под его внимательным взглядом, потому что Макс нагло меня рассматривает.
– Тогда, в офисе мы так и не поговорили, – мужчина бегло оглядывает небольшую гостиную. Наверное, у него уборная больше, чем вся моя квартира.
– Нам не о чем разговаривать, – отрезаю я.
– Ошибаешься, Ася, – он скидывает пиджак и небрежно бросает его на спинку дивана. Так, словно это его диван. И вообще вся эта квартира и я, в придачу к ней, тоже его. — У меня много тем накопилось за то время, что мы не виделись…

- Папа, ты зачем меня оторвал от мультиков! Там Царевны приехали!
Я резко оборачиваюсь…Сердце, как чечётка, так быстро, так сильно, удар за ударом. Позади стоит сердито насупившись на меня и смотрит она. Она, а у неё его глаза.
- Владимира познакомься, это тоже по стечению таких обстоятельств Владимира Николаевна!
Я сглатываю. Не поверишь, но я знаю, я знаю её лучше, чем он, чем любой другой или любая другая. Я знаю её изнутри…. Ведь это я её родила. Я её настоящая мать, я родила и такое сделала, а сейчас смотрю и понимаю, что жизнь готова отдать лишь бы всё исправить.

Чувствую какой-то тошнотворный, мерзкий запах, от которого меня едва не выворачивает. Руки связанны за спиной, на глазах повязка. Стараюсь сменить положение своего тела. Все болит.
– Сиди тихо, – слышу на ломанном русском и вздрагиваю от неожиданности.
– Где я? – сглатываю вязкую слюн. – Куда Вы меня везете?
– Тебе хорошо, – стоит очень близко, – чистая. Сам эмир тебя выбирать. Наложницей самого Ирфана эль-Джафари будешь, Камалия. Если покорной станешь, а нет, так шармутой, – мерзко смеётся.
– Что? Какая ещё шармута? И я не Камалия, меня Лиза зовут. Елизавета Фомина. Вы меня перепутали с кем-то! – с надрывом кричу на него.
Щёку резко опаляет болью, падаю на пол. Во рту вкус крови.
– Тебе надо рот закрыть и молчать! – кричит мужчина, – иначе хуже будет.
«Только вот куда ещё хуже?» – думала я.
Но, как оказалось, очень ошибалась.

– Я забираю ребенка.
Внутри все холодеет. Не позволю!
– Вы же не друг моего мужа, да? – отступаю, но мне не скрыться от него, – Что вам нужно от меня?
– Милая, от тебя мне не нужно ничего! Мне нужен мой племянник, и я его заберу!
– Ни за что! Слышите? Это мой ребёнок, и вы на него не имеете никакого права.
Глаза брата мужа опасно сужаются. Я же стараюсь не показать, как сильно мне становится страшно.
– Это мы ещё посмотрим.

***
Мой муж погиб, когда вез любовницу на отдых. Но у меня остался сын. Я была счастлива, до того момента, пока на пороге моего дома не появился брат мужа.

— Я не хочу больше…Я ошиблась.
Роберт подходит, прижимает к стенке, наклоняется к моим губам.
— Что случилось? Я знаю, что тебе понравилось.
Шёпотом произношу:
— Я не вещь, чтобы продаваться.
— Поздно. Запомни: ты принадлежишь мне. И этого никто не сможет изменить. Если бы не согласилась по собственной воле, я бы запер тебя здесь и сделал бы своей пленницей. Потому что я всегда добиваюсь своего. Любыми способами.
———
Я проклинаю тот день, когда мы с ним случайно встретились. Роберт Шевцов, миллиардер, у которого все есть, захотел сделать меня своей на время. Он вынудил меня согласиться. Теперь я принадлежу ему, и я боюсь, что мне никогда не выбраться из его плена.

Между столов слышится какая-то возня, сопение и тихий смех.
Вдруг на меня наезжает офисное кресло!
– Ой! – взвизгивает девчушка лет пяти, которая сидит в нем.
– Ой! – вторит ей мальчишка, который его толкает.
Мальчишка… Почему-то не могу отвести от него глаз. Он кажется до боли знакомым.
Такой смешной и… гордый. Прям как… Прям как я на той фотографии.
У меня по спине вдруг бегут мурашки.
Это же невозможно.
Чьи вообще эти дети?
– Я вас просила тихо посмотреть мультики! – слышу взволнованный голос справа от себя и проваливаюсь в тьму. Поворачиваюсь, смотрю на мать, этих детей и давно забытая боль захлестывает меня..

История о настоящей любви, которая была предана. Вот только кем?

— Тём, всё не так, как ты думаешь...
— Да что ты? — прошипел он и подошел ближе. — Ты ради чего приперлась в спальню к взрослому мужику? Чего хотела? Стихи почитать?
— Нет, но…
— Знаешь, — Тема презрительно сплюнул, — вот от тебя не ожидал такого, Лиль. Что ты ко мне в койку полезешь. Да еще вот так нагло. Кто надоумил?
— Никто. Тём, я не собралась тебя соблазнять, правда, — все же попыталась объясниться, не в силах выносить его мрачный, уничтожающий взгляд. — Ты же меня знаешь, я бы не посмела.
— А я вот сомневаюсь уже, что тебя знаю, Лиля, — буркнул он. — О том, что между нами было — никому ни слова. Поняла? Если Соня узнает, я за себя не ручаюсь.
***
Артём, Тема. Моя безнадежная и безответная любовь. Между нами сплошные запреты, не дающие быть вместе. Артем старше меня на 9 лет, он крестник моего отца и лучший друг брата. А еще он женат и безумно любит свою жену. И это не оставляет мне ни единого шанса. Только как заставить сердце перестать любить?

— Она... хороша в постели? — спросила я.
— Да, очень хороша, — согласился мой муж. — Раскрепощенная и опытная.
Он застегнул молнию на сумке, развернулся и направился к выходу.
— Никогда не прощу! — крикнула я ему вслед.
Кирилл помедлил у двери.
— Да я вроде и не планировал у тебя прощения просить. Ася, всё, что было раньше, умерло. Нас ничего не связывает. Ты мне больше не нужна.
Он шагнул через порог и резко захлопнул за собой дверь в спальню.
— Ошибаешься, милый, — прошептала я в тишине, задыхаясь от отчаяния и боли. — Ты просто еще не знаешь, кто нас связывает. А когда узнаешь, захочешь вернуться. Прибежишь обратно и будешь просить прощения. Ты будешь на коленях умолять! Только я не прощу…

- Откуда у тебя ребенок? Он твой?
Бывший подходит ближе и вглядывается в глаза своего сына.
Земля уходит из-под ног.
Он тогда не хотел ребенка. А я сбежала, чтобы сохранить жизнь сыну.